Арабские ночи - Сандра Мартон

Только мысль об этом заставляла ее сердце биться чаще. Кровь приливала к вискам, и из груди вырывался стон наслаждения.

Так что просить о большем — значит проявлять эгоизм… но она не могла с этим бороться. Лейла мечтала услышать от него признание в любви, чтобы в ответ сказать ему эти же слова.

— Дорогая.

Лейла обернулась и увидела, что к ней подходит Халил.

— Привет! Я и не думала, что увижу тебя так рано.

Халил кивнул.

— Знаю. Но все прошло быстрее, чем я предполагал. — Он замолчал. Лейла заметила напряжение на его лице. — С тобой желает встретиться главный советник.

Лейла приказала себе не выдать перед Халилом своего страха перед этой встречей. Вдруг она не сможет произвести должного впечатления?

— Это хорошо или плохо? — уточнила она.

Выражение его лица немного смягчилось.

— Это хорошо, — кивнул Халил. — Они готовы принять тебя как мою невесту.

— Ох, — пробормотала Лейла. — Тогда хорошо…

— И сегодня вечером мы ужинаем с моим отцом.

— И это тоже хорошо?

— Так и должно было быть. Все идет по плану, милая.

Лейла опять почувствовала себя эгоисткой. Разве мало того, что на этот раз султан сядет с ней за один стол, а не будет смотреть на то, как она опускается перед ним на колени, повинуясь тяжелой руке Омара? Теперь у нее хотя бы будет шанс показать себя…

— Лейла, — сказал Халил и обаял ее. — Мы никогда больше не встретим Омара и Бутруса. Перестань беспокоиться о них.

— Хасан уже порадовал меня этой новостью.

— Ты нравишься старику, — Халил взял ее лицо в свои руки и нежно взглянул на нее. — Милая, наберись терпения. Еще пару дней, и все твои тревоги улетучатся.

Лейла улыбнулась, кивнула, но затем ее улыбка омрачилась.

— Скажи мне правду, — мягко попросила она. Они ведь не хотят меня принимать в качестве твоей жены? Советник. Твой отец. Они не желают прощать тебя. Говорят, что я не подхожу для этого государства…

Халил прервал ее поцелуем.

— Ты подходишь для меня, дорогая. Теперь перестань волноваться и иди собирайся к ужину.

Халил, как всегда, прав. Лишние волнения все равно ни к чему не приведут. Зато произвести хорошее впечатление на султана и его советника никогда не помешает.

— Что мне надеть?

— Что-нибудь официальное, но не слишком строгое. Простое, но не повседневное. Ну, ты сама знаешь.

Лейла понятия не имела, о чем он, но ей все равно придется сделать выбор.

— Что ты наденешь? Национальный наряд? Костюм?

— Костюм, — ответил Халил и еще крепче прижал ее к себе. — Но сначала я ничего не хочу надевать, — прошептал он.

Спустя минуты они уже были в его кровати. И все заботы мигом испарились.

Министры ждали их в приемном зале.

Последний раз, когда Лейла была там, они говорили о ней, а не с ней. Она была словно привидение, которое никто не замечал. Теперь же все мужчины встали, когда она вошла в зал под руку с Халилом. Каждый кланялся, когда его представляли, и каждый называл ее «госпожа».

Джал поклонился ниже других и сказал, что сожалеет о том, каким образом она впервые попала сюда и как с ней обращались.

Но Лейла не была глупой девочкой. Его глаза говорили совсем о другом. Ему явно не нравились смелость Лейлы и ее гордо поднятая голова.

Неужели все присутствующие думали так же, как и он? И притворяются, потому что Халил был их принцем и когда-нибудь станет султаном.

И она будет его женой.

Холод завладел ее сердцем.

Может, она обманывала себя, и Аль-Анкар никогда не станет ей домом? И насколько преданны будут слуги султану, который взял в жены женщину из чужого, враждебного мира?

— Госпожа!

Лейла моргнула. Джал улыбнулся ей.

— Мне сказали, что вы изучаете археологию.

Он пытается наладить с ней отношения? Неужели она поспешила с выводами?

— Да, — Лейла постаралась выдавить из себя ответную улыбку.

— Ах, отлично! Тогда вы точно сможете в полной мере оценить историю этой комнаты. Ее архитектура относится к двенадцатому веку. Могу ли я взять на себя ответственность и показать вам наиболее интересные артефакты?

Лейла взглянула на Халила, увлеченного разговором с двумя другими министрами. Джал, все еще улыбаясь, пригласил ее пройти в соседний кабинет. Ей не хотелось идти вместе с ним. Лейла плохо себя чувствовала в его присутствии. Но жена Халила должна уметь общаться со всеми без исключения. Почему бы не начать тренировать навыки дипломатии уже сейчас?

Лейла вежливо улыбнулась.

— Благодарю. С удовольствием.

Джал принялся с увлечением рассказывать о гобеленах, портретах и огромной люстре, пока не остановился у двери в кабинет.

— Видите это, госпожа?

Лейла взглянула на полки. На них стояли старые книги и пергаменты.

— И что я должна увидеть? — заинтересованно спросила она.

— Свое будущее, — ответил он леденящим душу голосом.

Лейла непонимающе взглянула на него.

— Будущее принца, есть быть точным. Делай, как тебе велят, если хочешь, чтобы он остался в живых.

Скажи что-нибудь, приказала себе Лейла. Но голос отказывался ей повиноваться. Джал же продолжал улыбаться как ни в чем не бывало. Никто бы не догадался по его виду, о чем он только что ей говорил. Со стороны казалось, что они ведут приятную светскую беседу.

— Убеди его не делать этого, пока все не зашло слишком далеко. Понятно?

Лейла хотела ответить, но казалось, что ее рот закрыли на замок, а ключ выбросили в бездонное море.

— Послушайте меня, мисс Эддисон. Если вам хоть немного дорог принц, посоветуйте ему отказаться от своей идеи, иначе кому-то точно несдобровать!

Наконец Лейла смогла собраться с силами и заговорить, хотя ее голос предательски дрожал.

— Вы сума сошли? — прошептала она. — Как вы можете такое мне говорить? Если я все расскажу принцу…

— Но ты ему ничего не скажешь. Потому что в этом случае ты подпишешь смертный приговор вам обоим.

Комната поплыла перед ее глазами. Лейла оперлась о стену и сделала глубокий вдох.

— Его жизнь, — прошипел Джал, — находится в твоих руках.

— Лейла? — Она почувствовала рядом с собой Халила и сразу прижалась к нему, стараясь найти опору и поддержку.

— Что здесь произошло? — спросил Халил.

— Госпожа почувствовала себя дурно, мой принц, — заботливо объяснил Джал. — Возможно, еще не привыкла к жаре. Сегодня душно как никогда.