Такие разные. Чувствуя тебя - Novela

В понедельник, когда мы все собираемся в малом танцклассе в ожидании Дэниела, я жутко нервничаю. Я не знаю, как мне вести себя с ним после субботы. Сделать вид, что ничего не было?

Ну а собственно, что случилось? Может, я себе только все надумала, и он вовсе не флиртовал? Да, из-за выпитого виски позволил себе больше, чем следовало. Но с кем ни бывает. Все же, не хочется думать, что у моего преподавателя могут возникнуть ко мне какие-то чувства.

Мне не нужны лишние проблемы и сложности. Хватит их с меня.

Дэниел слегка задерживается, но к моменту его прихода мы все уже разогрелись. Он выглядит хмурым, когда приветствует нас. Без лишних разговоров начинает занятие.

Я очень стараюсь выполнять все движения в точности, как он показывает. Не хочу вызвать его недовольство, да и просто лишнее внимание.

- Разбейтесь на пары, - велит нам он, и его голос звучит несколько утомленно. Похоже, что мыслями он где-то не здесь.

Но он уделяет мне внимания ни больше, чем   остальным. И это меня вполне устраивает.

В нашей группе равное количество парней и девушек, чтобы не возникало проблем с распределением в пары. Мне достается Адам, очень симпатичный, с рыжей копной волос парень. Мы хлопаем друг друга по ладони, так как оба довольны выпавшим партнером.

- Теперь я хочу, чтобы вы сделали броски с разворотом, - четким, хорошо поставленным голосом указывает Дэниел. Он уже показывал нам эту технику прежде, но я волнуюсь, не зная, смогу ли выполнить все правильно.

- У вас есть пятнадцать минут на пробы. – Он бросает быстрый взгляд на часы. – Когда вернусь, хочу увидеть результат.

После этих слов он выходит из класса, а мы, не теряя времени, принимаемся к заданию.

Каждую секунду раздаются жалобные охи и ойки. Клод ворчит по поводу веса Корин, а она посылает его в задницу, но при этом оба смеются. Жаклин шлепается на пол, и готова убить Квентина, но он уносит от нее ноги.

Мы все стараемся, выкладываемся на полную, и при этом забавляемся. Ловлю себя на том, что эти люди успели стать мне близки за такой короткий период.

Ровно через пятнадцать минут Дэниел возвращается, и мы все становимся серьезными. Пары выступают по очереди, и почти всем он делает замечание. Мы не исключение.

- Нет, Адам, не верно. – Его слова отрывисты, когда со скрещенными руками он направляется в нашу сторону. – Ты слишком напряжен, боясь, что не поймаешь ее. Твои руки трясутся, и это заметно. – Его взгляд мимоходом скользит по мне, и я хочу провалиться на месте.

- Отойди, я покажу.

Адам послушно отступает, а я настолько взволнованна, что не могу остановить дрожь в собственных руках.

«Прекрати! Возьми себя в руки и не паникуй. Это всего-навсего элемент хореографии. Ничего больше».

Но мои убеждения не действуют. Мое сердце колотится где-то в районе горла, когда теплые ладони Дэниела ложатся на мою талию. Я поднимаю руки над головой, занимая свою позицию. И в следующее мгновение все происходит само собой.

Подкручивая, он подбрасывает меня в воздух, я делаю один разворот и возвращаюсь в его руки, которые ловят меня с уверенностью и легкостью. Получается настолько замечательно, что, невзирая на все предыдущее беспокойство, я широко улыбаюсь.

Раздаются аплодисменты, а Квентин даже свистит, за что получает строгий взгляд от Дэниела.

Я знаю, что это только капля из того, чему я должна буду научиться, но в эту минуту я испытываю настоящий триумф.

- Здорово, правда?

Мои глаза встречаются с глазами Дэниела, и я вижу в них такое понимание и тепло. Он знает, что я испытываю сейчас. Удивительно, но вдруг, совершенно неожиданно я чувствую единение между нами.

- Здорово, не то слово, - кивая, соглашаюсь я. Мой голос наполнен искренней, чистой радостью и энергией, текущей во мне.

Руки Дэниела покидают мое тело. Я и не заметила, что он задержал их дольше, чем необходимо.

И прежде чем отойти, он говорит так тихо, чтобы слышала только я:

- Останься в классе после занятия.

И я возвращаюсь с небес на землю.

Когда урок подходит к концу, я специально медлю, и когда в классе больше никого не остается, разворачиваюсь к Дэниелу. Он стоит возле одного из витражных окон: руки в карманах тренировочных брюк, взгляд прикован ко мне. Не хочу, но замечаю, что он действительно хорош собой. Серая майка, что сейчас на нем, только подчеркивает натренированное тело. Кажется, что в нем ни грамма жира, сплошные сухожилия и мускулы. Светлые волосы растрепались после занятия.

Немного поздно отдергиваю себя. Не следует пялиться на него.

- Так о чем Вы хотели поговорить? – неуверенно спрашиваю я, когда молчание более чем затягивается.

И эта тишина, повисшее в воздухе напряжение бьет по нервам, которые и без того шалят.

Он делает несколько шагов в мою сторону и подходит ближе, чем мне хотелось бы. Я оглядываюсь, не отступить ли назад. Но это будет слишком смехотворно.

- Лекси, я не кусаюсь, - очевидно, разгадав мои мысли, улыбается он.  Он даже вынимает руки из карманов, и поднимает их раскрытыми ладонями вверх, как бы показывая чистоту своих намерений.

- Я только хотел сказать, что мне жаль за то, как я повел себя в субботу вечером. – Его голос слегка приглушен, и звучит так спокойно, размеренно, что против воли хочется верить. Но мои сомнения не желают уходить.

- Я не должен был ставить тебя в неудобное положение. Это было недопустимо и непрофессионально.  – Он чуть склоняет голову, и ненадолго замолкает. – Я переступил дозволенные границы. Ты моя студентка, а я твой преподаватель, и не имею права выходить за четко установленные рамки.

- Все нормально. – Я принужденно улыбаюсь. – Я понимаю. Иногда алкоголя бывает слишком много.

Дэниел хмыкает с кивком.

- Точно. Ну, я рад, что мы друг друга поняли.

- Да, конечно. – Я быстро киваю, желая поскорей отсюда убраться. Не знаю, почему, но его слова не убедили меня полностью; не успокоили.

- Тогда до следующего занятия. – Дэниел улыбается, давая понять, что я могу быть свободна.

Прощаясь, я едва не несусь к выходу, но он окликает меня, когда я уже стою в дверях.

- Лекси.

Я быстро оборачиваюсь с настороженностью на лице.

- Хорошо сегодня поработала.

От его похвалы губы трогает легкая улыбка. Бормочу слова благодарности и выхожу. Тороплюсь на историю классического танца, понимая, что беспокойство мое все еще со мной, и крепко меня держит.

Слова Дэниела звучали искренне, а объяснения обоснованно, но я все равно чувствую, что что-то не так. Что-то, чего он не договорил, или предпочел умолчать.