Слушай свое сердце - Барбара Картленд

Делла сочла, что разговор принимает нежелательное направление, и быстро сменила тему:

– Ленди уже проснулась? Я могу повидаться с ней?

– Она ждет вас, Леди.

Он принял у нее Аполлона, и девушка поняла, что он сам снимет с него седло и уздечку.

Делла поблагодарила его и взбежала по ступенькам кибитки Ленди.

– Я слышала, что ты уехала… рано утром, – заявила ей старая цыганка, когда девушка подошла к ее кровати.

– Я отправилась на верховую прогулку, потому что люблю ездить по лесу. Там я встретила маркиза, и он отвел меня на конюшню, где показал своих великолепных лошадей.

– Так я и думала, – кивнула Ленди.

Делла уселась на пол.

– Странно, – задумчиво протянула она, – но мне показалось, будто я могу читать его мысли. Мне случалось иногда угадывать, о чем думают другие люди, но еще никогда так верно и отчетливо.

– Его милость – умный человек.

– Знаю. Он рассказывал мне о том, что вообще не намерен жениться. Жаль, конечно, но при этом я уверена, что он счастлив в одиночестве.

– Он ищет свою звезду… подобно тебе.

– Я тоже этого хочу, Ленди, но, наверное, не найду никогда.

– Ты… найдешь.

Делла подумала, что старая цыганка ничего не понимает.

Ведь ее ждет Джейсон!

Через два или три дня ей придется вернуться домой, потому что цыгане не смогут приютить ее у себя навсегда, и, как бы ни противен ей был Джейсон, она должна будет поддержать дядю, иначе очень скоро им обоим придется испытать на себе гнев и месть герцога.

Ничего этого вслух она, разумеется, не произнесла, но Ленди негромко сказала:

– Доверься своей звезде! Слушай свое сердце!

– И как я должна его слушать? – едва ли не с вызовом воскликнула Делла. – Если оно не знает, кого слушать и куда идти? Похоже, из этого положения есть только один выход.

Ленди улыбнулась.

– Доверься луне. Если ты ей не поверишь – все пойдет наперекосяк.

Делла знала, что Ленди верит каждому своему слову. Но, сколько бы она ни скрывалась, в конце концов ей придется вернуться домой и покориться судьбе.

И не исключено, что уже в конце этой недели!

Но даже этот срок наверняка покажется герцогу слишком долгим, и Делла в отчаянии вновь задалась вопросом: что ей делать? Некоторое время она просидела в молчании, а потом заметила, что Ленди заснула.

Делла на цыпочках вышла из ее кибитки и направилась к своей.

Но Мирели там не оказалось. Девушка решила, что цыганка присоединилась к остальным женщинам, которые готовили обед для всего табора.

«Сегодня вечером, – подумала Делла, – я должна попросить скрипача сыграть танцевальную музыку. Быть может, Мирели станцует для меня у костра, потому что завтра вечером я буду далеко».

Она не ждала ничего хорошего от предстоящего визита в Клер-холл, поскольку избежать ошибок будет трудно и еще труднее – добиться того, чего требовал от нее маркиз.

Она могла понять его, ведь он хотел уберечь племянницу от охотника за приданым, вот только нужно ли ей вмешиваться в это?

Ведь у нее хватает и собственных проблем.

«Наверное, я веду себя как настоящая эгоистка, – подумала девушка. – Но слишком уж много на меня свалилось, а ведь я тоже не в лучшем положении. Откровенно говоря, я и думать-то ни о чем другом не могу».

Она съела угощение, приготовленное женщинами на обед, который прошел в неформальной обстановке, поскольку мужчины даже не присели. Они ели стоя, а некоторые еще и чистили при этом лошадей.

После обеда женщины ушли в деревню, прихватив с собой плетеные корзины, вешалки для одежды и прочие товары, которые хотели продать.

Вскоре Делла осталась одна.

И тогда по наитию, не отдавая себе отчета в том, для чего делает это, она села верхом на Аполлона и вновь поехала шагом через лес к пруду.

Не успела она прибыть туда, как заметила приближающегося маркиза.

Она натянула поводья, останавливая коня, и подождала, пока маркиз подъедет.

– Я подумал, что застану вас здесь, – сказал он ей. – У меня есть для вас предложение.

– Какое же, милорд? – поинтересовалась Делла.

– Моя племянница и другие мои гости уехали на весь день, и я подумал, что вы, быть может, захотите осмотреть дом.

– С удовольствием! – воскликнула Делла.

– Я решил, что вам будет особенно интересно, – продолжал маркиз, – взглянуть на картины с изображением лошадей – коллекцию начал собирать еще мой отец, а я существенно дополнил.

– Стаббс, Херринг, Фернли и Поллард^[5]?

Маркиз коротко рассмеялся.

– Так я и думал, что вы знакомы с их творчеством, хотя откуда у простой цыганки такие знания, я даже затрудняюсь предположить.

– Наверное, это оттого, что мы много странствуем, – нашлась Делла, – и потому накопили больше знаний, чем обычные люди.

– И намного больше, чем у людей вашего возраста, которых я встречал до сих пор, – заметил маркиз.

Она ничего не ответила. Некоторое время они ехали молча, а потом он сказал:

– Может, вы и похожи на цыганку внешне, но только не своей речью.

Но у Деллы уже был готов ответ.

– Мне повезло, ведь меня воспитывал и учил тот, кто до некоторой степени хотел удочерить меня.

Она подумала, что ему будет нелегко оспорить подобное утверждение.

– Хорошее объяснение. К тому же оно выделяет вас среди остальных цыган, даже таких мудрых, как Ленди.

– Ленди и все остальные цыгане, милорд, предпочитают разговаривать на своем языке. Поэтому они не дают себе труда овладеть английским так, как это сделали вы или я.

– Вы – исключение из всех правил, тем не менее мне по-прежнему кажется очень необычным, что вы знаете так много и изъясняетесь столь правильно.

– В таком случае, милорд, вы должны знать, что цыгане пришли с Востока, в частности из Индии и Египта, и что они верят в колесо сансары, или, если вы предпочитаете английское слово, реинкарнацию.

– А вы знаете, кем были в прошлой жизни? – спросил он.

– Кем бы ни была, я не смогла достичь того, чего должна была, и потому меня отправили обратно в этот мир обычной цыганкой.

Она отвечала с деланным легкомыслием, поскольку разговор складывался нелегко, а ей не хотелось, чтобы маркиз преисполнился подозрений.

– Едва ли обычной цыганкой, – заметил он. – Скорее уж очень необычной, которая к тому же чрезвычайно меня заинтересовала.