Перепутье - Даниэла Стил

Ник долго стоял на палубе, стараясь успокоиться. Он понимал,что его жизнь сделала крутой поворот. Впервые они с Хиллари серьезно заговорилио разводе. Даже здесь, на «Нормандии», она продолжает изменять ему. Теперь унего не осталось никаких иллюзий на ее счет, он окончательно убедился в том,кто она такая. Никогда Ник уже не сможет быть с ней прежним. Возможно, современем Хиллари эта игра надоест. Возможно, она все же решит уйти и оставитьему Джона. И даже неважно, женится ли Ник еще, все равно он сделает жизнь сынасчастливой. Но сейчас не время думать об этом — пока он женат на Хиллари, какбы тяжело это ни было. Ник наблюдал, как заходит солнце, и размышлял о себе.Наконец солнце село, он ушел в каюту и запер за собой дверь.

И только тогда потрясенная услышанным Лиана позволила себевстать со скамейки на своей террасе и уйти к себе. Выходя из «Довиля», ни Ник,ни Хиллари не заметили ее. Все время их разговора Лиана сидела, не смеяшевельнуться. Больше всего она боялась, что Бернхамы, в особенности Ник,догадаются, что она невольно подслушала их разговор. И теперь, сидя у себя,Лиана с глубокой жалостью думала о Нике. Какая, должно быть, несчастная,одинокая жизнь у этого человека! И он ничего не может изменить. К такомуодиночеству приговорила его эта женщина, его жена.

— Боже мой, что случилось? — воскликнул Арман. Онпоцеловал Лиану, которая сидела, опустив голову, у своего туалетного столика.

— Что? А, это ты… — Она попыталась улыбнуться, но несмогла скрыть, как тяжело у нее на душе. Несчастья других никогда не оставлялиее равнодушной.

— Ты ждала кого-то другого?

— Нет конечно. — Она снова улыбнулась, но Арманвидел: что-то не так:

— Что случилось, дружок?

Лиана подняла на него грустные глаза:

— Только что здесь произошла ужасная сцена.

— Кого-нибудь побили? — забеспокоился Арман.

— Нет. Размолвка между Ником Бернхамом и его женой.

— О Боже! Семейный скандал? Но как ты там оказалась?

— Я сидела на террасе, они просто не заметили меня. Онивышли на свою часть палубы, и я слышала каждое слово. По-видимому, эта женщиназавела интрижку с кем-то из пассажиров.

— Ничего удивительного. Но он тоже виноват, раз неследит за женой.

— Как ты можешь так говорить! Кто же она такая, еслипозволяет себе подобное?

— Потаскушка, и все. Но он, наверное, не раз прощал ейтакие вещи.

Лиане ничего не оставалось, как согласиться с мужем.

— И все-таки мне жаль его, Арман… Он еще упрекал ее втом, что она забросила мальчика. — На глазах Лианы показались слезы; Арманнежно обнял ее.

— И теперь ты решила усыновить их обоих и взять с собойво Францию. Ах, Лиана, доброе дитя, у тебя такое мягкое сердце. Мир полонлюдей, окруживших себя злом.

— Но он хороший человек. Он не заслуживает этого.

— Возможно. Как бы там ни было, не стоит так сильнопереживать за него. Он со временем сам решит свои проблемы, а у тебя и такмного своих. — Арман знал, что иногда слишком большое участие создаетнежелательные ситуации, и хотел уберечь Лиану от этого. В некотором отношенииона оставалась еще слишком неопытной, и он чувствовал, что должен защитить ееот себя самой. — Что ты наденешь сегодня на праздничный ужин?

— Не знаю… Я… Арман, как ты можешь сейчас говорить обэтом?

— А что же я, по-твоему, должен делать? Ты хочешь,чтобы я пошел в «Довиль» и застрелил его жену?

— Нет, — засмеялась Лиана. — Но все-таки,бедняжка… И их малыш страдает…

— Успокойся. Давай не будем вмешиваться в чужиесемейные дела. Может быть, сейчас они, несмотря на все, что ты слышала,предаются страстной любви. Возможно, она ему нравится и такая.

— Сомневаюсь.

— Откуда ты знаешь? — Арман внимательно посмотрелна жену, стараясь понять ее скрытые мысли.

— Я вчера играла с ним в теннис. Мы поговорили, и мнепоказалось, что он не очень счастлив с ней.

— По крайней мере, это доказывает, что он нормальныйчеловек. Но все это его проблемы, а не наши. А теперь я хочу, чтобы ты забыла оБернхамах. Не хочешь ли шампанского?

После минутного размышления Лиана решила, что, пожалуй,выпьет немного. Арман ненадолго вышел и вернулся с двумя бокалами. Подойдя кжене, он нежно поцеловал ее в щеку, потом в шею, потом в губы, и она действительнозабыла и о Нике Бернхаме, и о его жене. Арман прав. Тут она ничем не можетпомочь.

— Итак, что же ты собираешься надеть сегодня вечером?

Они снова будут сидеть за столом капитана, сегодняшний деньстанет последним на корабле — послезавтра они прибывают в Гавр.

— Я думаю, красное муаровое платье.

— Ты будешь похожа на мечту. — По восхищенномувзгляду мужа Лиана поняла, что он действительно так считает.

— Спасибо. — Она присела к туалетному столику и,глядя в зеркало на Армана, начала раздеваться. — Ты закончил работу?

— Более или менее, — неопределенно ответил он.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Посмотрим.

— Но ты пойдешь на ужин? — Лиана сразу поникла.

— Разумеется. — Арман снова подошел к ней ипоцеловал в плечо как раз у основания шеи. — Но, скорее всего, я не смогутам надолго задержаться.

— Ты что, собираешься после ужина снова работать сЖаком? — Лиана вдруг ощутила, что она уже устала от плавания, отодиночества, от этих людей вокруг. Ей хотелось вернуться домой или уж скорееоказаться во Франции.

— Может быть, нам с Жаком придется немного поработать.Посмотрим.

— Но, Арман! — Она казалась вконец убитой. Арманопустился на кровать.

— Я все понимаю. Все. Я почти не видел тебя во времяплавания. Я тоже надеялся, что это будет наш второй медовый месяц, но на менянавалилась работа, целая гора работы. Клянусь, я делаю все, что могу.

— Я знаю. И не жалуюсь. Просто я только думала, чтосегодня…

— Я тоже. — Но он не мог сказать точно, сколькоеще бумаг вытащит Перье из своего портфеля Арман едва успевал перевести дыханиемежду ежедневными встречами с Перье, но ему приходилось готовиться к прибытиюво Францию, как бы это ни было тяжело для Лианы. — Посмотрим. Может быть,я напьюсь пьяным и не смогу работать.

— Придется мне организовать заговор, чтобы тебя напоили.

— Только попробуй! — Арман улыбнулся жене, и онапошла принимать ванну.

В то же самое время в «Довиле» Хиллари наливала себеочередной стакан виски. У нее был трудный день. Этот парень из второго классачуть не свернул ей шею, такой грубиян. Он утверждал, что понятия не имел, чтоона замужем, а когда хорошенько рассмотрел ее обручальное кольцо, заявил, чтохочет передать ее мужу небольшой «подарок». Этот «подарок», укус в шею, чуть неиспортил все удовольствие. Но так или иначе, это хоть немного развеяло скуку.Однако Хиллари очень не понравилось то, что сказал Ник.