Первые впечатления - Джуд Деверо

– Ложитесь в постель, – обреченно вздохнула она. – Вы остаетесь на сегодняшнюю ночь.

– Нет-нет, я знаю, что должен вернуться к себе, – поспешно возразил Макбрайд. – Было бы неправильно оставаться на ночь под одной крышей с незамужней женщиной.

Иден опустилась на стул, стоящий у двери, и поинтересовалась:

– Скажите, мистер Макбрайд, вы вообще всех обманываете, или это только я такая особенная, что вы ни слова правды мне еще не сказали за все то время – недолгое, правда, – что мы знакомы?

– Не понимаю, о чем это вы. – Сделав удивленное лицо, Джаред начал доставать свою одежду.

Иден задумчиво смотрела на комод. Все-таки, думала она, Алистеру Фаррингтону не удалось распродать все уникальные вещи. Иден буквально видела, как миссис Фаррингтон улыбается – ей удалось спасти кое-что действительно ценное от безумной жадности своего сына. Интересно, задумалась Иден, много ли еще ценностей скрывает этот дом?

Ей хотелось бы не спеша побродить по комнатам, заглядывая в шкафы и трогая мебель, но в первую очередь нужно было решить вопрос с ее гостем.

– Мне очень хотелось бы знать, что на самом деле привело вас в Арундел, – сказала Иден. – Может, вы охотник за сокровищами? Сказки о кладах лишают вас сна и покоя?

– Я не знаю, о каких сокровищах идет речь. – Теперь Джаред направился за носками и ботинками.

– Вы такой же рыбак, как я, – уверенно заявила Иден. – Я видела ваши вещи и могу с уверенностью сказать – все они новые, только что из магазина. Словно вы не хотите, чтобы они хоть что-то о вас рассказали. Кто вы и откуда, что вы любите и почему приехали сюда – ваши вещи не говорят ровным словом ничего. Так не бывает, понимаете?

– В моем доме был пожар, и все старые вещи сгорели, – быстро нашелся Джаред. Иден не видела его лица, но почувствовала, что он улыбается.

– Той ночью, когда я застала вас в своем доме, вы что-то искали. Шарили вокруг. И распределительный щит с перегоревшими пробками тут совершенно ни при чем. Я отвечаю за свои слова, так как звонила в электрическую компанию и там сказали, что наши дома не находятся на одной линии.

– Я же этого не знал. – Джаред сидел теперь на стуле и с любопытством рассматривал Иден, явно ожидая продолжения.

«А ведь ему нравится эта игра в кошки-мышки, – решила она. – Игра в кошки-мышки. Только вот интересно, кто из нас кошка, а кто мышка?»

– А где же ваша знаменитая электропила? Я была в доме и потом заглянула в гараж. Там нет пилы. И в вашем новеньком пикапе ее тоже нет.

– Пила под верстаком.

– Да? Пойдемте поищем ее вместе.

Он встал, тяжело опираясь на спинку стула.

– Пойдемте.

Иден махнула рукой и устало сказала:

– Возвращайтесь в кровать.

Она понимала, что Макбрайд преувеличивает свои страдания, что она проявляет слабость и идет на поводу у этого человека… но кровь на его ноге притягивала ее взгляд; Иден снова и снова смотрела на след от собственных зубов и каждый раз вздрагивала.

– Полагаю, вы голодны, – недовольно сказала она.

– Нет, мэм, я вполне могу обходиться без пищи. – Джаред прохромал к постели. – Но я все же воспользуюсь вашим гостеприимством на сегодняшнюю ночь и покину этот дом завтра утром.

– Ну и хорошо, – отозвалась Иден, направляясь к двери.

Злясь на себя, Иден пошла в кухню, вынула суп из холодильника, разогрела и налила полную тарелку. Затем достала остатки салата, налила кружку сладкого чая, потом подумала и налила еще и бокал вина. Если Макбрайд принимает обезболивающие, то вино в сочетании с анальгетиками сыграет роль снотворного. По крайней мере она сможет спать, не прислушиваясь к его шагам.

Она несла поднос в гостевую спальню и всю дорогу ругала себя.

Макбрайд лежал, откинувшись на подушки, и изо всех сил изображал умирающего. Иден поставила поднос на край кровати и повернулась к выходу.

– Надеюсь, вы сегодня приятно провели вечер, – произнес Макбрайд.

– Нет, неприятно, и виноваты в этом только вы! Как могли вы так бессовестно шпионить за нами? И почему вы позволяете себе шарить по моему дому с фонарем, а потом рассказываете полицейским дурацкую сказочку, заставляя их верить каждому вашему слову? А меня они высмеяли! Знаете, что такое маленький город, где все друг друга знают и единственное развлечение – сплетни о соседях? Да они никогда мне этого не забудут. Вы хоть представляете, во что теперь превратится моя жизнь? Я просто понять не могу, почему они поверили вам, а не мне!

Джаред молчал, активно работая челюстями. Руки Иден непроизвольно сжались в кулаки, но она решила не испытывать больше судьбу и просто уйти. Слова Макбрайда застали Иден в дверях.

– ФБР, – сказал Макбрайд не слишком отчетливо, так как рот у него был занят.

– Что? – Иден медленно вернулась к кровати.

– Я из ФБР, и шериф это знает. Если бы они не выяснили, кто я такой, то бросили бы меня в тюрьму и оставили гнить там до скончания веков – за то, что я напугал леди. Здесь все очень трогательно к вам относятся. То ли вы им просто нравитесь, то ли они считают вас своей. Надеюсь, это не значит, что вы все тут члены какой-то страшный секты. Рано или поздно именно ФБР приходится разгребать все эти святилища и прочую отраву, а я очень не люблю подобные дела. В них гибнет слишком много агентов.

Иден замерла перед ним, вытаращив глаза и приоткрыв рот от изумления. Она даже не знала, что сказать.

– У меня все же состоялась не слишком приятная беседа с вашим шерифом, когда он объяснил, что думает обо мне, моей организации и о наших методах. Потом-то ему пришлось поддержать версию о том, что я герой, а вы – слегка сдвинувшаяся янки. Ему это далось непросто, потому что в этих краях лучше быть серийным убийцей, чем янки. По крайней мере у меня сложилось такое впечатление. Быть янки – это еще хуже, чем быть агентом ФБР при исполнении задания. Эй, сядьте-ка лучше сюда, а то у вас такой вид, словно вы собираетесь грохнуться в обморок. – С этими словами Макбрайд дернул Иден за рукав и заставил сесть на кровать. Потом протянул ей бокал вина и приказал: – Выпейте. Мне это все равно нельзя. Я пью таблетки, прописанные врачом, и в сочетании с вином они меня вырубят за пять минут. Или этого вы и добивались?

Иден, глядя на Макбрайда круглыми глазами, послушно взяла бокал и осушила его в два глотка.

– Кстати, как давно вы знаете Гренвилла?

– Не ваше дело, – решительно отозвалась Иден, которой шок и вино придали храбрости. – Я хочу знать, что вас интересует в моем доме. Почему вы здесь и что вам нужно?

– Вы знаете человека по имени Роджер Эпплгейт?

– Нет.

– Уверены?

– Абсолютно. Если вы не расскажете мне, что происходит, я немедленно позвоню шерифу. Что вам в конце концов нужно? И что именно вы ищете в моем доме?