Герцог в моей постели - Амелия Грей

– Что? – Луиза не была уверена, что правильно расслышала сестру.

– Лилиан, – поморщилась Гвен, – я же просила тебя не разговаривать с Луизой так резко!

– Я хочу знать, действительно ли она собирается за него замуж!

– Я тоже, – кивнула Гвен, – но ты все равно могла бы задать этот вопрос в более мягкой форме.

– Разумеется, нет, – поспешила успокоить их Луиза. – Замуж за его светлость я не собираюсь. Откуда у вас вообще возникла такая мысль?

– Когда ты пошла укладывать спать Бонни и Сибил, – начала Гвен, – к нам в спальню пришла миссис Колтраст, чтобы удостовериться, что Сайнт не у нас.

– Она нам это и сказала, – закончила Лилиан.

– Да как она только посмела! – не сдержалась Луиза. Ей вдруг захотелось отправиться в спальню миссис Колтраст прямо сейчас и высказать этой дамочке все, что она о ней думает. Да что она себе позволяет, в конце концов?! – Расскажите мне подробно все, что она сказала, слово в слово! – потребовала Луиза.

– Миссис Колтраст пришла к нам в спальню, чтобы проверить, нет ли там Сайнта. Она сказала, что ночью он будет лаять и выть, а это помешает ей спать…

Луиза почувствовала, как руки сжались в кулаки.

– Сайнт никогда не воет по ночам, – сурово заявила она. – Но даже если бы и выл, кто она такая, чтобы решать, где ему спать? Утром я поговорю с ней и поставлю на место! Но расскажите лучше, что она говорила про то, что якобы я собираюсь выйти замуж и оставить вас?

Гвен и Лилиан переглянулись, словно ни та ни другая не решались начать. Наконец Гвен произнесла:

– По словам миссис Колтраст, Натан перед смертью просил его светлость поклясться, что он женится на тебе, и тот поклялся. И еще она сказала, что ты должна поскорее выйти за него, и тогда ей, миссис Колтраст, будет одной заботой меньше…

– Она действительно такое сказала? – Луиза уже была возмущена до предела. – Можно подумать, она о нас так сильно заботится, что ей уже не под силу…

– Стало быть, это все неправда? – с надеждой спросила Гвен.

– Конечно, неправда! – поспешила уверить ее Луиза. – Точнее, – поправилась она, – скажем так, не совсем правда…

– Значит, ты все-таки собираешься покинуть нас? – В глазах Лилиан стояли слезы.

– Успокойтесь, девочки! Я вас никогда, никогда не покину!

Луиза обняла Лилиан, которая уже плакала почти навзрыд, вздрагивая всем своим худеньким телом.

– Успокойтесь, девочки, успокойтесь! – повторила Луиза. – То, что Натан перед смертью попросил герцога жениться на мне и тот поклялся исполнить его желание, – все это действительно было. Но я все равно ни за что за него не выйду!

– Почему? – удивилась сквозь слезы Лилиан.

– Если Натан хотел, чтобы ты вышла замуж за его светлость, значит, на то у него была какая-то причина? – добавила Гвен.

Луиза чувствовала, что сестер по-прежнему гнетет какая-то недосказанность, и больше всего на свете ей хотелось успокоить их.

Мать их умерла вскоре после рождения Бонни, а через три года после этого умер и отец. Неудивительно, что Гвен и Лилиан ужасно не хотелось, чтобы Луиза вышла замуж, – иначе она покинет их, и с кем они тогда останутся?

Лилиан продолжала всхлипывать на плече у Луизы.

– Успокойся, Лилиан, не плачь! Успокойся и выслушай, что я тебе скажу.

Лилиан подняла голову и вытерла слезы тыльной стороной ладони. Луиза откинула пряди волос, упавшие на лицо сестры.

– Обещаю вам, девочки, – начала она, – я не покину вас до тех пор, пока вы сами не выйдете замуж и не уйдете жить к мужьям. Ты, Гвен, возможно, выйдешь замуж уже в этом году… Я не была там в ту ночь, когда погиб Натан, и, возможно, каких-то подробностей не знаю… но все, что мне известно, я вам расскажу.

Гвен и Лилиан присели на диван, но Луиза продолжала стоять.

– Вскоре после того как погиб Натан, – начала она, – я получила письмо от герцога Дрейкстоуна. В нем его светлость утверждал – если только я правильно поняла его, ибо писал он в весьма размытых выражениях, – что он был рядом с Натаном в ту ночь и Натан перед смертью якобы взял с него клятву жениться на мне. Его светлость «милостиво» давал мне год на траур по брату, а потом, как он писал, я должна была дать ему свой ответ. Вот, собственно, и все содержание письма, если не считать дежурных соболезнований по поводу кончины Натана…

Луиза не любила вспоминать об этом письме в первую очередь потому, что буквально через несколько дней она получила другое послание, на сей раз от своего дядюшки, который сообщил, что собирается отвезти тело Натана в родовое имение, чтобы похоронить его там. В тот день Луиза окончательно осознала, что теперь вся ответственность за сестер целиком ложится на ее плечи.

– Его светлость собирается о нас заботиться? – словно прочитав ее мысли, спросила Лилиан.

– Заботиться о нас? С чего бы? – фыркнула в ответ Луиза, но затем сама задумалась над этим вопросом. Можно было, конечно, обнадежить сестер положительным ответом, чтобы они не беспокоились хотя бы какое-то время, но что потом? Рано или поздно они сами поймут, что это не так, так уж лучше сразу сказать правду… – Разумеется, нет, – вздохнув, сказала она. – Мы для него чужие люди. Я уверена, что он пообещал Натану жениться на мне и заботиться о вас только потому, что понятия о чести джентльмена требовали от него подобной клятвы. И я считаю – хотя, может быть, не очень хорошо говорить так об умершем брате, – что Натану следовало бы хорошенько подумать, прежде чем перепоручать опеку над нами такому человеку. Я не сомневаюсь, что Натан всегда желал нам всем только добра, но подумать как следует ему все равно не мешало бы. Его светлость наверняка будет заботиться о нас не больше, чем «заботится» о нас наш дядя… Впрочем, нам и без его опеки вполне хорошо. Не так ли, сестренки?

– Конечно, – проговорила Лилиан, подняв на Луизу глаза, – но если ты все-таки выйдешь замуж за его светлость, то по-прежнему будешь заботиться о нас?

Луиза улыбнулась:

– Я вам, кажется, уже сто раз сказала, что никогда не выйду замуж за герцога! Но если бы я вышла замуж за него или если я когда-нибудь выйду замуж за кого-нибудь другого, то перееду жить к нему только при условии, что все мои сестры, которые на тот момент будут еще не замужем, переедут со мной.

– Но почему ты не хочешь выходить за его светлость? – недоуменно спросила Гвен. – По-моему, он очень симпатичный! И ты станешь герцогиней… Какая девушка об этом не мечтает?

– Ну, хотя бы потому, что я оставляю за его светлостью право самому выбрать себе ту невесту, которая ему более всего по душе, а не жениться на мне только из-за, что он когда-то дал клятву моему брату. Через пару-тройку недель начнется бальный сезон, и ты, Гвен, начнешь выезжать в свет. Я думаю, ты сама хочешь выбрать себе мужа, а не выходить за того, за кого я тебе прикажу, не так ли?