Для вкуса добавить карри, или Катализатор для планеты - Лина Мраги

со мной перед землетрясением, да и сейчас, когда я услышала голос килли. Ну и дела! Столько времени уже торчу здесь, а только сейчас докумекала! – перелистнув ещё несколько страниц, я обвела взглядом библиотеку и снова уставилась в пустоту. – Странно… Очень странно… И ангалины и люди, несмотря на внешние различия, имеют много общего. Столько точек пересечения у двух разумных рас этого мира! Но ведь все они обитатели одной планеты, жили и развивались рядом на протяжении сотен тысяч лет. Однако теперь «превращение» почему-то уже не кажется чем-то невозможным и невероятным. Выходит, что, приняв «слёзы богов», ангалин действительно переродится, примет облик, обернётся, трансформируется… ну не знаю, какие ещё подобрать эпитеты, но всё-таки может стать человеком. Но тогда возникает следующий вопрос… А человек может стать ангалином?!»

Глава 4

Неким «краем мозга» я ощутила движение в каюте, вышла из библиотеки и открыла глаза. Будучи во внутреннем пространстве, я уже научилась чувствовать, что происходит в реальном мире, не отключаясь на все сто процентов.

Макс сидел у койки и таращился, слегка улыбаясь. Я покрутила головой:

– А где Бумер?

– На палубе. Я для него двух крупных майнов поймал, – друг сидел с очень довольным видом, только вот чем меньший путь оставался до Небесных островов, тем более усиливалась моя тревога.

– Помнишь, ты как-то сказал, что от голосов ангалинов рыбы дохнут…

Он хмыкнул:

– Но я говорил это к тому, что многие из нас-с-с поют не хуж-ж-же чем Гай…

– Я не про это… Просто я наконец-то поняла, почему такое воздействие на слушателей оказывает его голос, да и ваши песни тоже…

Макс удивлённо приподнял чешуйчатые выпуклости над глазами:

– И почему ж-ж-же?

– Неслышимые частоты могут и исцелить, и до обморока довести. Ведь вы прекрасно общаетесь не только на воздухе, но и под водой…

Макс опять улыбнулся, а сиреневое свечение начало заливать тёмную каюту:

– Нес-с-слышимые частоты? Что это? – ехидно скалясь, он залез на койку и обвился вокруг, заглядывая в глаза. – Когда ты начинаеш-ш-шь что-то такое рассказ-з-зывать, то почему-то напоминаеш-ш-шь мне отца, он тоже любит з-з-заумные и непонятные рассуж-ж-ждения…

Почти до самого утра я объясняла Максу, что такое акустика, звуковые колебания, явление резонанса, и так увлеклась, что и не заметила, как он заснул, вытянувшись рядом на койке.

До Небесных островов мы добрались быстрее, чем рассчитывали. Как только эти красивейшие синие-синие скалы показались на горизонте, Макс прыгнул за борт, чтобы предупредить о нашем прибытии, а «Чёрная медуза» последовала прежним курсом. Каким именно образом мы продолжим путешествие к Рексу, я не знала, Макс ничего не хотел говорить, сказал только, чтобы я не переживала, на его спине плыть не придётся.

Выгрузились мы быстро, да и выгружать-то особо было нечего: два мешка с золотом, один со сменой одежды и всякой мелочёвкой типа зеркала, гребней и тому подобного, пара мешков с овощами, сырыми и сушёными (питаться одной рыбой совсем не хотелось), запасы пресной воды в бурдюках, небольшой мешок со сладостями, клетка с Ромео, ну и, конечно, мой трофейный меч и дальнобойный лук со стрелами. По поводу оружия это, кстати, Макс настоял. Он сказал, что на Рекса и Совет старейших произведёт впечатление моё умение со всем этим обращаться.

Аютан же хотел вернуться в Латрас, чтобы на новой верфи очистить днище корабля, обросшее различной морской живностью. Капитан собирался сделать это давно, однако плыть в Гейзу сейчас было опасно, а в Латрасе верфь уже была почти готова. А вот потом вернуться к Небесным островам и ожидать нас. Макс даже показал капитану, на каком клочке суши они могут пожить в ожидании, что для всей команды оказалось большим сюрпризом, ведь ранее ангалины никому не разрешали высаживаться без разрешения и сопровождения.

Проводив шхуну и получив напоследок от Тиля непромокаемый мешок с маринованными ссвугами, мы: я, Макс, Бумер и трое ангалинов, встречавших нас, – потопали вглубь острова. Чешуйчатые спутники распределили груз и тащили его за собой на неких волокушах, а я шла налегке.

По пути на противоположный конец острова я то и дело застревала, подбирая самые красивые камни. У меня уже была неплохая коллекция местных минералов, так как интересные и необычные камушки я подбирала постоянно. Это был не тот остров, на который год назад я высаживалась с Аютом и Кулом, тот находился гораздо дальше. А этот кусок небесно-синей суши отличался такими причудливыми скалами, что несколько раз я даже споткнулась, рассматривая потрясающие нерукотворные природные композиции в синих, голубых, бирюзовых и красно-фиолетовых цветах. Пейзаж выглядел фантастично или сказочно.

Очередной раз удержав меня от падения, Макс хмыкнул:

– То ли ещ-щ-щё будет! Ес-с-сли тебе з-з-здесь уже всё так нравитс-с-ся, то от вида обиталищ-щ-ща Рексов ты, дорогая, как Дайк, грохнеш-ш-шься в обморок!

Я хихикнула, но не стала развивать тему и пытаться раскрутить друга на подробное описание жилища его отца, скоро сама туда попаду. Ведь он и раньше говорил, что это надо видеть, а рассказывать бесполезно.

На другой стороне острова меня ожидал новый и весьма интересный транспорт: нечто среднее между обычной лодкой, длинной пирогой и огромной торпедой. В длину не меньше пяти метров, крытое примерно на две трети туго натянутым непромокаемым полотном, что давало защиту от ветра, воды и солнечного света – подобие лодки-палатки. Встать во весь рост под покрытием было, конечно, нельзя, а вот сидеть – спокойно.

Рассмотрев конструкцию и форму, я пришла к выводу, что эта штуковина, которую будут тащить ангалины, обладает отличной устойчивостью, лёгкостью и надёжностью. Бумер воспринял новый транспорт нормально. Мой любимец, по сути, был уже даже не горным волком, а морским, так как единственный в своём роде не раз бороздил водные просторы, хотя ограниченность в передвижениях ему не нравилась.

Макс с другими ангалинами быстро разместили поклажу, а всё подверженное влаге уложили в закрытой части лодки-сигары.

– Мы в таких раненых с-с-спасаем, беременных и малыш-ш-шню, когда в море слишком опас-с-сно… – прокомментировал один из ангалинов очень похожий на Макса, также зеленоглазый, только с более светлым окрасом чешуи.

– Вы тоже сын Рекса?! – удивлённо спросила я.

– Мы вс-с-се его сыновья… – ангалин снисходительно оскалился и кивнул. – А с Макссашараем мы родные, отец и мать у нас общ-щ-щие, прос-с-сто я старш-ш-ше на четыре года…

– Вот как?! – я уселась на свёрнутые одеяла и уставилась на серого ангалина. Ни Макса, ни остальных рядом в тот момент не было. Они что-то забыли и скрылись за скалами, оставив нас в маленькой бухте.

– Меня зовут Кари, – я протянула ладонь для