Рискованные мечты - Нора Робертс

— Я думала, мы никогда не доедем, — жалобно оттопырила она губы. — Я все-таки не понимаю, почему ты купил дом именно в этом богом забытом месте? — Она взглянула на Брета холодными зелеными глазами. — Один только снег кругом, камни и жуткий холод. — Изящно поежившись, она прижалась к нему. — Что можно делать здесь совсем одному?

— Я нахожу, чем заняться, — проговорил Брет, закуривая. — И я здесь не один — горы изобилуют жизнью, — кивнул он на окно. — Там водятся белки, бурундуки, кролики, лисы — множество мелких зверушек.

— Ну, это не совсем то, что я подразумевала под компанией… — пробормотала Чарлена своим самым чарующим голосом.

Брет одарил ее мимолетной улыбкой.

— По крайней мере, они занятны и нетребовательны. Из окна я видел даже, как мимо пробегают олени. Один раз прошел медведь.

— Здесь есть медведи! — воскликнула Чарлена и крепче вцепилась ему в руку. — Какой ужас!

— Настоящие медведи? — невольно заинтересовалась Хилари, и ее глаза заблестели в предчувствии возможного приключения. — А какие? Неужели эти громадные гризли?

— Здесь водятся черные медведи, Хилари, — уточнил Брет, посмеиваясь над ее реакцией. — Они тоже довольно большие. Но сейчас они погружены в зимнюю спячку, — добавил он специально для Чарлены.

— Слава богу! — выдохнула она с искренним облегчением.

— А Хилари понравились горы. Да, Хилари?

— Они волшебные, — подтвердила Хилари с воодушевлением. — Такие настоящие, суровые. Наверное, и сто лет назад здесь все выглядело точно так же. Никакой застройки, никакой цивилизации — только нетронутая природа на многие километры.

— Ах, вы, оказывается, романтическая натура, — заметила Чарлена.

Хилари метнула в нее убийственный взгляд.

— Хилари выросла на канзасской ферме, — объяснил Брет, заметив в темно-синих глазах недобрые огоньки. — Она еще ни разу не видела гор.

— Надо же, — пробормотала Чарлена, кривя губы улыбкой. — Там у вас, кажется, сеют овес? Вы, должно быть, очень неприхотливы, раз вышли из простой среды.

Ее надменный тон привел Хилари в ярость, и она не смогла сдержаться:

— Жизнь на ферме едва ли можно назвать простой или примитивной, мисс Мейсон. Вам, как рожденной в мегаполисе, трудно представить бескрайнее поле пшеницы или бесконечную вереницу покатых холмов. Жизнь там не такая изысканная, как в Нью-Йорке, но вовсе не доисторическая. У нас даже есть горячая и холодная вода в домах. И люди умеют ценить и уважать землю во всех ее проявлениях.

— Вы, должно быть, настоящее дитя природы, — скучающим голосом сказала Чарлена. — Я же предпочитаю комфорт и городскую культуру.

— Я пойду прогуляюсь немного, пока не стемнело. — Хилари быстро поднялась, чувствуя, что лучше ей держаться подальше от Чарлены, иначе она может не совладать с собой.

— Я тоже пойду с вами, — поднялся вслед за ней Бад. — Мне пришлось весь день с ней провести, — прошептал он Хилари на ухо с заговорщицкой улыбкой. — И сейчас очень хочется продышаться.

Хилари рассмеялась и под руку с Бадом вышла из комнаты, успев заметить, как омрачились серые глаза, провожавшие ее.

Оказавшись снаружи, они принялись глубоко дышать, хихикая, как школьники, над незатейливой шуткой. Потом подошли к ручью, двинулись вниз по течению и скоро оказались в лесу. Здесь солнечные лучи с трудом пробивались сквозь густые кроны сосен и сверкали на бархатистом снегу. Бад что-то рассказывал, и Хилари постепенно успокоилась.

Они взобрались на невысокий утес и некоторое время постояли в дружеском молчании.

— Здесь шикарно, что и говорить, — сказал Бад, и Хилари в знак согласия с наслаждением вздохнула. — Снова начинаешь чувствовать себя человеком, — добавил он, слегка подмигнув. — Эту женщину трудно переварить. Не понимаю, что в ней находит шеф.

— Как ни странно, я с вами согласна, — усмехнулась Хилари.

Когда они шли к дому, снег из белого стал голубым. Медленно подползали сумерки. Они снова пошли по ручью, по собственным следам, и, войдя в дом, весело смеялись, словно старые товарищи.

— Из вас никому не пришло в голову, что не стоит бродить по лесу с наступлением темноты? — мрачно спросил их Брет.

— Какая же сейчас темнота? — Хилари, стаскивая ботинок, запрыгала на одной ноге. — Только-только начало смеркаться, и мы просто прошли вдоль ручья. — Потеряв равновесие, она оперлась на Бада, а он поддержал ее за талию, ожидая, пока она снимет другой ботинок.

— Мы протоптали в снегу тропинку, это лучше, чем хлебные крошки, — усмехнулся он.

— В горах темнеет мгновенно, а сегодня еще и ночь безлунная, — не успокаивался Брет. — Здесь заблудиться ничего не стоит.

— Но мы же не заблудились, значит, все в порядке, — заметила Хилари. — Не нужно снаряжать поисковую экспедицию или отпаивать нас бренди. А где Джун?

— В кухне, готовит ужин.

— Пойду я лучше ей помогу! — Она лучезарно улыбнулась ему и ускользнула, предоставив Баду задабривать шефа.

— Для женщины всегда найдется работа, — со вздохом переступила Хилари порог кухни.

— Скажи это мисс воображале, — поморщилась Джун, разрезая мясо. — Она, видите ли, «так устала после трудной дороги… — она театральным жестом поднесла руку ко лбу, — что просто должна пойти прилечь перед ужином».

— Нам повезло! Кстати, — спросила Хилари, включаясь в готовку, — кто это назначил нас дежурными по кухне? Я уверена, что в моем контракте нет такого пункта.

— Я сама предложила.

— Добровольно?

— Ситуация такая, — начала объяснять Джун, роясь в шкафчиках. — Я успела немного познакомиться с кулинарными талантами Ларри и больше не хочу отравиться. А знала бы ты, какой омерзительный кофе готовит шеф! Ну а насчет Бада — может, он и правая рука шефа, но я рисковать желудком не намерена.

— Вот теперь понятно.

Непринужденно болтая, они готовили ужин. Мясо шипело на огне, весело гремели тарелки. Неожиданно в дверях материализовался Ларри и шумно втянул воздух.

— Какая изощренная пытка. Я умираю от голода, — провозгласил он. — Долго еще ждать?

— Вот, — сунула ему в руки Джун стопку тарелок. — Иди накрывать на стол. Это отвлечет тебя от мыслей о голоде.

— Я же знал, что напрасно сюда иду! — Схватив тарелки, он исчез в комнате.

— Это горный воздух виноват, — сказала Хилари, когда компания, усевшись за стол, жадно поглощала еду. — Я жутко изголодалась.

На губах Брета появилась двусмысленная улыбка, живо напомнившая Хилари об утреннем эпизоде в кухне. Горячая волна прилила к щекам. Она подняла бокал с красным вином, которое Брет достал из какого-то тайника, жадно сделала глоток и решительно переключилась на еду.