Взаимное укрощение - Екатерина Васина

— Не знаю даже, — почесал затылок Илья. — Собачка то уже взрослая, тут нормальный дрессировщик нужен. Мы такого нашей псине вызывали на месяц.

— Ну Илья, — ластилась к нему Лизка. — Ты же знаешь к женщинам подход, а Чаппа та же женщина, только волосатая и с хвостом.

Диана звонко рассмеялась от такого сравнения.

— Лиза, судя по твоим словам, хорошим дрессировщиком может стать любой бабник?

— Я не бабник, — обиделся Илья. — Я любитель женщин. Мы с Кириллом.

— Ага, тонкие ценители красоты, — поддакнул Кир. Он сидел на краю плота и пытался удить на блесну. Получалось плохо.

— Чаппа, сидеть, — решил все же попытаться Илья, вооружившись куском сыра. Собака завиляла хвостом и завертелась юлой. Поддаваться дрессировке она не хотела.

Так и развлекались до вечера. Правда Кир периодически бросал обиженные взгляды на Диану, видимо, не мог поверить, что она считает его таким мерзким. Но в то же время понимал, что у нее есть все основания мужчин его типа подводить под одну «гребенку».

К берегу пристали довольно рано. Костя решил, что сегодня надо расслабиться и отдохнуть в обнимку с глинтвейном. Предложение все приняли на «ура». Быстро поставили палатки. Илья с Кириллом и Костей пошли еще раз проверить поврежденный плот. Ждан отправился за дровами. А девушки занялись готовкой. Игорь рядом с ними раскладывал какие-то мешочки.

— Это все для глинтвейна? — удивилась Диана. Тина, рядом с ней, хмыкнула, словно девушка спросила великую глупость. Лизка подумала даже, не стукнуть ли противную девицу котелком.

— Конечно, — засмеялся Игорь. — Я этот наборчик всегда в походы беру. Вы у меня знаете как улетите с одного глотка?

— Правда? — заинтересовалась Лизавета. — Ты гарантируешь?

— Фирма веников не вяжет, — Игорь открыл один из мешочков. — Ди, как думаешь, что это?

Девушка наклонилась и вдохнула пряный резкий запах. Очень знакомый…

— Гвоздика?

— Умница. Теперь ты, — другой мешочек перекочевал к Лизке. Та нюхала дольше.

— Вроде на корицу похоже.

— Девушки, вы меня радуете, — Игорь повернулся к Тине. — А ты угадаешь?

— Кардамон, — едва слышно прошептала девушка. И куда только ее злость подевалась? Игорь довольно кивнул и принялся открывать другие мешочки. Специи он несколько минут поварил в небольшом количестве воды, потом вылил туда вино и добавил мед, лимон и апельсин.

— Все. А теперь пусть полчасика настоится.

За полчаса многое успели. Лизка с Дианой расстелили спальники в палатке, закинули в угол вещи и вытащили свитера. Днем и вечером солнце калило, а вот ближе к ночи с речки тянуло сильной свежестью.

Еще и комары с оводами предприняли вражеский набег. Но специальные аэрозоли изгнали их. И теперь они стали нападать редко и быстро.

Небольшой песчаный кусочек с трех сторон окружали березы, с четвертой подступала река. Лизавета выпросила у Кирилла фотоаппарат, и они с Дианой наобнимались с березами, позируя.

А через полчаса все расселись возле потрескивающего костра. Солянка и глинтвейн были встречены с восторгом. Игорь не обманул: пряный напиток обжигал горло и бомбой взрывался в желудке, растекаясь по организму теплой волной. Вся компания, осоловев, сидела на «пенках», прислонившись кто к рюкзакам, а кто друг к другу. Диана и Лизка с обеих сторон привалились к Кириллу. Тот балдел и даже украдкой показал язык Илье.

Почему-то разговор плавно перешел на отношения мужчины и женщины. Возможно, глинтвейн развязал языки. А, может, все началось со спора Лизки и Кира, когда девчонка пыталась сообщить, что парни великолепно могут вымыть тарелки сами. Что женщина не ходячая посудомоечная машина.

— Девушки, вы оборзели, — хохотал Костя. — У вас прав даже больше чем у нас, а про запросы я вообще молчу.

— Запросы растут в связи с уровнем жизни, — Тина рвалась в бой. — И вообще, дело не в этом, а в том, что мужики совсем обнаглели.

— Я не знаю в чем конкретно они обнаглели, но поддерживаю, — Лизка поболтала остатками глинтвейна в кружке. Брат мрачно на нее посмотрел и сделал вывод:

— Зря тебя родители ремнем не пороли.

— Ой ой ой, хочешь сказать, ты не согласен?

— С чем?

— С тем, что, несмотря на равноправие, мужчины по — прежнему считают себя главными.

— Не то, чтобы считают, — тихо поправила Диана. — Просто у них достаточно сил, чтобы принизить женщину.

— Диана!

— Что, Диана? — вскинулась девушка. — Ты же не будешь отрицать, что сильнее женщины, да? И можешь в любой момент указать ей на место. Просто так, чтобы не задавалась.

— Ди, я понимаю, ты с детства видела подобных…типов, — Кирилл украдкой показал кулак остальным, чтобы не лезли с расспросами. — Но, поверь, ведь в мире полно других, внимательных и ласковых.

— Я знаю, — кивнула Диана. — Я пытаюсь привыкнуть к этому. Вот тебе, Кир, я верю. Скажи, как бы ты относился к своей девушке, которую полюбил бы по-настоящему. На которой готов был бы жениться.

Лизка хмыкнула себе под нос, оценивая ход подруги.

— Как? — Кирилл отхлебнул глинтвейна. — Ну романтики от меня не ждите, это точно. Я не умею петь, не разбираюсь в цветах и не понимаю звездно-лунной романтики. Зато я точно буду стараться ее понять, хотя и потребую того же самого к себе. Вообще мне кажется, что в семье оба должно доверять друг другу и не пытаться в чем-то ограничить. И уж точно я никогда не подниму руку на женщину. Так делают только слабаки.

— Ага, как же. — проворчала Лизка. — А подзатыльники ты уже забыл?

— За дело, — спокойно парировал брат. — И это не битье, поняла? Женщину может ударить только трус и слабак.

— Согласен, — поддержал Игорь. — Женщину наоборот надо защищать, порой даже от самой себя.

— Это как? — не поняла Тина.

— А так. Вы очень хрупкие и нежные создания, вас оберегать надо от всего плохого. Все равно девушки были и остаются очень ранимыми и беззащитными, — Игорь нежно улыбнулся Диане. Той стало не по себе, хотя худенький остролицый парнишка внушал ей симпатию.

А вот Лиза оказалась в корне с ним не согласна.

— Мы не нежные. Между прочим, современная женщина вполне способна делать то же, что и мужчина, ясно? А вот вы наоборот умеете меньше. Вы рожать никогда не сможете!

— Вот как? — негромко поинтересовался Ждан. — Значит, вы такие же сильные? Ну тогда иди и принеси пять бревен, поруби их и сложи в поленницу.

— А нафига?

— Надо. Представь, что тебе придется уехать жить в деревню.

— Не собираюсь даже.

— Хорошо. Допустим, в походе надо построить плот из бревен. Давай, притащи их. Мы же на равных правах.