Северное сияние моего сердца - Вуди Добковиц

— He cheated!* — Он мухлевал!

— No. I came myself.* — Нет. Я сам пришел.

— Yes, mother.* — Да, мама.

— The twins ' secret affair?* — Тайная связь двойняшек?

— Not true. You're lying, dad.* — Не правда. Ты врешь, папа.

Осталось всего 2 части…. И ASK.

Успейте до 09.06 придумать и задать мне вопросы!! Больше такого не будет.

.

Спасибо всем, кто прочитал! Ожидаем следующую часть!

Глава 7. Часть 13. Семейная жизнь

Самые важные годы своей жизни человек проводит в школе. Именно здесь он находит настоящих друзей, определяется в выборе своих увлечений, впервые сталкивается с жизненными трудностями и радуется своим первым победам.

СШР повезло больше натыкаться на трудности, чем выигрывать в первых олимпиадах, как его младший брат. РАФ сразу смог наладить контакт с детьми, найти неплохих друзей и заработать уважение у учителей, что стоило немало усилий. Их родителей знали лишь преподаватели, детям же мальчики никогда не рассказывали про свою семью. Да и не нужно было, лица-то известные. Однако находились и те, кто не боялся гнева их отца и матери, позволяя себе сказать лишнее слово или распустить руки. Двойняшки все равно ничего не рассказывают родителям, желая справиться со своими неприятностями самостоятельно.

К СШР мало кто цеплялся, мальчик не давал себя в обиду. А вот РАФ напротив был мягок и добр, от этого он и получал от детей, что были сильнее его. Младший просил брата не вставать на его защиту, пытаясь самому разобраться с хулиганами. Но в итоге, на последней учебной неделе, когда РАФ вышел с друзьями во время перемены во двор, мальчуганы из другого класса вновь отобрали у него обед. На этот раз младший не позволил им делать, что вздумается. Однако из-за внезапного прилива смелости, обидчики лишь сильно толкнули его на землю, прямо на глазах у СШР. Тогда старший не смог терпеть этой несправедливости и, оставив еду на столе, бросился на защиту брата.

— Это вопиющее безобразие! — ругалась учительница на двойняшек. — Один спровоцировал, а второй побил! Вы же дети великих стран, а вести себя подобающе не можете!

— This is not our fault!* — возмутился мальчик, вытирая рукой каплю крови из носа. — Джейсон первый начал! Я лишь защитил брата!

— Джейсон, примерный ученик. Он никогда не поднимет ни на кого свою руку. — Заступилась за мальчика женщина. — РАФ, я очень в тебе разочарована. Ты в моих глазах выглядел иначе.

— Но, я ничего не сделал… — тихо ответил младший, не поднимая взгляда на учительницу.

— Эх… Мальчики, неужели все вопросы надо решать кулаками? — наконец, спросил учитель, подавив в себе всю строгость. — Возможно, все бы и обошлось. Но папа Джейсона узнал о вашей драке, и теперь хочет поговорить с вашими родителями завтра в кабинете директора.

Для детей это было ударом. Года в школе не прошло, а уже нарвались на неприятности.

— What will mother say?* — тихо задал вопрос брату РАФ, сидя на стульчике в холле школы.

— Лучше подумай, что ответит нам папка. — Недовольно сказал СШР, разглядывая пластыри на коленях. — Зададут родители нам дома.

Оба знали, как страшен их отец в гневе. А если еще и мать разозлится, им несдобровать.

— Хорошо, что нас сегодня не папа забирает. — Выдохнул младший, посмотрев на синяк на щеке у старшего.

— Это точно. Но мама тоже может наругать. Не видать нам с тобой сладостей и приставки неделю точно.

— Блин, обидно… А я как раз финал в Марио не прошел.

— Пройдешь через вечность.

— СШР, от твоих слов легче не стало.

Звонкий стук каблуков раздался на весь холл, привлекая внимание не только детей и их родителей, но и учителей. Классическая белая блузка из вискоса с бантом, длинный черный блейзер из спандекса и того же цвета брюки. Заметив возле себя носы черных туфель, двойняшки мигом подняли взгляд, понимая, что теперь их ждет наказание. Такой суровый взгляд России они видели только, когда в чем-то провинились.

— Mrs. Russia, can I see you?* — позвала ее учительница к себе в кабинет.

— Все. Мы попали… — устало произнес СШР, когда за русской закрылась дверь.

— И что делать?

— Ждать. Узнаем наш приговор потом.

— А я хотел попросить папу свозить нас в центр игр… — чуть не плача сказал РАФ.

— Теперь мы туда сходим через сто лет.

Но младшему не дали договорить, россиянка уже вышла из кабинета, прощаясь с их учителем.

— Пошлите. — Сухо ответила она, направляясь к выходу.

Теперь их мать точно злая, они ни с чем этот тон не спутают. С того момента, как двойняшки и женщина шли до машины, никто не смел и слова произнести. Но когда они отъехали от школы, Россия тяжело вздохнула и начала допрос о драке.

Если РАФ боялся что-то сказать, то его брат напротив яростно описывал все до мельчайших подробностей, не забывая сказать о том, как ужасный этот Джейсон.

— Значит, вы все это время молчали… — еще сильнее разозлилась русская, сжав со всей силы руль машины. — Я сколько раз вам говорила рассказывать о своих проблемах в школе?

— Ма, если все узнают, что мы вам нажаловались, то с нами никто не станет дружить. — Недовольно ответил СШР.

— Шура, вы еще маленькие, чтобы справляться с этим в одиночку. Посмотри на себя. Каким ты стал «красавцем» после драки. Папа в ужас придет от такого вида.

— Папа опять меня отругает…

— Не отругает. Я это делаю сейчас за него. — Повернула россиянка направо. — Мальчики… Я рада за вас. Вы очень дружные и стоите друг за друга горой. Рафик, молодец, что не дал себя в обиду. И ты, СШР. Ты не оставил своего брата в беде. Но драку я не поощряю! Если у вас так много энергии, то будете помогать нам сажать картошку, пока ваши братья и сестры будут играть в саду и ходить на рыбалку с прадедом и вашими дядями.

— И все? — тихо спросил РАФ, наконец, оторвав свой взгляд от пола.

— А вам мало?

— No! No!* — мигом крикнул старший. — Нам хватит.

Припарковав машину в гараже, женщина помогла своим сыновьям вылезти из кресла, а затем включила сигнализацию, направляясь следом за детьми в дом.

Сегодня в Белом доме состоялся очередной съезд губернаторов штатов, и США обязан был присутствовать на нем. К его счастью он не был столь длительным, как обычно, поэтому к приезду жены и двойняшек, Штаты уже сидел в гостиной. Настроение оставалось прекрасным до того момента, как в комнату