Всегда буду рядом - Миранда Ли

– Вот это жизнь! – промурлыкала Брук, откидываясь на спину в просторном джакузи.

Лео сначала наполнил ванну и только потом разбудил задремавшую жену нежным поцелуем и на руках отнес ее туда. Воду покрывала густая пена. В воздухе плавали чудесные ароматы.

Брук устроилась у края ванны. Лео взял из комнаты ведерко со льдом и остатками шампанского, налил искрящийся напиток в бокалы и присоединился к жене. Они лежали друг напротив друга, наслаждаясь приятным массирующим эффектом водных струй, бьющих со дна.

К собственному удивлению, Брук поняла вдруг, что раньше никогда не принимала ванну с Лео, даже до свадьбы. Душ – да, но не ванну.

А как это оказалось приятно! Расслабление и возбуждение в одно и то же время. Они касались друг друга только пальцами ног, и тела их были скрыты пеной. Но, представляя то, что было в этот момент недоступно глазу, Брук и Лео ощущали сладостное волнение.

– Надо почаще так делать, – блаженно потянулся Лео.

– Как? – лукаво наклонила голову Брук.

– Да вот так. Оставлять детей на надежного человека и увозить тебя из дому в какое-нибудь уединенное романтическое местечко, где я смогу предаваться безумной страсти с тобой всю ночь напролет.

– Только обещаешь. Уже десять часов, а ты до сей поры занимался со мной любовью всего один раз за этот день.

– Солнышко мое, я начал заниматься с тобой любовью в ту минуту, когда позвонил тебе утром и попросил не надевать нижнего белья. Я знаю, вы весь день только об этом и думали, синьора Парини.

– А вы, синьор Парини? Разве вы не находились весь день в изрядном волнении, предвкушая нашу встречу?

– Я специально загрузил себя работой, чтобы отвлечься, как ты, вероятно, заметила. И мне пришлось принять холодный душ перед тем, как я приехал за тобой. Не мог же я разочаровать тебя. Тем более в такой вечер.

– Ты никогда меня не разочаровываешь, любимый, – мягко улыбнулась она.

– Вот как? Почему же ты тогда притворялась в последнее время?

Брук пожала плечами.

– Просто у меня настроения не было. Сама не пойму, отчего. Наверное, от усталости. Знаешь, так случается – тут уж и сам бог любви мне не помог бы.

– За бога любви не поручусь, а вот я, как видно, не слишком старался, – пробормотал Лео. – И мне кажется, что дело было не в усталости, а скорее в твоей неудовлетворенности той жизнью, которую я тебе создал. Я был эгоистом, думал только о себе. И сейчас очень в этом раскаиваюсь. Но теперь все изменится. Я стану другим.

Брук очень тронули его искренние извинения и обещания. Если судить по тому, как прошел этот вечер, дальнейшая жизнь представляется мне прямо-таки в розовом свете, размышляла она.

– А теперь!.. – воскликнул Лео, поставив опустошенный бокал на мраморный пол и озорно взглянув на жену своими прекрасными черными глазами. – Может быть, стоит заказать еще одну бутылочку твоего любимого напитка, прежде чем мы начнем?

– Ммм. Если ты собираешься предаваться страсти со спящей мертвым сном женщиной – то пожалуйста, заказывай.

– Ну нет уж! В таком случае с этой минуты ты пьешь только кофе. Я не позволю тебе уснуть, моя тигрица. Ночь только начинается. А ты так соблазнительна в этой пене. Меня так влечет к тебе: эти волосы… обнаженные плечи… и чудесное рубиновое колье на твоей изящной шее.

– Господи! – воскликнула Брук, только теперь вспомнив, что не сняла подарок мужа. Она поспешно поставила бокал на пол и подняла руки, чтобы расстегнуть украшение.

– Нет, нет. Не снимай, – попросил он. – Оно потрясающе смотрится. Кроме того, настоящим рубинам и золоту вода не причинит никакого вреда.

Брук благоговейно прикоснулась к алеющим на шее камушкам.

– У меня никогда не было ничего столь красивого. И столь же дорогого. Оно мне так нравится, Лео! Это самый лучший в мире подарок к нашей годовщине.

– Да. Я знал, – кивнул он, и его глаза наполнились любовью. – Лучшего случая преподнести тебе это колье нельзя себе и представить. Хорошо, что мама мне о нем напомнила.

Брук откинулась назад, и тут бдительный внутренний голос заставил ее задуматься. Ведь у Лео прекрасная память, вернее сказать – феноменальная, шептал он. Как же он мог забыть о семейной реликвии? А если не забывал, то почему не отдал его прежде? Не связано ли это каким-то образом с Франческой?

Она ощутила неприятный спазм в животе.

– Лео… – начала она, подстрекаемая невесть откуда взявшимся желанием узнать побольше об отношениях мужа с Франческой. Например, когда он понял, что его любовь к ней растаяла без следа? И что теперь, после смерти Лоренцо, он чувствует к этой женщине? Сохранилась ли в нем ненависть или обида? А может быть, появилась жалость?

Она хотела спросить, что же на самом деле привело его в квартиру этой женщины в тот злополучный день. Но Брук в очередной раз не хватило смелости. Ведь задай она этот вопрос, Лео догадался бы, что она ездила тогда в Милан, и потребовал бы объяснений. И в этом случае пришлось бы признаться, что она узнала гораздо больше из подслушанного ею разговора.

– Да? Что случилось?

– Ты… ты сказал, что между нами не должно быть тайн.