Пороки джентльмена - Джейн Фэйзер

– Пятеро, – с большой долей правдивости ответил Гарри. У Аннабел было пятеро детей, и сейчас она скорее всего ожидала шестого. Она была знатной производительницей потомства, и эта присущая ей особенность несказанно радовала ее супруга, открытого, доброго малого, деревенского сквайра.

Проницательный взгляд Корнелии заставил Гарри на миг задуматься, не почувствовала ли она в его объяснении фальши.

– Очень печально, – повторила она вслед за Аурелией. – Это была ваша младшая сестра?

Гарри угрюмо кивнул в знак согласия. Аннабел удачно вписывалась в выдуманную им историю, однако пора было закрыть тему.

– В городе должны найтись другие, более подходящие дома, виконт, – заметила Корнелия, не сводя с него внимательного взгляда. – На самом деле этот дом в таком плачевном состоянии, что не слишком годится для детей.

– Только бы об этом не прослышал граф! – посмеиваясь, вступил в разговор Найджел. – Когда выяснилось, что вы все уехали, невзирая на его запрет, я думал, его хватит апоплексический удар. Он собирался выслать за вами вооруженный отряд. – Найджел поднялся, чтобы налить себе хереса.

Корнелия посмотрела на него с предостережением: ей не хотелось, чтобы личные дела обсуждались в присутствии лорда Бонема. Но Найджел истолковал ее взгляд по-своему – решил, что он относится к лишнему бокалу хереса.

– О, не смотри на меня такими глазами, кузина, – сказал он, взмахнув рукой с бокалом. – Я видел, как ребята перед завтраком выпивают бутылку кларета.

– Надеюсь, им это на пользу, – отозвалась Корнелия. Быть надзирательницей своему кузену она не собиралась, но его предположение об этом по крайней мере дало возможность переменить тему разговора.

– Так где же Лив? – спросил Найджел, словно бы только что вспомнил об отсутствии одной из женщин.

– Пошла покупать собаку, – немногословно ответила Корнелия.

– Покупать собаку? – уставился на нее Найджел, – Но Лив не большая любительница собак. Она их боится. Когда выпущены отцовские пойнтеры, она наотрез отказывается идти мимо конюшен.

– Наверное, она купит такую собаку, которую не будет бояться, – со смехом сказала Аурелия, переглядываясь с Корнелией.

– Однако надеемся, что она напугает других, – заметила Корнелия, губа которой от еле сдерживаемого смеха тоже начала подрагивать.

Гарри сделал глоток хереса. Непринужденная поза и естественная улыбка скрывали его жгучий интерес к разговору, принявшему любопытный оборот.

– Да, но зачем? – недоумевал Найджел. – Мне казалось, вам и без живности в этом разрушенном мавзолее довольно забот.

– Увы, это необходимая мера предосторожности, – объяснила Корнелия. – Нам то и дело докучают какие-то ночные визитеры. Кто это, человеческие существа или духи – неизвестно, но они вынуждают Моркома браться за мушкетон – страшное оружие с еще более страшным звуком. Оно пугает детей. И огорчает Линтон. – Корнелия безмятежно улыбнулась. – Собака кажется меньшим из всех зол.

– Бог мой! – воскликнул Найджел. – Кому понадобилось сюда забираться? Здесь нечего красть.

– Да, казалось бы, нечего, – согласилась Аурелия. – Но быть может, мы чего-то еще не нашли?

– Клад? – Серые глаза Найджела загорелись энтузиазмом. – Быть может, драгоценности. Как вы думаете, хранила у себя старая леди драгоценности?.. На чердаке… или в винном погребе? Давайте проверим. – Он тут же вскочил на ноги. – Вперед! На охоту за сокровищами!

– Найджел, ты, право, временами сущий мальчишка, – засмеялась Корнелия и махнула на него рукой, усаживая на место. – Я уже спускалась в винный погреб, и единственным сокровищем, которое я там обнаружила, было то, что ты сейчас пьешь. Морком с близнецами ни о каких таких тайниках и понятия не имеют, а уж они знают, поверь.

– А может, они решили присвоить ценности? – предположил Найджел, не желая расстаться с мыслью о спрятанных в доме сокровищах.

Аурелия, абсолютно отрицая такую возможность, покачала головой:

– Нет, они совершенно и безраздельно были преданы тете Софии. Они ничего не взяли себе из ее имущества.

– Я заметил кошку на подвальной лестнице, – сказал Гарри, продолжая улыбаться. – Быть может, это она – или он – виновница ночного шума?

– Ее зовут Киса, – сказала Корнелия, беря в руки шкатулку с шитьем. – Не слишком оригинально, конечно. Это именно из-за нее Морком настаивал, чтобы окно в кухне по ночам оставалось открытым. Но этого больше не будет. – Она открыла крышку шкатулки и принялась перебирать лоскутки шелковой ткани, выискивая среди них какой-то с особым оттенком розового для оторочки чепчика Сюзанны.

– С вашей стороны было мудро принять меры предосторожности, – сказал Гарри, вставая со своего места. – Должен откланяться, мэм… леди Фарнем. Очень рад, что ребенок не мучается ночными кошмарами с участием подвод и лошадей. – Он склонился над рукой Аурелии, после чего повернулся к Корнелии.

Та закрыла крышку шкатулки и, поднявшись, протянула ему руку.

– Прощайте, лорд Бонем.

– До свидания, леди Дагенем. – Он поднес ее руку к губам. Но вместо того чтобы едва коснуться ее пальцев, крепко, с чувством, поцеловал ее руку, сильно сжав ее своими теплыми длинными пальцами – этот интимный жест мог предназначаться лишь для очень близких знакомых.

Аурелия сделала большие глаза и отодвинулась к двери с натянутой улыбкой на лице, подразумевавшей, что она якобы не заметила ровно ничего необычного. Найджел же, напротив, глазел на них с неприкрытым изумлением, пока Аурелия, проходя мимо, не толкнула кузена локтем, после чего тот наконец опомнился.

Корнелия отдернула руку.

– Желаю вам успехов в ваших поисках, сэр, – сдержанно проговорила она.

Он поклонился еще раз и взял свои шляпу, перчатки и трость с раскладного стола, куда их положил, войдя в гостиную. Когда он улыбнулся, в его зеленых глазах мелькнула едва заметная насмешка. Насмешка не только над Корнелией, но и над собой. Между ними что-то происходило, но что именно, он понимал не лучше Корнелии.

– Дагенем, вы не составите мне компанию? – любезно поинтересовался он, поворачиваясь к двери. – Или останетесь наслаждаться уютом в семейном кругу?

Найджел не знал, на что решиться. Перспектива пройтись по улицам в компании виконта представлялась более чем привлекательной и в обществе оказала бы ему неоценимую услугу, однако остаться и еще немного поболтать с кузинами ему тоже ужасно хотелось.

Заметив его колебания, виконт с легким смешком успокоил его:

– Ах, не терзайтесь, Дагенем. Я не обижусь. Любой достойный мужчина на вашем месте предпочел бы общество ваших кузин. – И с тем, кивнув всем на прощание, вышел.

– Я провожу вас, лорд Бонем, – послышался тихий голос за его спиной. Корнелия вышла за ним в холл и мягко притворила дверь гостиной. – Вряд ли Морком окажется поблизости и сможет выполнить роль дворецкого. – Она проследовала к входной двери и под взглядом виконта взялась за задвижку. Массивный, несмазанный засов никак не поддавался. И виконт пришел ей на помощь – положив ладонь поверх руки Корнелии, отодвинул его.