Там, где ты - Сесилия Ахерн

— Где мы?

— У меня дома. — Она не повернула головы, продолжая споласкивать тряпку.

Я осмотрелась по сторонам.

— Зачем у вас на кухне диван?

Хелена усмехнулась.

— Из всех вопросов, которые можно было задать, именно этот вы выбрали в качестве первого.

Я промолчала.

— Это не кухня, а общая комната, — ответила она. — Я здесь не готовлю.

— Не думала, что у вас есть электричество.

— Когда вы снова сможете выйти на улицу и уделить внимание пейзажу, — проворчала она, — то, вероятно, заметите, что мы пользуемся системой, которую называем солнечными батареями. — Она тянула каждое слово, словно разговаривала с тупицей. — Они похожи на те, что мы нашли в карманных калькуляторах, и генерируют электричество из солнечного света. В каждом доме есть собственная система электропитания. — В ее голосе слышалось возбуждение.

Я почувствовала головокружение и снова улеглась, прикрыв веки.

— Мне известно, как работают солнечные батареи.

— Они и там есть? — удивленно спросила она.

Я проигнорировала вопрос.

— Как я сюда попала?

— Вас перенес мой муж.

Мои глаза открылись, и я постаралась справиться с болью. Хелена все еще стояла спиной ко мне, и вода продолжала течь.

— Муж? Вы здесь можете вступать в брак?

— Вступить в брак можно где угодно.

— Формально нет, — слабо запротестовала я. — Господи, электричество и брак. Слишком много для меня, — прошептала я, и потолок надо мной начал вращаться.

Хелена присела рядом на диван и положила мне на лоб и глаза холодную влажную салфетку. Холод успокаивал пульсирующую, горящую голову.

— Мне приснился ужасный кошмар. Будто я попала в очень странное место, где собираются потерявшиеся люди и вещи со всего света, — пробормотала я. — Пожалуйста, скажите, что это был сон или хотя бы нервный срыв. Нервный срыв я как-нибудь вынесу.

— Что ж, если можете справиться с ним, то стерпите и правду.

— Так это правда?

Она молча посмотрела на меня, а потом вздохнула:

— Правда вам известна.

Я отвернулась, изо всех сил стараясь не заплакать.

Хелена схватила мою руку, сжала ее, наклонилась ко мне, и в ее голосе зазвучала настойчивость:

— Потерпите, Сэнди. Еще немного, и вы со всем разберетесь.

Вряд ли, подумала я.

— Если вам от этого будет легче, знайте: я никому не рассказала то, что вы мне сообщили. Никому.

Мне действительно стало легче. Представляю, как бы я сама поступила в подобной ситуации.

— Кто такая Дженни-Мэй? — с любопытством спросила Хелена.

Я зажмурилась и забормотала, припоминая сцену в бюро регистрации:

— Никто. Ну, не никто, есть одна такая. Мне почудилось, что я увидела ее в бюро регистрации, вот и все.

— Это была не она?

— Разве что она перестала расти в тот самый день, когда попала сюда. Сама не понимаю, как мне такое пришло в голову. — Я снова дотронулась до пульсирующего виска и сморщилась от боли.

В дверь тихонько постучали, и она приоткрылась, пропуская мужчину — такого высокого и широкого, что он заслонил собой весь дверной проем. Сквозь зазоры, которые ему не удалось перекрыть, нетерпеливо пробился белый свет, бросая мне в лицо отблески настоящих солнечных лучей. Примерно одного возраста с Хеленой, с кожей цвета черного дерева и яркими антрацитовыми глазами. Несмотря на мои шесть футов и один дюйм, он был заметно выше меня, и уже по этой причине я его немедленно полюбила. Он заполнил собой всю комнату, но принес в нее ощущение безопасности. Легкая улыбка открыла белоснежные зубы, а белки, похожие на рафинированный сахар, сверкали на фоне черных кофейных зерен радужки. У него была мощная фигура с мягкими очертаниями. Высокие скулы гордо выделялись на лице, а квадратная челюсть помогала широким губам выталкивать слова и выпускать их в мир.

— Как дела у нашей девочки-кипепео? — Ритмичное звучание слов выдавало африканские корни говорившего.

Я смущенно взглянула на Хелену, а она посмотрела на мужчину с удивлением. Ее поразило не его неожиданное появление, а произнесенные им слова, в этом я не сомневалась. Она знала этого человека и, наверное, поняла, что он имел в виду, — в отличие от меня. Однако я догадалась, что это ее муж. Наши глаза встретились, и я почувствовала, как его пристальный взгляд притягивает меня. Я погрузилась в его глаза, а он — в мои, будто там прятались магниты, неудержимо тянущиеся друг к другу. В больших руках он держал деревянную доску. К его белой льняной одежде прилипли опилки.

— Что такое «кипепео»? — спросила я у комнаты.

Комната молчала, хотя явно знала ответ.

— Сэнди, это мой муж Иосиф, — представила Хелена. — Он — плотник, — добавила она, показывая на доску у него в руках.

Необычное знакомство с плотником Иосифом было прервано появлением в кухне маленькой девочки, которая вприпрыжку проскользнула между расставленных ног Иосифа. Ее кудрявые черные волосы взлетали вверх в такт каждому прыжку. Она с криком подбежала к Хелене и обхватила ее ногу.

— А это кто такая? Ваш плод непорочного зачатия? — спросила я, чувствуя, как вопли девочки болью отдаются в моей несчастной голове.

— Почти, — усмехнулась Хелена. — Это плод непорочного зачатия нашей дочери. Поздоровайся, Ванда. — Она погладила девочку по голове.

Меня одарили беззубой улыбкой, и Ванда, засмущавшись, тут же выскользнула между ног своего деда из комнаты. Я проследила за ней, а потом снова сосредоточила внимание на Иосифе. Он по-прежнему рассматривал меня. Хелена переводила взгляд с него на меня — не с подозрением, а с. Нет, я так и не смогла расшифровать, что читалось на ее лице.

— Вы должны поспать. — В подтверждение своих слов он кивнул.

Под пристальными взглядами Хелены и Иосифа я закрыла лицо салфеткой и позволила себе уплыть в сон. На этот раз я слишком устала, чтобы задавать вопросы.

— Вот и она. — Голос отца приветствовал меня так, будто я вдруг вынырнула из-под толщи воды.

Приглушенные до сих пор звуки постепенно обретали ясность, размытые лица становились узнаваемыми. Я словно возрождалась, возвращалась в знакомый мир, глядя на лица близких с больничной койки.

— Привет, милая. — Мать наклонилась ко мне и взяла меня за руку.

Ее лицо приблизилось настолько, что потеряло резкость и походило на голубоватое пятно с четырьмя глазами.

— Как ты себя чувствуешь?

Поскольку никак себя почувствовать я пока не успела, то сконцентрировалась и постаралась найти ответ. Он мне не слишком понравился.