Запутанная история - Карла Кэссиди

Пиво, короткая беседа и легкий ужин – это все, на что она согласилась, говорила себе Оливия.

– Еще пара минут, и все будет готово. – Он прислонился к шкафчику рядом с духовкой. – А как движется внутреннее расследование? – спросил он, силясь избавиться от вспыхивающих перед его мысленным взором соблазнительных образов. Ему так хотелось лечь с ней в постель и крепко-крепко к ней прижаться!

– К счастью, подозрения удалось снять со всех. Последним был Рэнди Фаулер. Побеседовала с ним сегодня днем и убедилась, что никаких грешков за ним не водится. В последние два месяца он и правда обзавелся депозитами на крупные суммы. Деньги ему перевели из компании некоего Джесси Личмана. Когда я первый раз спросила об этом Рэнди, он смутился и начал говорить загадками.

– Погоди немного.

Дэниел достал пиццу из духовки и разрезал ее на куски. Затем перенес ее на стол, положил на тарелки салфетки и потом сел сам.

– А теперь расскажи мне о загадочных денежках Рэнди.

– Это страховые выплаты от фармацевтической компании. Ему очень не хотелось о них рассказывать. Дело в том, что он принимал лекарства, которые сняли с продажи из-за побочного воздействия на… э-э-э… мужские возможности.

Дэниел прожег ее взглядом:

– Правда?

– Правда. Он получил чеки за целый год и надеется, что следов этого побочного воздействия скоро не останется. Я все проверила. Поговорила с юристами компании Джесси Личмана. Они прислали мне по факсу копии судебных решений, которые подтверждают слова Рэнди.

Дэниел жестом предложил ей попробовать пиццу. Оливия положила кусок себе на тарелку.

– Он ужасно переживал, когда все это мне объяснял.

– Представляю. Мужчины не любят говорить о своей сексуальной жизни, разве что хвастаются или привирают, – усмехнулся Дэниел.

Следующие минуты они молча ели пиццу. Дэниел изо всех сил старался не думать о сексе с женщиной, которая сидела напротив него.

– Может, как-нибудь вечерком мы с Лили и твоей мамой сходим в кафе-мороженое? – наконец спросил он, чтобы перенаправить свои мысли в подходящее русло.

Оливия подарила ему нежную и сексуальную улыбку, совершенно несвойственную шерифу Брэдфорд:

– Хорошо бы. До нападения на меня я подумывала куда-нибудь с ними сходить, но все планы рухнули. А теперь мне и вовсе не дозволяется покидать дом без помощника шерифа в качестве эскорта.

– Может, ты завтра после работы позволишь твоему помощнику эскортировать тебя до кафе-мороженого?

– Было бы замечательно, – ответила она и нахмурилась. – Тем более что нам следует чаще бывать на людях.

– По-моему, на людях наш злоумышленник вряд ли что-то предпримет. К тому же никто не решится причинить зло тебе или твоим близким, когда я рядом.

Не в силах себя сдерживать, он потянулся через стол и взял ее за руку. Ждал, что она отдернет ладонь, но вместо этого она сплела свои и его пальцы. Несколько долгих секунд они с замиранием сердца смотрели друг на друга, а затем Оливия убрала руку.

– Сам знаешь, что я в постоянном телохранителе не нуждаюсь. – Ее глаза потемнели, и она от кинулась на спинку стула. – Я не беспомощная, запуганная девица. Прошла хорошую подготовку и умею за себя постоять. Не раз лицом к лицу сталкивалась с разными отморозками и пока жива-здорова. И оружием владею неплохо.

Это говорит настоящий шериф, который знает себе цену, подумалось Дэниелу.

– Оливия, мне прекрасно известно, что ты не запуганная девица. Я везде сопровождаю тебя не потому, что ты сама не можешь себя защитить. Мы вместе несем службу и знаем, что ты под чьим-то прицелом, а я просто оберегаю тебя, как твой коллега. Забочусь о твоей безопасности, как заботился бы о любом нашем сотруднике, будь на то необходимость.

Она смерила его долгим изучающим взглядом, а затем расслабилась, и взор ее посветлел.

– Ладно, этот вопрос выяснили.

– Раз выяснили, то возьми еще кусочек пиццы, а я налью нам пива. – Он встал из-за стола и достал из холодильника две бутылки.

Дэниел ничуть не лукавил. И оберегал бы так же любого их полицейского, ведущего опасное расследование. Умолчал только, что хотел попутно войти в ее жизнь, потому что и она, и ее семья очень ему нравились.

У него были женщины, однако ни одну ему так сильно не хотелось защитить. Ни одна не вызывала у него таких чувств, и это сбивало его с толку.

Он убеждал себя, что все дело в той незабываемой ночи пять лет назад. Тем более что мечтал о повторении той встречи. Поэтому все можно было списать на стремление к телесной близости. Так что желание еще раз заключить ее в объятия казалось вполне понятным.

Для нее же пять лет назад он был сексапильным парнем в баре, предложившим ей переспать и на время отвлечься от охватившего ее после смерти приятеля горя. Он сыграл простую роль, однако неожиданно стал отцом ее дочери, появившейся на свет благодаря неосмотрительности их обоих.

А теперь он преобразился. Ей нравился его ум. Он знал себе цену, любил свою работу и город, в котором служил. Уважал ее как руководительницу, но видел в ней женщину и потому оказывал особое внимание.

Ее снова к нему влекло. Не просто выйти за него замуж или стать его любовницей – ей хотелось чего-то другого. Тянуло к нему как-то по-особому.

И она точно знала, что Дэниел тоже ее хочет. Да он и не особо это скрывал. Желание светилось в его глазах, о нем говорили его жаркие руки, касавшиеся ее кожи. А их поцелуй сказал обо всем лучше всяких слов. Наверное, они провели бы вместе всего одну ночь, наподобие той, пять лет назад. Только на сей раз она испытывала к нему совсем другие чувства.

Тем не менее она не обольщалась. Если они еще раз займутся любовью, об этой встрече у нее останутся одни воспоминания. Никаких других отношений между ними не будет.

– Ты о чем-то задумалась, – прервал он ее размышления.

Она смерила его долгим взглядом. Одно ее слово – и пути назад не будет. Надо было решаться. Правда ли она хочет того, что вот-вот произойдет? «Да, правда хочу», – сказала она себе.

– Думала о том, чтобы нам снова заняться любовью, – промолвила она.

Кусок пиццы застыл у него в руке по пути ко рту. Глаза расширились, а затем сузились.

– И что именно ты об этом думала?

– Что это во всех отношениях нежелательно, но я все равно хочу, чтобы это произошло.

Дэниел медленно положил пиццу на тарелку, их взгляды встретились.

– А когда, по-твоему, это могло бы произойти?

У нее замерло сердце от предвкушения того, чему она сейчас даст старт.

– Это может произойти после того, как мы поедим.

Он отставил тарелку в сторону:

– Я сыт.

Оливия подавила смех, но его слова и движение разожгли в ней огонь желания – желания, которое она силилась погасить с того момента, как впервые его увидела после приезда в Лост-Бей.