Роковая связь - Джессика Леммон

Тейт протяжно выдохнул и ударился затылком о подголовник:

– Слава богу.

Но прежде чем он полностью расслабился, мать прибавила:

– Так мы думаем.

Когда она расплакалась, он понял, что что-то не в порядке. Она отказалась разговаривать с ним по телефону. Тейт сел на паром и вернулся на Спрайт-Айленд. Но даже на роскошном оздоровительном курорте, которым он управлял, успокоиться ему не удалось.

Родители приехали к нему домой утром, чтобы поговорить с ним лично. То, что они сказали ему, было одновременно лучше и хуже, чем представлял себе Тейт.

Он вспомнил все, что теперь знал наверняка.

Во-первых, его усыновили в возрасте трех лет.

Он вспомнил Рида в кафе, который говорил об их третьем дне рождения, куда пригласили цирк.

Во-вторых, он родился у англичан, поэтому у него был акцент.

Рид сказал, что он – Уэсли Синглтон и родился в Лондоне.

И наконец, новая информация: его родители всегда с подозрением относились к агентству, через которое они усыновили Тейта.

– Мы сразу полюбили тебя, – сказала его мать, всхлипывая, пока они сидели в гостиной.

Его отец не плакал, но его горло сжалось от эмоций, когда он признался, что тоже отнесся к агентству с подозрением.

– Но мы не сомневались, что твои родители умерли. Мы знали, что агентство не должно требовать с нас дополнительную плату, но мы очень полюбили тебя…

Они заплатили более ста тысяч долларов за оформление документов на усыновление. Им предоставили свидетельства о смерти предполагаемых родителей Тейта, и на этом общение с агентством прекратилось.

– Мы до сих пор так сильно тебя любим, – сказала его мать.

Тейт тоже их любил, но в тот момент не мог произнести ни слова. Он отдал родителям свой запасной ключ и пригласил их пожить в его доме на Спрайт-Айленд.

Он вернулся в Сиэтл к Клэр на шесть часов раньше, чем планировал, с чемоданом. Потом он изобразил на лице фальшивую улыбку, и сказал Клэр, что соскучился по ней.

Они встречались чуть больше года, и он сделал ей предложение месяц назад. Они еще не решили, где жить, хотя он считал, что разумнее всего поселиться на Спрайт-Айленд, где он владел домом, а Клэр арендовала жилье. Они на время отложили обсуждение этого вопроса. Прежде Тейт считал, что нерешительность Клэр – главная причина проблем в его жизни.

Теперь он думал иначе.

Он провел день и вечер с Клэр и двумя семейными парами – друзьями Клэр. Тейт не наслаждался ни ужином, ни компанией, ни выпивкой. Он решил просто напиться, чтобы забыться.

Он держал в тайне то, что рассказали ему родители, и поклялся молчать до самой своей смерти.

Клэр тихо проворчала и коснулась его руки.

– Ты в порядке? – пробормотала она с закрытыми глазами.

– Ага, в порядке. – Он наклонился, поцеловал ее в щеку и соскользнул с кровати. – Просто хочу есть, – соврал он.

На кухне он стоял с бутылкой воды и смотрел на черное небо с едва заметными звездами.

Где-то в этом городе живет парень по имени Рид Синглтон, который верит, что Тейт – его брат. Который считает, что настоящее имя Тейта – Уэсли.

– И что меня похитил цирковой клоун, – сказал он вслух и хрипло рассмеялся. Он замолчал, когда в его голове вспыхнуло видение.

Нет, не видение, а воспоминание.

Воспоминание о маленьком мальчике с такими же глазами, как у него, который схватил плюшевую обезьянку и бросил ее в бассейн.

А потом другое воспоминание: он практически чувствовал большие грубые руки, которые схватили его под мышки. Запах бензина на пальцах незнакомца.

Трехлетнего Тейта отнесли в лес, откуда он увидел красно-желтый надувной замок с кучей синих и зеленых шариков на фоне коричневого коттеджа.

Это был его дом.

Это слово так поразило Тейта, что у него подкосились ноги. Он опустился на пол.

– Мой брат, – прошептал он в темной комнате, думая о Риде.

– Тейт? – Клэр вошла на кухню в коротком шелковом халате. – Что случилось?

– Я не Тейт. – Он печально улыбнулся своей невесте, вспоминая прошлое. – Меня зовут Уэсли, – произнес он с отчетливым британским акцентом.