Поймай, если сможешь - Мэгги Кокс

— Мы тут решили отпраздновать это дело. Было бы здорово, если бы ты к нам присоединилась.

Обрадованная тем, что ей удастся отвлечься на время от мыслей о Николае и своих неприятных воспоминаний, Элли, не колеблясь, приняла предложение Пола.

— Отличная мысль. Где вы будете? Если я через час к вам подъеду, хорошо?

По пути к выходу Элли заглянула на кухню, где хозяйничала Мириам.

— Мириам? Вы не знаете, где мистер Голицын? — спросила Элли.

Сердце Элли забилось, потому что ей казалось, что он может появиться в любой момент, стремясь застать ее врасплох. Она знала, что он укладывал Арину спать, поскольку сама присоединилась к нему, чтобы пожелать девочке спокойной ночи и поцеловать, но после этого его больше не видела. Он предложил ей пойти заняться разборкой вещей, и она воспользовалась этим, чтобы скрыться от него у себя в своей комнате.

— Мистер Голицын у себя в кабинете, доктор Лайонс… Элли. — Женщина виновато улыбнулась. — Он просил передать вам, что будет занят в течение пары часов. Если вам что-то нужно, я могу вам помочь.

Вздохнув с облегчением, Элли оставила в покое локон, который она нервно накручивала вокруг пальца, и принялась застегивать пуговицы легкой куртки.

— Да нет, все в порядке. Мне позвонили и пригласили в кафе. Если Николай будет спрашивать, скажите ему, что я вышла. Не буду его беспокоить, раз он работает.

— Да, конечно. Желаю вам хорошо провести вечер.

— Спасибо. Спокойной ночи, Мириам.

— До свидания, Элли.

Пытаться просматривать почту было бесполезно, потому что всеми его мыслями снова завладела Элли. Зачем ему вообще сидеть и заниматься этим, когда секретарь занималась его корреспонденцией и обязательно сообщит ему, если будут важные письма?

Николай встал из-за стола, покрутил головой из стороны в сторону и распрямил плечи, чтобы хоть немного размять напряженные мышцы.

После ужина он вначале поднялся наверх, чтобы прочитать Арине сказку, а потом отправился в кабинет. Ему хотелось побыть одному и отвлечься на некоторое время от белокурой красавицы, к которой его тянуло все сильнее и сильнее, особенно после поцелуя в парке. Не видя прекрасного лица Элли и не вдыхая исходящие от нее ароматы, Николай надеялся вернуть себе привычное хладнокровие и постараться смирить свой пыл, чтобы взять ситуацию под контроль.

Поцелуй в парке еще сильнее разжег страсть Николая. Если Элли в самое ближайшее время не окажется в его кровати, то ему придется серьезно подумать над тем, не позвонить ли одной из его бывших любовниц. Николай обхватил голову руками и тихо застонал. Нет, он этого не сделает!

После того, как он опять поцеловал Элли, он уже не мог представить рядом с собой никакой другой женщины.

Узнав, что Элли много сил и времени отдавала приюту, да к тому еще и жертвовала на него деньги из собственного кармана, Николай задумался об обоснованности своих обвинений против нее. Как-то не вязался созданный им образ воровки и авантюристки с ее благотворительностью и человеколюбием.

И, принимая во внимание ее, безусловно, трепетное отношение к Арине, Николай не мог представить, что она могла сознательно подвергнуть риску жизнь девочки. Даже ради Саши, если он и был ей дорог. Сомнения по поводу брата стали возникать в голове у Николая. Неужели он просмотрел что-то? И все это привело к трагедии, которая унесла жизнь Саши… После смерти родителей вся ответственность за брата лежала на его плечах. Не слишком ли он много позволял Саше из любви к нему? Что же тогда произошло в тот день?

В дверь постучали. Проведя рукой по волосам, Николай почувствовал, как все его тело снова напряглось при мысли, что за дверью находится Элли. Когда он увидел в проеме голову своей домработницы, то разочарованию его не было предела.

— Да, Мириам. Что такое? — нетерпеливо спросил он.

— Элли просила вам передать, что она вышла. У нее какая-то встреча в кафе.

— С кем? — воскликнул Николай.

— Не знаю, мистер Голицын.

— Когда она ушла?

Его охватила тревога. Неужели она снова сбежала и оставила его и Арину? Сердце Николая гулко стучало, и он отругал себя за то, что начал обращать внимание на ее положительные качества, едва не забыв о том, что она уже предала его и Арину один раз.

— С полчаса назад, мистер Голицын.

— Вы уверены, что она не упомянула, куда идет и с кем встречается?

— Да, уверена. К сожалению, она только сказала, что выйдет ненадолго.

Николай пожалел, что Мириам не сообщила ему об этом раньше. Но винить ее было бессмысленно. К тому же не могла же Элли безвылазно сидеть в четырех стенах? Однако мысль о том, что она ушла на свидание с кем-нибудь из своих бывших любовников, больно ударила по самолюбию Николая.

— Спасибо, Мириам. Я тогда подожду ее возвращения. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, мистер Голицын.

Не в силах избавиться от ощущения, что она что-то сделала не так, Мириам вздохнула, но потом передернула плечами и направилась к себе.

— Хорошо провела время?

Николай поднялся из кресла, в котором ждал возвращения Элли. Он сам удивился, как ему удавалось сохранять спокойствие. Шел первый час ночи, и им уже овладел страх, что она не вернется.

Элли могла прийти к выводу, что ей лучше рискнуть и попытаться сбежать от него, хотя он и обещал посадить ее саму и отца в тюрьму. Настроение у него было отвратительным, но при этом Николай не смог удержаться от того, чтобы не залюбоваться Элли. Тусклый свет из коридора подчеркивал все изгибы ее тела, и волосы сияли. Его поразила белизна кожи Элли, которая идеально гармонировала с ее изумрудными глазами. Они были широко распахнуты, поскольку она едва ли ожидала натолкнуться на него, вернувшись в дом.

— Уже поздно. Николай! Тебе не нужно было меня ждать. У меня же есть ключи. Ты мне их сам дал.

— Где ты была? — спросил Николай, все еще не в силах оторвать взгляда от сверкающих глаз Элли.

— Разве Мириам тебе не сказала? — Элли нахмурилась. — Я ей сказала, что мне позвонили и пригласили в кафе. Ты работал, и я не хотела тебе мешать.

— Он или она?

— Что?

— Кто тебя пригласил?

— Не верю своим ушам! Ты всякий раз будешь у меня выпытывать, что я делала, уйдя из дома? Может, еще прикажешь Ивану сопровождать меня? Тогда ты сможешь быть в курсе каждого моего шага.

— Ты преувеличиваешь! — Николай выругался и сжал руки.

— Нет! Это ты зашел слишком далеко! — Она предостерегающе помахала ему пальцем, и он инстинктивно схватил ее за локоть. — Отпусти меня!

Глаза у нее расширились от ужаса, она вся сжалась и рукой заслонила от него лицо, как будто думала, что он собирается ударить ее. Забыв обо всем, Николай крепко прижал Элли к себе.