Наследника заказывали? - Кира Фарди

Интересно, а какой признак появится первым? Во многих любовных романах девушки падают в обморок, и таким образом узнают о беременности. Но у меня не кружится голова, не летают мушки перед глазами. Не тошнит по утрам, на солененькое не тянет и даже грудь не наливается и не болит. Ничто не указывает на то, что я залетела.

Смотрю на календарь: завтра должны прийти месячные. Уже тянет немного живот. Вздыхаю: если не везёт, то по полной программе.  А тут еще и дождь льет второй день! Мокрая погода соответствует кислому настроению.

На улице плохо, но дома еще хуже. Беру сумку, зонтик и иду в магазин. Думы думами, а есть надо каждый день. Вяло брожу вдоль стеллажей. Овощи кажутся несвежими, в рыбном отделе отвратительно пахнет, а на мясо вообще смотреть невозможно. В последние дни я не могу проглотить ни кусочка.

– Владислав Павлович, – слышу мужской голос, доносящийся из соседнего ряда, и вздрагиваю от знакомого сочетания имени и отчества. – Какую воду предпочитаете?

– Возьми пару бутылочек «Perrier». Только без газа.

Знакомый баритон раздаётся чуть не над ухом. Я втягиваю голову в плечи и осторожно оглядываюсь. Влад стоит возле винного отдела и задумчиво смотрит на этикетки. Невероятно красивый и безумно родной. Он хмурит брови, отчего на лбу собираются морщинки, закусывает нижнюю губу. Сразу вспоминаю, как мы целовались в исповедальне, и жаром охватывает все тело.

Бросаю тележку и, как мотылек на огонь, иду к нему. Шаг, другой... Он меня ещё не замечает, сосредоточен на выборе дорогого вина.

И тут новые вопросы пронзают голову: «А что я ему скажу?  Почему сбежала из Чехии, а сейчас кидаюсь к нему на шею?»

Эти мысли отрезвляют. Я начинаю тихо пятиться задом. Хватаю тележку, разворачиваюсь. Ура! Свободна! Можно удирать к кассе.

В этот момент колесо натыкается на стойку, полную пачек разнообразного печенья. Такие приметы агрессивного маркетинга находятся на каждом шагу. От удара печенье, наложенное с горкой, веером сыплется на пол. Я резко выдергиваю тележку, оставляю ее посередине зала, подхватываю мокрый зонтик и бросаюсь за угол.

«Только бы не заметил! Только бы не услышал!» – молюсь про себя.

– Девушка, – раздаётся сзади вкрадчивый голос Влада. – А убирать кто за вас будет?

Вот гад! Твое какое дело? Иди себе мимо! Тоже мне, нашелся гражданин с активной жизненной позицией!

Делаю вид, что эти слова меня не касаются. Несусь по соседнему ряду, поворачиваю, ныряю во второй, потом в третий. Только бы успеть скрыться! Только бы успеть! Руки дрожат, пот струйкой стекает по спине, мокрый зонтик колотит по ногам (и зачем я его взяла, идиотка!).

Не успеваю.

Перед глазами вырастает высокая фигура в черном балахоне, огромным пузом прущая прямо на меня. Везет мне на толстяков! Разглядывать препятствие некогда. Я вправо – мужик туда же. Я – влево, и он следом.

Пытаюсь избежать столкновения, отшатываюсь, но теряю равновесие и падаю прямо на конфетный ряд. Стеллаж вздрагивает от удара. Разноцветные пачки летят мне на голову. Черт! Что за невезение! То печенье, то конфеты!

Я резко приседаю, зажмуриваю глаза и прикрываюсь руками.

Наконец шоколадно-карамельный водопад заканчивается. В ушах гул от шуршания оберток. Осторожно приоткрываю один глаз, но голову поднять не смею. Вижу несколько пар ног, мужских и женских.

– Извините.

Я пытаюсь красиво встать. Не получается. Проклятые, скользкие упаковки! Они делают мои попытки комичными. Где-то над головой раздается смешок, к нему присоединяется другой, и через секунду вокруг меня хохочут все свидетели моего позора.

– Девушка, что же вы так неаккуратно?

– Простите, я сейчас уберу.

Перед носом появляется широкая ладонь, предлагая мне помощь. Цепляюсь за нее, как утопающий за соломинку, и вмиг оказываюсь на ногах. Поднимаю глаза и сжимаюсь: на меня сурово смотрит Влад.

Чувствую, как щеки заливаются краской: и смешно, и грустно. Вечно наши встречи похожи на взрывы сверхновой звезды. То Абби его с ног собьет, то я под копыта лошади попаду. А теперь он спасает меня из конфетного плена. Высокие отношения, мать ети!

Я кладу зонтик на пол и начинаю собирать пачки. Перед глазами все расплывается, не вижу, в какую ячейку должна положить те или иные конфеты. Мне бросается помогать работница магазина. Видимо, кто-то позвал на помощь. Стараюсь сосредоточиться на деле и никуда больше не смотреть, но спиной чувствую пронизывающий взгляд.

«Уходи! Уходи! Я тебя обидела в Чехии, вот и убирайся!» – молюсь про себя.

Мы заканчиваем работу быстро. Я поднимаю зонтик, еще раз извиняюсь и поворачиваюсь к выходу – Влад по-прежнему загораживает проход. Заметив мои намерения, он хватает меня за руку, не давая пройти.

– Что ты делаешь?! Люди смотрят!

– Пусть смотрят.

– Влад, не глупи!

– Пока не ответишь на мои вопросы, не отпущу.

– Тебя ждут,  – я показываю глазами на его спину, где маячит долговязая фигура.

– Леш, посиди меня в машине, – поворачивается к нему Влад. – Я сейчас. Мне поговорить надо.

– Прямо здесь?

Мы стоим у ряда мясных полуфабрикатов. От одного взгляда на фарш цвета шкурки молочного поросенка к горлу подкатывает тошнота.

– И чем тебе место не нравится? – в голосе Влада звучит издевка.

– Может, сядем в кафе?

Я киваю в сторону стульев, расположенных возле салат-бара. Влад пожимает плечами и, не выпуская мою руку, тащит к прилавку. Он садится напротив так, что зажимает мои колени своими длинными ногами «Что красавчик? Боишься, что я убегу?»  – усмехаюсь я и концентрируюсь на разговоре. Первая паника проходит. Теперь можно и поговорить.

– Что ты хочешь от меня узнать? Почему я улетела, не предупредив тебя?

– Ну, для начала и это сойдет.

– А почему я должна была предупреждать? – иду я ва-банк. – Ты мне кто? Ни сват, ни брат, ни жених. А одна ночь не дает тебе права так себя вести.

Говорю, а сама пытаюсь унять дрожь в коленках, так меня трясет. Вижу, как ходят по скулам Влада желваки, как щурит он глаза, которые превращаются в черные буравчики и сверлят меня взглядом. Пауза затягивается.

– Да, согласен, – Влад неожиданно отпускает меня и встает.– Больше, чем на одну ночь, такие, как ты, не годятся.

Он поворачивается ко мне спиной и быстро идет к выходу. Я теряюсь. А потом срываюсь с места и несусь следом.

Выскакиваю на улицу. Проливной дождь стоит стеной, но мне все равно, я ищу глазами Влада и замечаю его вдалеке. Он собирается садиться  в черную машину.

– Стой! Погоди!

Влад оборачивается, скользит по мне взглядом и захлопывает дверь. Машина трогается с места, делает по стоянке полукруг и медленно проезжает мимо, окатывая меня волной воды и грязи.