Моя женщина - Эммануэль Ласт

Почти неделю в квартире над головой стояла благословенная тишина и Вера после корпоратива Игната не видела и не слышала. С одной стороны, она была этому рада, но с другой, грешным делом, гадала, куда запропастился сосед и не свалил ли его случайный инфаркт во время покорения очередной сексуальной вершины.

Заняв свое парковочное место, Вера вытащила упакованное в сетку дерево и тихо выругалась, заметив разбросанные по салону иголки. Оставить все в таком виде Вера не могла, поэтому отставила ель в сторону и принялась за уборку.

В отличие от своей жизни, машину Вера содержала в образцовом порядке.

Убрав беспорядок, Вера разогнулась и захлопнула дверь. Елка тут же потеряла точку опоры и, если бы не вовремя подоспевшая мужская рука, рухнула в притоптанный снег.

— Добрый вечер, Вера.

Она вздрогнула и обернулась — легок на помине!

В распахнутой куртке из-под которой торчала модная футболка, спортивных штанах и кроссовках на босу ногу, перед ней стоял Игнат.

— Добрый вечер, — Вера поставила машину на сигнализацию, перекинула сумку на сгиб локтя и протянула руку за елкой. — Спасибо.

— Да пока не за что, — ответил он, как всегда, улыбаясь, но дерево не отдал. Пропустил Веру вперед и, открыв перед ней дверь подъезда, зашел следом. — А зима в этом году, что надо!

На удивление кнопка лифта сработала и двери сразу открылись. Вера зашла первой и развернулась. За ней кое-как втиснулось дерево и Игнат.

— Может, лучше порознь? — предложила Вера, но он уже нажал кнопку ее этажа.

Двери лифта закрылись и, прижатые друг другу, они двинулись вверх. Ехали молча и только Вера про себя молилась, чтобы лифт не застрял.

— Дома отмечать будешь? — спросил Игнат и она, увлеченная своими мыслями, не думая, кивнула.

— Дома, — двери лифта открылись, выпуская обоих на волю.

— Спасибо за помощь, — сказала и попыталась забрать елку у Игната, но он отвел руку, улыбаясь.

— Всегда пожалуйста, Вер, — и столько в его голосе было не высказанного, что по спине побежали мурашки. — Раз уж донес, давай помогу поставить, одна не справишься.

Вера сглотнула. С одной стороны, помощь ей бы и правда не помешала, но с другой воспоминания о первом гостевом визите Игната оставляли желать лучшего. Поколебавшись, она все же кивнула, пропуская Игната вперед.

Пока он освобождал ветки от упаковки, достала с антресоли подставку. Коробка с игрушками ждала своего часа на диване. Игнат взял из рук Веры железную треногу с шарнирными креплениями и, повертев в руках, стал раскручивать.

Оба молчали, но дело спорилось и без разговоров. Вера указала на место у окна, Игнат вставил ель в паз и чуть затянул.

— Ну, смотри, ровно?

— Вправо наклони немного… стой! Вот так, — Игнат затянул болты потуже и встал, отряхивая ладони.

— Руки можешь в ванной помыть.

Чтобы хоть как-то себя отвлечь, Вера начала наряжать елку. Руки дрожали, но не сильно. И она не знала, стоило ли предлагать Игнату чай или простого спасибо будет достаточно…

— Нужна помощь? — спросил, провожая взглядом ее руки.

Вера не заметила, как он вернулся, не знала, как долго стоял и наблюдал за ней, поэтому ответила не сразу.

— Нет, спасибо, дальше я сама, — она постаралась улыбнутся, ожидая очередную колкость или двусмысленность в свойственной ему наглой манере, но Игнат только кивнул.

— Понял. С наступающим, соседка! — и вышел за дверь.

И это его «соседка» было таким непривычным после «Верочка», что она замерла с игрушечным стеклянным паровозиком в руке. Грусть и облегчение смешались и расплескались в душе неудовольствием.

Что, вот так просто ушел, даже не напросившись на чай? Вера отложила игрушку и вышла в коридор. Открыла дверь и услышала, как хлопнула другая этажом выше.

На площадке было светло, как днем. Вера подошла к лестнице, глянула через пролет вниз, потом наверх — на каждом этаже горело по лампочке, а на ее лестничной площадке еще и кожух защитный повесили. Она спустилась на пару ступеней ниже — или на всех?

Почему Вера заметила это только сейчас, она не знала. Но в голове что-то щелкнуло и сложилось в единую картину — доводчик, песок на тротуаре, лампочки и чистота в подъезде.

Вера знала, кто стоял за этими улучшениями, но они не отменяли главного — халатного отношения Игната к своей жизни.

И жизни окружающих.

Вера вернулась в квартиру и, закончив наряжать елку, сфотографировала красавицу в одежде из мишуры и переливающихся радугой огоньков, и отправила Вовке со словами: «Я вас жду!»

Спохватилась, когда сообщение уже прочитали.

Как же так она умудрилась! Но сын в ответ прислал короткое: «Супер, до встречи!» и Вера не знала, радоваться ли тому, что он не обратил на ошибку внимания или, наоборот, его равнодушие давало обширную почву для беспокойства?