Кто мог такое предположить? - Патриция Нолл

— Вот что мне в тебе нравится, Бритни. Ты умеешь радоваться самым простым вещам.

Чего нельзя сказать о сложных, подумала Бритни. Таких, как, например, любовь к Джареду. Она ей совсем не доставляла радости.

— В душе я девушка со старомодными взглядами.

— Но ты не любишь готовить.

— Речь идет не о моих способностях.

— Тебе здесь нравится, правда? — спросил он через минуту.

Она подняла глаза и, поразмыслив, кивнула.

— Да. Что-то мне нравится здесь больше, что-то меньше. Конечно, дом требует ремонта с подвала до чердака. И его можно сделать очень уютным. А с хорошим хозяином ему просто цены не будет.

Джаред засмеялся, пододвинул к себе кусок торта и с удовольствием вонзил в него вилку.

— Было бы хорошо жить здесь, в историческом районе города. Здесь ощущаешь… вечность, — сказала она, слизывая глазурь. — В этом доме обязательно должна жить семья. Возможно, вы с Линдой поселитесь здесь после женитьбы.

Бритни и сама не знала, почему она сказала последнюю фразу.

Джаред положил вилку на край тарелки.

— Нет. Это не тот дом, в котором хотелось бы жить Линде, — сказал он, не поднимая глаз.

— А, — произнесла она. Такого ответа она не ожидала. — А тебе? Тебе хотелось бы жить в таком доме? По крайней мере пока ты холост.

— Я живу в квартире, и меня это вполне устраивает.

— Это не совсем ответ на мой вопрос.

— Да, — сказал он. — Мне всегда здесь нравилось. Хотя в детстве казалось, что этот дом посещают призраки, что мой двоюродный дед живет по соседству с привидениями.

— Когда я впервые вошла сюда, у меня было такое же чувство.

— Дэвид не был счастливым человеком, — размышлял вслух Джаред. — Он казался странным, отшельником, как будто что-то не давало ему покоя; но мы не знали, в чем дело.

— Даже Роберто говорит, что не знал его по-настоящему, — добавила Бритни.

— Да. Думаю, что с годами это стало беспокоить деда еще больше. Особенно после смерти Дэвида. — Джаред сделал паузу и доел торт. — Они не сблизились даже в пожилом возрасте, потому что ни один из них не хотел удаляться от дел. Дэвид всегда считал себя связанным обязательствами.

— Какими?

— Перед людьми. В девяносто лет он все еще приходил каждый день в офис, хотя в этом уже не было никакой необходимости. Он не брал с людей денег за свои услуги, говоря, что не успеет потратить за свою жизнь то количество денег, которое у него было. И как оказалось, был прав.

— И каждый день он возвращался из офиса в этот дом, набитый всякой всячиной, — с грустью сказала Бритни.

— Мне кажется, он этого даже не замечал. Дед говорит, что большую часть времени Дэвид проводил в спальне, библиотеке и на кухне.

Бритни улыбнулась.

— Опять кухня.

Джаред молчал. Его и так худое лицо еще больше осунулось.

— Почему Дэвид не пользовался спальней на первом этаже, Джаред? По-моему, для него это было бы удобнее — не надо подниматься по лестнице.

— Он говорил, что спальня наверху была его комнатой в течение сорока лет и он не собирается изменять своей привычке.

Бритни улыбнулась.

— Вероятно, это знаменитое упрямство Крузов.

— Нет, это не так. — Он тоже улыбнулся, но улыбка скоро исчезла. — Я должен рассказать тебе кое-что о моей семье.

— Хорошо.

Джаред вздохнул.

— Дед начал свое собственное дело после Второй мировой войны. До войны он управлял фермой, но потом потерял к этому всякий интерес. Поэтому после смерти родителей он и Дэвид продали ферму, дед начинал ночным сторожем, потом стал управляющим, а позднее — менеджером по недвижимости. Его бизнес креп, потому что дед — человек, не бросающий слов на ветер. Люди знали, что могут на него положиться.

Бритни тихо отодвинула тарелку. Аппетита уже не было. Она не знала, к чему весь этот рассказ, но что-то в тоне Джареда говорило ей, что он очень важен и финал может ей не понравиться.

— Мой отец не хотел участвовать в семейном бизнесе. Он любил медицину. Он мог бы посвятить себя исследовательской работе, но захотел работать с пациентами. Он всегда делал все возможное, чтобы помочь им.

— Это… похвально, — сказала Бритни.

— Бритни, я стою в одном ряду с этими мужчинами, которые верны своему слову. Я их наследник. — Его глаза стали темными как ночь. Джаред подался вперед и накрыл ее руку своей.

Бритни была в шоке не только от его прикосновения, но и от его взгляда. Она другой рукой накрыла руку Джареда.

— Ты уже говорил мне об этом, Джаред, но я не понимаю тебя.

— Ты привлекательная женщина, Бритни. Умная, сильная, настойчивая.

— Это хорошо или плохо? — неуверенно спросила она, не имея представления, куда может завести этот разговор. Бритни одолевал страх, но и надежда не оставляла.

— Хорошо. Я бы предпочел, чтобы все было иначе, но это хорошо.

— Спасибо, — с трудом выговорила она.

— Но я также хочу сказать, что мне не следовало бы прикасаться к тебе, целовать тебя. — Он говорил так тихо, что Бритни пришлось наклониться, чтобы услышать его. Он не скрывал своих чувств, но ни одно из них не говорило о том, что он счастлив. — В тебе есть что-то такое… очень многое… твое жизнелюбие, энергия, ум… вот что меня в тебе привлекает…

— Но ты… как-то грустно об этом говоришь.

— Нет… Черт!.. Я несу ответственность…

— Джаред…

Тихий голос с порога спугнул их. Бритни и Джаред отпрянули друг от друга, будто их застали на месте преступления.

В дверях стояла Линда в темно-синем шелковом халате. Ее широко открытые глаза говорили о том, что и она была в шоке.

— Что это вы тут делаете?

Джаред бросил мгновенный взгляд на Бритни. Она прочла в его глазах мольбу о понимании. Но понимании чего? Это было для нее загадкой. Она посмотрела на Линду и снова на него.

Джаред поднялся и пересек кухню.

— Мы ужинаем, — сказал он. — Прости, если разбудили тебя.

— Вы не разбудили, но… — Она посмотрела на Бритни, которая сидела ни жива ни мертва. — Джаред, мне показалось, ты держал ее за руку.

— Да, — честно признался он, положил руку ей на плечо и быстро вывел из кухни, закрыв за собой дверь. Что еще он сказал Линде, Бритни уже не слышала.

Полный желудок и беспокойные мысли мешали Бритни спать всю ночь. Она проснулась разбитая, села на краю кровати, опустив ноги на пол. Ей совсем не хотелось подниматься, идти вниз и встречаться с Линдой Помфорт, а больше всего с Джаредом. Ей не хотелось слушать то, что он не договорил вчера вечером, слышать о его сожалении.