Спорим (не) влюблюсь - Кайя Сэнд

Марго, Диснейленд

Ладонь у Ромы горячая и совсем немного шершавая. Он, то и дело, проводит пальцами по шее или линии подбородка. И мурашки по телу реагируют совсем не так, как надо.

Не могу даже в мыслях найти себе оправдания. Почему вместо того, чтобы во всю рассматривать аниматронику в виде пиратов, я зацикливаюсь на прикосновениях парня. Приятных, от которых появляются те самые злополучные бабочки в животе.

И где найти дихловос, чтобы их потравить?

— Это был капитан Джей Воробей? — наконец, я отмираю и начинаю понимать, что происходит вокруг.

— Ага. Ты знала, что парк в США вдохновил на создание фильма? А потом уже были добавлены мелочи на аттракционы, вроде Джека Воробья?

— Капитана Джека Воробья!

Смеюсь над Ромой, который недовольно хмурится. Такую известную фразу забыл, что не могла не подколоть. А этот наглец наклоняется ко мне и кусает. Совсем по-настоящему, прикусывая зубами мочку уха.

— Капитана, да.

Так близко, в тишине, разбиваемой шумом воды, голос Исаева звучит ниже, хрипло. И мне страшно повернуть голову к нему. Потому что кажется, что тогда пострадает не только ухо. А что-то, отчаянно выстукивающее в груди.

— Ром…

— Ммм?

Он всё ещё так близко, неприлично. Вокруг куча народ, которые рассматривают пещеры. А я смотрю только на Исаева, его широкую улыбку и блеск в глазах.

Необдуманно облизываю губы, которые внезапно пересохли. И замечаю, что Рома отслеживает это движение. Наклоняется ближе, вжимает в борт корабля.

— Ой!

Сама отскакиваю, влетая в парня, жмусь и недовольно морщусь, оборачиваясь. Робот пирата продолжает равномерно переворачивать свою бутылку, выливая воду.

— Сильно попало?

— Нет, просто неприятно.

А ещё магия момента разрушена, и я поспешно отворачиваюсь в другую сторону. Вдруг Исаев надумает продолжить? Но он больше ничего не делает, сжимая ладонь на моём предплечье.

Прикрываю глаза, когда лодка резко спускается вниз. Брызги ледяной воды летят в лицо. И я самым логичным вариантом нахожу спрятаться на плече парня. Втянуть едва заметный аромат парфюма, пока опасность не миновала.

— Куда дальше, морковка? — Рома протягивает ладонь, помогая выбраться на берег. — Страшные или обычные аттракционы? Или сначала пообедаем?

— Какой обед? Сейчас только… двенадцать. Ого.

— Да, в парке время быстро летит, особенно в очередях.

— Тогда лучше на какие-то страшные, пока желудок пустой.

— Желание морковки закон.

Закатываю глаза в очередной раз, чтобы не опуститься до насилия. Биться плохо, Рома прав. Но иногда ему хочется двинуть очень сильно, чтобы прекратил быть… таким!

Парк просто огромный. И хотя я люблю ходить пешком, это уже начинает побдешивать. Конечно, если бы мы, как нормальные люди, построили свою карту и шли от одного места к другому — было бы нормально. А мы с Ромой носимся от одного конца в другой.

Пару раз встречаем ребят из поездки, перебрасываясь короткими разговорами. А ещё те странно косятся на то, что Исаев держит меня за руку. Тот заявил, что это в целях безопасности. Я ведь могу снова потеряться, как в метро. А у меня не нашлось аргументов «против».

— Звёздные войны?

— Да, мой самый любимый аттракцион. С отличной графикой и музыкой. Тебе понравится.

И мне действительно нравится. Красивое оформление внутри здания и подобие космического корабля вместо вагонеток. Всё очень нравится, пока мы не начинаем заезжать в туннель. И я не понимаю, что будем ехать в кромешной тьме. Свет нарисованных на экранах звёзд не очень спасает.

— Надо бы сказать! — сжимаю ладонь Ромы на поручне, словно это поможет спасти меня от смерти. — Исаев!

Крик тонет в общем хоре, когда мы летим вниз. Мелькает графика комет и обломков кораблей, но мне от этого не легче. Ощущение, что таким обломком можем стать и мы.

— Ну прости, — улыбка не спасёт Рому от мучительной смерти. — Я не знал, что ты боишься темноты.

— Не боюсь.

Отхожу в сторону от толпы, упираясь в колени. Стараюсь отдышаться и насладиться солнечным светом. Меня всё ещё потряхивает и две минуты на горке казались самыми длинными.

— Просто предпочитаю видеть, что меня ждёт. И понимать, что всё не так страшно. А там… А вдруг рельсы отошли или ещё что-то? Предупреждать надо!

— Я не хотел пугать.

Рома, словно у него нет инстинкта самосохранения, притягивает меня к себе. Не обращает внимания на попытки выбраться, только сильнее надавливает на талию и зарывается ладонью в волосы, разрушая мой хвост.

— Ты вся дрожишь.

— Не дрожу!

Дрожь это что-то мелкое, а меня просто колотит. И не могу объяснить реакцию. Темнота никогда не пугала, но этот аттракцион словно вынул из меня душу, перекрутил и сунул обратно. Страшно, когда не знаешь, что ждёт через секунду, а музыка только нагнетает.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Правда, прости, морковка. Я бы не тащила сюда, если бы знал, что тебе так не понравится. Всё, выдыхай. Больше такого не будет.

Рома обхватывает моё лицо ладонями, оставляя короткий поцелуй на лбу. И это, до безумия, приятно. Эта его забота и неподдельный страх за меня.