Пляжный клуб - Элин Хильдебранд

– Вам что-то нужно? – поинтересовалась Лав. – Полотенце, что-нибудь еще?

– Нет, упаси бог, – ответил Биб. – Вот жена моя, та готова часами жариться на солнце, а меня надолго не хватает. Скукота. Я поговорить пришел.

Поговорить, с ней? Он искал ее, он к ней стремился!.. И тут опять зазвонил телефон, Лав кинула взгляд на консоль: Марио Куомо оставался на линии.

– Простите, сэр, господин Сонгитта не отвечает. Не хотите ли передать для него сообщение?

Лав записала имя, фамилию и номер телефона, не забыв прикрыть блокнот от посторонних глаз. Потом повесила трубку и сунула записку в ячейку под номером семнадцать.

– Сонгитта? – полюбопытствовал Артур. – Тот самый, из газеты? А кто его спрашивал? Никак, Алан Гриспен?

Лав сдержанно хихикнула, будто считая предосудительной связь с таким человеком, и поспешно добавила:

– Нет-нет, ну что вы!

Надо было срочно переключиться на другую тему. Усевшись вновь на свой табурет, она поинтересовалась:

– А вы, мистер Биб, чем зарабатываете себе на жизнь?

– О-о, кручусь как могу. Я бы не отказался работать как вы, за стойкой портье. Поверьте, куда больше радости.

– Везде есть свои плюсы и минусы, – проронила Лав. – Удалось вам с утра побегать?

– А как же, – ответил Артур. – Помотался по городу.

– В следующий раз попробуйте велосипедную дорожку. И машин меньше, и местность живописнее.

– Вот сами и покажете мне во вторник, как договорились, – сказал Артур. – Вы ведь обещали, помните? Вторник – ваш выходной.

Лав отлично помнила, что ничего ему не обещала. Ну что ж, вполне в традициях богатеев. Неистребимая вера в то, что «так будет, потому что я этого захотел». Скорее всего, он палец о палец не ударил, чтоб разбогатеть. Полно же вокруг праздных миллионеров, которые только и знают, что валяться на пляжах и летать на собственных самолетах.

– Хорошо. Во вторник, так во вторник.

– Это свидание, – подчеркнул Биб. – Так, где мы сегодня ужинаем?

Лав заглянула в записную книжку, хотя и без того знала ответ.

– «У корабельщика», в восемь.

– Мы с вами увидимся?

Лав замялась. Что он себе нафантазировал? Что она выслеживала его в «Федерал, 21»?

– Нет. Сегодня я дома.

Артур распрямился и отошел от стойки, проронив:

– Очень жаль.

И разумеется, Лав неумолимо влекло к «Корабельщику». Поужинав дома рыбным буритто, она вознамерилась погулять по городу. Съесть мороженого, поглазеть на витрины. Сказано – сделано. Полчаса проторчала в книжной лавке Митчелла, обзавелась там книжкой «Чего ждать, когда вы в ожидании», потом три четверти часа разглядывала нижнее белье в «Топ-дроуэр» и, поняв, что до сей поры носила только спортивное и функциональное, приобрела себе белый кружевной комплект. Потом направилась в безалкогольный бар и заказала детский стаканчик «миндальной радости». Потому что, как и Биб, Лав обожала кокосы.

И вот, к десяти вечера, словно по иронии судьбы, ее принесло на Фэйр-стрит, к самым дверям «Корабельщика». Лав поспешила перейти на другую сторону улицы и, остановившись у ворот епископской церкви Святого Павла, решила почитать расписание служб на предстоящую неделю, хотя и была убежденной католичкой. Неожиданно до нее донесся визгливый, до жути знакомый смех: из ресторана вышли супруги Биб и стали ждать такси. Лав пришла к выводу, что разглядеть ее в кромешной тьме совершенно невозможно, присела на ступеньки у церковного дворика и принялась наблюдать. Артур Биб стоял и, сунув руки в карманы, невозмутимо смотрел, как его жена вытанцовывает на тротуаре чечетку. Та была абсолютно и бесконечно счастлива.

Затем подъехало такси, Биб запихнул жену в автомобиль, забрался сам, пристально посмотрел во мрак – туда, где сидела Лав, испуганно вцепившись в ридикюль, – и послал ей воздушный поцелуй.

На следующий день Артур поинтересовался:

– А не вас ли я видел вчера возле церкви?

Лав всю ночь ломала голову, что ответить, если он спросит.

– Да.

– Хорошо, – сказал Биб и добавил чуть слышно: – Обидно было бы расточать поцелуи незнакомкам.

– Вы и не расточали, можете не волноваться.

– Вот именно. Я послал его вам.

Лав залилась краской. По счастью, Мак был во дворе – мыл машину на стоянке.

– И на том спасибо, – проронила Лав.

– А кто-то говорил, что вечером останется дома.

– Да вот решила по магазинам прошвырнуться, – сказала она и добавила после небольшой паузы: – Книжку купила и кое-что из белья.

Артур хитровато скосил глаза.

– Знаете, о чем я всю жизнь мечтал?

– О чем же?

– Слетать в Антарктику. Как вам такая идея? Жена у меня мерзлячка, она не оценит. А вы? Как вам кажется, там очень холодно?

– Все зависит от того, с кем поехать, – ответила Лав. – Я бы туда скаталась.

– Я так и знал, – кивнул Биб. – В вас жив дух авантюризма. Ну так что, во вторник? Устроим маленькое приключение?

– Устроим, – сдалась Лав.

На вечер у Бибов был заказан столик в «Саммер-хаус» на Сконсете, и, по счастью, Лав сумела воздержаться от вылазки. Вместо этого она села на велосипед и поехала в сторону аэропорта. Там на приколе стояли частные самолеты. Она стояла и разглядывала их, пытаясь угадать, какой принадлежит Артуру Бибу. Наконец Лав остановила выбор на пепельно-сером самолете фаллической формы с красной полосой, как у гоночного автомобиля. Она даже успела помечтать, как полетит на нем в Антарктику, на поиски неизведанного.

Недолгие мгновения наедине с Бибом будоражили ее сильнее афродизиака. «Не буду отвлекать вас от работы», – говорил он, прикрыв ее руку своей ладонью. Просил какую-нибудь книжку, лишь бы был повод коснуться пальцами ее запястья. И как он то и дело напоминал про вторник. Свидание. Ее выходной. Вторник. Это стало кодовым словом, таинственным эвфемизмом, который означал лишь одно: «Отдаться Артуру Бибу».

Что творилось у нее в душе? Временами после его очередного визита она испытывала головокружительный восторг. Ей представлялось, как они вместе побегут по Клифф-роуд, вдыхая полной грудью утреннюю прохладу. Дома она угостит его лимонадом, предложит освежающий душ. Как раз накануне Рэнди и Элисон объявили о своих планах во вторник отдохнуть за пределами острова; невольно возникла мысль о «руке судьбы». О том, что эта связь предначертана свыше. Весь дом будет в их распоряжении. Их захлестнут жаркие чувства, и они подчинятся страсти. Соитие будет жарким и неистовым. А потом он поспешит в отель. Яркая, сладкая, таинственная – вот такой будет связь с Артуром Бибом.

Впрочем, временами в голову Лав приходили и другие определения: безответственная, бессмысленная, аморальная. Ну как можно допустить связь с Артуром Бибом! Мало того, что женат, так еще и гость отеля. На карту поставлен не только его брак, но и ее работа. В среду Бибы уедут. Оплатят счет, сядут в самолет и улетят. Поминай, как звали. Интересно, он сунет ей чаевые? Сама эта мысль казалась чудовищной.