Благородный соблазнитель - Линн Грэхем

Джасим кивнул, соглашаясь с нею, и они сели бок о бок в кресла, похожие на троны. Подали угощение.

– Правда, что отец прочил тебе в жены Лейлу? – не удержалась Элинор. – Ты думал об этом?

– Конечно, думал. Во многих отношениях она стала бы идеальной женой, но в то время мне было всего двадцать шесть лет, и, хотя она была девушкой очень привлекательной, я не хотел жениться ни на ком, – не задумываясь, ответил Джасим.

«Идеальная и очень привлекательная», – звенело в голове Элинор. Нет, не стоит обманывать себя, Джасим не слеп к чарам кузины. Для Элинор это стало неприятным напоминанием о том, что Джасим взял ее в жены только из-за беременности. Между тем праздник продолжался. Произносились тосты, звучали песни, декламировались невероятно длинные поэмы о битвах и трагической любви, исполнялись традиционные танцы с саблями и плетками. Вечером был устроен шикарный фейерверк.

В самый его разгар Джасим взял Элинор за руку и вывел в абсолютно пустую комнату.

– Мы уходим… – выдохнул он, убирая с ее щеки выбившийся рыжий локон, его пальцы задержались на мгновение и погладили мочку ушка, оттянутую бриллиантовой серьгой. – Ты идеально подходишь мне по росту.

Она заглянула в черные глаза, и у нее перехватило дыхание. Он властно притянул к себе ее хрупкое тело и крепко обнял. От пылкого, лихорадочного поцелуя у нее голова пошла кругом, эротичный танец его языка у нее во рту обнажил каждый нерв. Он задрожал от желания, каждая клеточка ее тела загорелась ответным огнем.

– Сегодня ты относишься ко мне иначе – почему? – еле слышно выдохнула она.

– Я предложил тебе начать все сначала и не выполнил обещания. Это несправедливо по отношению к тебе и к Сами, – вымолвил он. – Я не хочу саботировать наш брак до того, как он начался.

Он повел ее к лифту, сообщив, что ее багаж уже ждет их в вертолете.

– А как же Сами? – встревожилась Элинор.

– Он присоединится к нам завтра…

– Почему он не может полететь с нами сейчас?

– Отец попросил, чтобы я и Сами никогда не пользовались одним и тем же транспортным средством, – усмехнулся Джасим. – Это не слишком удобно для нас, но в его просьбе есть смысл.

При мысли о катастрофе у нее по спине побежали мурашки, хотя она понимала, что смерть Мурада сделала короля излишне осторожным.

– Тебе понравился сегодняшний день? – поинтересовался Джасим.

– Очень, – искренне призналась она. – Меня удивило, насколько церемония прошла по западному.

– Европейские свадьбы сейчас в моде в Квараме. Я пошел еще дальше, организовав смешанную вечеринку для обоих полов, – открыл ей тайну Джасим. – Мой отец присутствовал на церемонии, но вечеринка – это было для него уже слишком. Он и так держался из последних сил.

На улице их встретил душный вечер. В ярких прожекторах, освещающих вертолет, он взял ее на руки и понес на борт.

– Ты даже не сказал, куда мы летим! – со смехом вспомнила она.

– На виллу на берегу Персидского залива. Раньше она принадлежала Мураду. Ямина попросила меня избавить ее от всей собственности в Квараме, потому что она возвращается во Францию к своим родным.

– Как она с Захрой? Справляется? – спросила Элинор.

– Гораздо лучше, чем все ожидали. Насколько я понял, Ямина уже успела обзавестись воздыхателем, другом ее молодости, а Захра всегда обожала бабушку и дедушку по материнской линии.

– Жизнь продолжается. – Элинор порадовалась за Ямину. Хорошо, если она вновь обретет счастье.

– Наша только начинается.

Вести беседу в нарастающем гуле пропеллера стало невозможно, и Элинор заглянула в отсвечивающие золотом глаза Джасима, щедро обрамленные густыми ресницами. Сердце ее замерло.

Неожиданно она разозлилась на себя за неподобающую реакцию на его близость, сложила руки на коленях и постаралась трезво взглянуть на сложившуюся ситуацию. Джасим перестал воевать с нею и заключил перемирие по очень простой причине: он не хотел развода. Его престарелый отец решил принять иностранную невестку на том же основании. В центре их брака был Сами, и было бы глупо игнорировать этот факт. Вполне возможно, Джасим по-прежнему подозревает ее в том, что она пыталась увести его брата у жены – и что от Мурада она получила бесценное кольцо, – но начиная с сегодняшнего дня он будет держать свои подозрения при себе ради спасения их брака и репутации монархии.

Так что пришла пора покинуть свадебный кортеж и спуститься с небес на землю.

Когда они прилетели на место, у вертолета их встретил глава отдела безопасности. Вилла оказалась роскошной и ультрасовременной, с верандой и всевозможными изысками интерьера.

– При свете дня пейзажи здесь открываются сказочные, – сказал Джасим, поднимая ее на руки, чтобы перенести через порог.

– Не стоит делать фальшивых жестов, чтобы произвести на меня впечатление или сделать меня счастливой, – потупила глаза Элинор. – Я признаю, что это брак по расчету, и не питаю иллюзий.

– Это не фальшь, – возразил Джасим, опуская ее на пол.

– Мне бы не хотелось вновь… э-э-э… разойтись с тобой во взглядах, – Элинор тщательно подбирала слова, остановившись на его собственной терминологии, – но ты никогда не хотел меня по-настоящему. Ты не выбрал меня. Ты заинтересовался мною только потому, что думал, будто твой брат…

Джасим прижал к ее распахнутым губам указательный палец, и у нее язык к нёбу прирос.

– Не оглядывайся назад, иначе можешь опять прийти к ложному выводу, – приказал он. – Это наша брачная ночь.

– Я знаю, – напомнила ему Элинор, входя в богатую спальню, в которой было море цветов. – Но факты есть факты…

– Ну и упрямая же ты женщина! – улыбнулся Джасим. – Но мы с тобой два разных человека. Твои факты – не мои факты.

Элинор настороженно обернулась и заглянула в его прекрасное бронзовое лицо. В серьезных черных глазах затаилась грусть.

– И чем же твои факты отличаются от моих?

– В тот первый раз, когда я увидел тебя – несмотря на то что ты была пьяна, – я решил, что ты самая роскошная женщина из всех виденных мною, – поспешил высказать он. Подобная откровенность, несомненно, давалась ему с трудом. – И хотя мне никогда не нравились рыжеволосые, я влюбился в твои волосы.

Джасим запустил длинные пальцы в ее роскошную гриву.

– Я люблю твои волосы, – повторил он, потом провел согнутыми пальцами по ее щеке, губам и изгибу груди. – Твое лицо, твой рот, все твое прекрасное тело. Я захотел тебя с первого взгляда, причем с такой страстью, о существовании которой раньше и не подозревал. Эта реакция не имела ничего общего с тем, что мне рассказывали о тебе… она была очень личной и касалась только тебя…

Элинор захватил этот поспешный рассказ.

– Если это правда, я…