Дар исцеления - Мэхелия Айзекс

Молодая женщина обратила внимание, с какой непринужденной грацией и в то же время уверенно он двигается, приковывая к себе взгляды представительниц прекрасной половины человечества. В какой-то момент она даже испытала укол ревности, но забыла обо всем, когда Говард мягко сказал «привет», подойдя совсем близко.

Неожиданно Филиппу охватило странное желание: поцеловать его в твердые чувственные губы прямо здесь, посреди зала. Впрочем, она сдержалась.

– Привет, – ответила она, улыбаясь. – Прости, что опоздала.

– Я более чем вознагражден за мое ожидание, – ответил Говард, склоняясь к ее руке. – Ты очень красива, я польщен. Смею надеяться, что твои старания предназначаются мне.

Они прошли в ресторанный зал, где в отдельном кабинете их уже ждал сервированный стол. Официант в белом смокинге поднял серебряные крышки с блюд, другой разлил по бокалам густо-красное вино.

– За встречу! – провозгласил тост миллионер и посмотрел ей в глаза.

Филиппа давно не испытывала такого удовольствие от общения. Лишь в один момент обстановка стала несколько напряженной; когда они заговорили о Ребекке. Говард снова пытался убедить ее в необходимости проконсультироваться с психологом, поскольку не считал причину речевого дефекта девочки физиологической.

– Но ей же было всего три года, когда произошла авария! – несколько раздраженно возразила Филиппа в ответ на его доводы. – И вообще, неужели ты пригласил меня исключительно для того, чтобы поупражняться в прикладной психологии?

– Хорошо, если не хочешь, не будем об этом. Просто мне казалось важным, что…

– Что она иногда начинает говорить лучше? Да, знаю, я сама замечала, что в спокойной обстановке Бекки почти не заикается. Доктор Колинз считает, что нужно лишь немного времени, чтобы к ней вернулась способность к нормальной речи. – В Филиппе, как всегда в подобных ситуациях, проснулись животные материнские инстинкты, и она была готова защищать свое дитя до последнего. – Ладно, прости, что не сдержалась Просто для меня это больная тема.

– Я тоже не прав: сейчас не место и не время обсуждать твою дочь. Предлагаю продолжить ужин и не затрагивать неприятных тем.

Дело было не в неприятной теме. Просто в течение стольких лет Филиппа молилась, чтобы дочь выздоровела, но ничего не менялось, даже, наоборот, становилось хуже. Так что теперь она не могла позволить себе поверить в призрачную мечту. Лучше ни на что не надеяться, тогда не будет так больно.

В остальном все шло совершенно чудесно. Шеф-повар блестяще проявил свое искусство, блюда буквально таяли во рту. К сожалению, Филиппа не часто бывала в ресторанах, поэтому выпила вина несколько больше, чем следовало: официант не позволял ее бокалу простаивать пустым и все время доливал ароматный напиток.

– Скажи мне, – начал Говард, не спуская с нее пристального взгляда синих глаз. – Ты думаешь, я пригласил тебя, чтобы убедить в кулинарном гении шеф-повара «Колизея»? Или чтобы продемонстрировать моим друзьям?

– Вряд ли, – пожала плечами Филиппа. Вино придало ей смелости, поэтому она положила ладонь на его руку. – Но, в любом случае, меня это не волнует.

– Хочешь сказать, что тебя волную я? – спросил он, сжимая ее пальцы.

– Конечно. – В горле ее пересохло. – Конечно, я за тебя волнуюсь. И не только за тебя.

– Ты прекрасно знаешь, что я имел в виду совсем другое.

– Тебе не следует спрашивать меня об этом. – Филиппа почувствовала беспокойство, разговор явно принимал рискованный оборот.

– Даже если скажу, что меня волнуешь ты? – Синие глаза Говарда потемнели.

– Этого невозможно, – прошептала Филиппа, чувствуя, что ее захватывает странное ощущение: словно она бежит с горы, хочет остановиться… но не может.

– Все зависит от тебя, – сказал Говард, взглядом отсылая официанта, пришедшего спросить насчет десерта, и добавил хриплым голосом: – Мы можем выпить кофе у меня дома.

– У тебя дома? – Вопрос сорвался с губ помимо ее желания. – Но я не могу. Моя машина…

– Вряд ли тебе следует сейчас садиться за руль, – немедленно возразил Говард, быть может, он держал эту мысль в голове весь вечер. – Ты не привычна к вину.

Видя, что она колеблется, он продолжил еще более настойчиво:

– Пожалуйста, Филиппа. Мой шофер позаботится о твоей машине.