Ночной блюз - Камилла Верден

Он нежно взял Дороти за подбородок, повернул ее голову к себе лицом и коснулся губами ее губ. Потрясающе ласково и всего лишь на несколько мгновений.

Дороти снилось, что она в постели с любимым человеком. Что лежит у него на груди, с упоением вдыхает аромат его тела и доверительно трется ногой о его ногу.

Вот сильная рука трепетно касается ее лица, вот нежно проводит по ее рту, и она одаривает ласковые пальцы легкими поцелуями и улыбается.

Рука скользит ниже, едва касаясь кожи Дороти, заставляя ее ни о чем не думать, ничего не бояться.

Она ощущает своим носом, своими губами горячее, прерывистое дыхание любовника и с готовностью подается к нему. Они сливаются в пламенном поцелуе.

Дороти распахнула глаза и с ужасом осознала, что ее сладкий сон — вовсе не сон, а реальность. Поняв, что она проснулась, Вильям замер.

С полминуты оба они боялись пошевельнуться и продолжали лежать, прижимаясь друг к другу и касаясь друг друга губами.

— Наверное, нам надо обсудить, что делать дальше, — предложил Вильям, понимая, что должен взять инициативу в свои руки.

Онемевшая Дороти кивнула.

— Мне уйти или продолжить то, чем мы начали заниматься? — спросил Вильям.

Его голос звучал прерывисто, хрипло и ужасно сексуально. Дороти до умопомрачения жаждала продолжить этот поцелуй, но была настолько ошеломлена, что лишь хлопала ресницами и не произносила ни звука.

— Мама! Вилли! — раздался звонкий голосок Тедди, и дверь, соединявшая их спальню с соседней комнатой, распахнулась настежь. Молодожены отпрянули друг от друга.

— С добрым утром, солнышко! — выдавила из себя Дороти, когда ее сын подлетел к их кровати.

Он был уже умыт, причесан и наряжен в новые джинсовые шортики и футболку с изображением мультяшного мышонка.

— Мама, дядя Вилли! Вы что, еще не собираетесь вставать? — спросил Тедди недоуменно.

Дороти взглянула на часы. Они показывали шесть тридцать.

Вильям протянул ребенку руки и, когда тот подскочил к нему, поднял его над кроватью.

Тедди залился счастливым смехом.

— Мама хочет еще минут пятнадцать понежиться в кровати, понимаешь, дружище? — сказал Вильям, опуская Тедди на пол. — У нее своеобразные каникулы, выходной. Поэтому ты должен подождать нас в своей комнате, договорились?

— Договорились! — Тед кивнул. — А пятнадцать минут это много?

— Сейчас объясню. — Вильям подмигнул мальчику и взял с тумбочки большой будильник. — Когда длинная стрелка приблизится вот к этой цифре — к девятке, — тогда можешь считать, что пятнадцать минут прошло.

Тедди опять кивнул, схватил будильник и выбежал из комнаты, захлопнув за собою дверь.

Вильям повернулся к Дороти. Свежая и отдохнувшая, она выглядела восхитительно. Ее черные волосы беспорядочным каскадом спадали на плечи, глаза блестели, а щеки были румяными, как летний рассвет.

— Предлагаю притвориться, что между нами ничего не произошло, — нарочито небрежно сказал Вильям.

Дороти возмущенно поджала губы, и он поспешил смягчить свою грубость:

— Извини, я не сдержался. Но меня можно понять. Согласись: когда мужчина просыпается утром и видит в своей постели красивую женщину…

— Не переживай! — выпалила Дороти. — Эту женщину в своей постели ты никогда больше не увидишь!

Она выскочила из-под одеяла, достала из сумки вещи, которые собиралась надеть, и удалилась в ванную.

Вильям тяжело вздохнул. Ее слова прозвучали угрожающе категорично.

Неужели я никогда так и не узнаю, какая она, эта Дороти Дженнингс Доусон? — подумал он мрачно, тщетно пытаясь охладить в себе разожженную Дороти страсть.