Медовый месяц без гарантий - Дэни Коллинз

— Хочешь узнать, выполнила ли я свою работу? Да. У меня нет больших ожиданий, но приятно, что мне предложили поучаствовать.

— Не думаю, что Ник делает что‑то просто так.

— Ник — да, но не Роуэн. — Жена Ника уже несколько лет искала биографа, но не слишком активно. У нее были другие приоритеты — дети и прочие семейные обязанности.

— Я рада предложению, и это будет хорошо смотреться в портфолио, но не думаю, что писательство позволит мне оплатить счета. Не сейчас. Я откликнулась на несколько вакансий в Нью‑Йорке, куда меня могут взять.

— Например? — Он запустил руку внутрь ее саронга и начал массировать грудь.

— М‑м‑м. — Она пыталась сосредоточиться. — Ничего вдохновляющего. Сканировать бумаги для музейного куратора. Думаю, основное требование — умение выдерживать невероятную скуку.

— Не замыкайся в чем‑то, что будешь ненавидеть.

Тревис поцеловал ее в шею и прикусил мочку уха, обострив чувствительность до предела.

— Меня радует предпринимать что‑то конструктивное. — Удерживать нить разговора становилось все труднее. — Я также подпишу некоторые документы по контролю за арендой жилья.

Тревис продолжал массировать ее грудь все настойчивее и сильнее.

— Пойдем в постель.

— Не сейчас. — Он скользнул рукой к ее животу и, лаская, спускался вниз, пока не добрался до самой интимной части. — Я хочу заняться с тобой любовью прямо здесь.

Она оперлась локтями на перила, послушно раскрываясь навстречу.

— Кто‑то может увидеть.

— Здесь нет никого, кроме нас.

Перед отъездом Имоджен посетила врача и теперь была полностью защищена и могла принять его в любой момент. Они постоянно занимались любовью, и каждый раз это было так прекрасно, что она с радостью ощущала некоторое напряжение в своих чувствительных тканях.

И тем не менее он старался обращаться с ней очень бережно, как внимательный исследователь. Его дыхание согревало позвоночник.

— Еще раз. — Его плоть пульсировала внутри. — Я думал об этом весь день.

— И я. — Ее пугала такая сильная потребность в другом. И как бы она ни пыталась идти навстречу самостоятельности, жизнь без него могла ее убить. И это делало ее ненасытной и согласной на все его просьбы.

Вот и сейчас она потеряла себя и растворилась в удовольствии, слилась с ним в одно целое, так что когда он отстранился, ей показалось, что она потеряла кусочек себя.

Он уже избавился от трусов и, одним движением сняв с нее саронг, подхватил на руки и отнес в шезлонг. Там они и провели эту последнюю ночь в раю, лаская и касаясь друг друга и купаясь в лунном свете.

Только когда Имоджен ушла, Тревис осознал, насколько сильно к ней привык.

Январские дни коротки, и, когда он возвращался, в основных комнатах уже был включен свет, а она готовила что‑нибудь волшебное, отрываясь лишь для приветственного поцелуя.

Но сегодня он думал поужинать в городе и отпраздновать своеобразную годовщину — их интрижка длилась на неделю дольше, чем продержался их брак. Тревис забронировал столик в ресторане и попросил пилота заполнить баки горючим и запланировать маршрут.

Но в квартире никого не было, на кухне не горел свет, а ноутбук Имоджен был выключен. В обед она встречалась с Роуэн, но с тех пор прошло уже несколько часов. Он написал ей и получил короткий ответ.

«Буду через двадцать минут».

Тревис налил себе выпить, чтобы снять напряжение. Как бы он ни пытался себя убедить, что просто переживал за Имоджен и ее здоровье, дело было в другом. Облегчение пришло не потому, что она не упала в обморок по дороге, а потому, что она уже возвращалась домой. Ревность? Возможно, но ему не хотелось даже думать об этом.

Не хотелось зависеть от нее, впадать в подозрительность. Он прикладывал все силы, чтобы этого не произошло. И дело не в подростковых травмах. Дело в ней. Да, он злился за ее предательство, но еще и скучал. Все эти четыре года. И его это не устраивало. Поэтому он так старался сейчас сохранить свои границы. На Гавайях было прекрасно, но за это время доверие между ними окрепло, связь стала прочнее, и это его не устраивало. Это в нем должны нуждаться, но никак не наоборот.

Тревис подошел к окну, у которого они часто обсуждали день за бокалом спиртного. Если она не переписывалась с клиентами, то брала интервью или посещала курсы по наполнению сайтов, наращивая навыки.

И у него это вызывало странное ощущение угрозы.

Она также регулярно виделась с его юристом, разрешая проблемы с собственностью отца и каждый раз чувствуя все большее облегчение.

— Теперь, когда имущество отца покрыло часть его долгов, у меня появился шанс когда‑нибудь заплатить тебе за юриста.

Как она радовалась первому гонорару за статью для автомобильного блога. Ничего особенного, но уже что‑то стабильное, на что можно рассчитывать.

— Посмотри. — Она показала ему свой счет. — Завтра я могу тебя угостить скромным обедом.

Тревис предложил ей привезти сэндвичи в офис, чтобы попутно заняться сексом на его кожаном диване. После ее ухода он вытащил из кармана кольца, которые каким‑то образом там поселились. Он думал о том, что Имоджен, с ее самокритичным юмором и доставками обеда, эротическими паузами и разбросанными по дому обувью и заколками, с ее переливчатым голосом, могла стать чем‑то постоянным в его жизни. Но как долго это еще продлится? Брак не продлился вечно. Ничто не длилось.

Она вошла, сияющая и светящаяся, в зеленом платье, которое Тревис купил ей в первый день пребывания здесь. Теперь, когда Имоджен окрепла, оно стало сильнее ее обтягивать и подчеркивать женственные изгибы фигуры.

Ее очарование проявлялось во всем — даже в том, как она скинула обувь и поспешила ему навстречу. Сердце Тревиса забилось быстрее, своими объятиями и поцелуями она словно передавала ему свою яркую и светлую энергию. Он приподнял ее, чтобы посмотреть в глаза.

— Ты что, наконец выиграла в лотерею? Почему ты такая радостная?

— Я всегда радостная. Но можно сказать, что и выиграла. — Улыбка не покидала ее губ.

Он хотел заняться с ней сексом, но в то же время ему было достаточно просто смотреть на нее.

— Где ты была?

— У Роуэн. Нам не хватило обеда, так что мы вернулись в их квартиру. Она предложила мне контракт.

— На составление биографии?

— Да! Я сказала, что она сошла с ума, что есть более профессиональные люди, но каждый раз, когда я пыталась ее отговорить, она увеличивала сумму.

— Но почему ты пыталась ее отговорить? Это же прекрасно. Давай отпразднуем.

— Я ничего не подписала, хотела сперва поговорить с тобой.