Хулиганка под прикрытием - Елена Рейн

Свирепый обольститель застыл на месте, продолжая держать лапищами за талию. В глазах – пылающий огонь. Смотрела в них и не могла сдвинуться. Мы так и стояли: я ждала, пока он успокоится, а он… заставлял себя оторваться от меня. Потом вдруг будто окоченел и пробубнил:

– Убирайся!

«Да уж… и это после шикарного поцелуя?! Однозначно, вежливость – не его конек!»

– Мне нужно остаться, – сдавленно прошептала, спрыгивая с тумбы, когда он отошел. Удивительно, что на такую высокую взобралась.

– Меня не волнует.

Не говорил, а резал. Живьем. Надо же… выгоняет. И злой. Надеюсь, на себя, я тут вообще ни при чем.

– Давай поменяемся? В моей просторно и…

– Ирина, я сказал – убирайся.

– А если…

Он обернулся, заостряя внимание на моем лице, тут же сатанея, а потом резко выдал:

– Останешься, если скажешь, кто ты и что тебе нужно.

Не ожидала, поэтому просто смотрела в его пугающие глаза, прикидывая в голове варианты отступления, а он как коршун следил, пока не посчитал достаточным. Приняв наглую позу, Сергей лениво процедил:

– И что?

С сожалением бросила на него мимолетный взгляд и поплелась к шкафу. Подняв сумку, некоторое время задумчиво смотрела на нее, а потом как можно скорее направилась к двери. Страх, что меня поймает озабоченный Руслан, все сильнее поднимался во мне, но я старалась задавить его на корню. Но не успела выйти, как моментально оказалась прижата к мужской груди спиной. Сергей грубо тряханул и со злостью выдал:

– Руслан садист. Так не терпится к нему?

– Я что-нибудь придумаю, – прошептала, чувствуя, как от моих слов мужчина напряженно насторожился. Послышался вздох и резкие слова:

– Хорошо, можешь остаться, но помни – я все узнаю.

– Не понимаю о чем ты, – пробубнила, скрывая улыбку и, глянув на кровать, поспешно добавила: – Я тебя не стесню, лягу на полу. Только дай плед.

Макаров секунду прожигал глазами, а потом схватил плед и швырнул на спинку кресла, громко заявляя:

– Живо в постель, пока не передумал.

Улыбнулась и весело пробормотала:

– Ну что ты… я даже скромно промолчу.

– И без фокусов!

– Естественно, – кивая, добавила, считая, что все же бука очень даже интересный мужчина. И не такой он сухарь.

* * *

Просыпалась я от ощущения, что меня придавило. Конкретно так. Такое ощущение, что замотали в одеяло и легли сверху. Черт, боже как неудобно. Кое-как вытащила руку и начала пихаться, помогая ногой, чтобы уж точно избавиться от тяжести, пока не послышался громкий шум. Кто-то свалился.

«Упс! Я кого скинула с кровати? Нет! Со мной никто не может лежать».

Открыла глаза и уставилась на недовольного Макарова, лежащего на полу. Черт. Хотя… а что это он на кровати делал, когда ее уступил мне? Обнаглел что ли?

– Не поняла, а почему ты спишь со мной? Вроде как на полу стелился! Я к себе не звала! – с возмущением выдала, удивляясь наглости некоторых.

Сергей сел и, взъерошив волосы ладонью, пробубнил:

– И я к себе не звал, но ночью проснулся, оттого что ты вцепилась в меня, как клещ, бубня, что за дверью кто-то есть. Не мог тебя отцепить. Поэтому чтобы не простудилась, перенес на кровать, но ты мертвой хваткой залезла на меня.

«Да уж-ж, отличилась… К сожалению, я так могу. Но он то не знает, поэтому буду отпираться…»

– Тебе приснилось! Ты замерз и полез ко мне! Я возмущена!

– Это ты возмущена? Отлично. Дверь там! Уже никто тебя не преследует. Можешь идти.

Посмотрела на дверь. Да нужно, а особенно в душ сходить и зубы почистить. Медленно слезла и пошла в правильном направлении. Осторожно выглянула, и, убедившись, что никого нет, повернулась и счастливо проговорила:

– Спасибо.

Мужчина с недовольством посмотрел, поднял бровь и уточнил:

– Да? А я думал, ты уже отблагодарила пинком с кровати.

Стало неудобно, поэтому поспешно подошла к нему и подала руку, с энтузиазмом выкрикивая:

– Прошу прощения, я просто с непривычки. Ты огромный, и я задыхалась.

– Обычно хлюпики, которых не замечаешь? – с подколкой спросил он, весело ухмыляясь.

Моя улыбка сошла с лица. Надо же какой выдумщик! Прищурилась, стараясь себя убедить, что не следует дерзить спасителю в ответ на наглость, повела языком во рту, усиленно обдумывая слова, и заметила:

– Рада, что ты приютил. Надеюсь, что это останется между нами.

– А если нет? – лениво протянул телохранитель, продолжая сидеть, не принимая моей руки.

– Тогда посчитаю тебя треплом и всем скажу, что это неправда, – не сдержалась. Есть грань, он ее перешел. Не люблю я стукачей, а этот еще интересуется моим поведением на его треп.

На мои слова Макаров рассмеялся, отчего зависла. Надо же… он умеет удивлять. И когда через секунду он посмотрел уже спокойно, выдал мне:

– Надеюсь, ты помнишь мои вчерашние слова.

– Конечно! У меня невероятная память. И раз ты не желаешь моей помощи… – только хотела убрать руку, как он перехватил ее, и я резко пошла вниз, цепляясь за его плечи, падая ему на ноги.

Поза, нужно отметить, просто провокационная. Смотрели друг на друга, пока я не услышала:

– Советую признаться первой.

– Признаются, если виноваты, в противном случае ответ один – не твое дело, – сказала почти ему в губы и резко дернулась назад, на ходу кидая: – Будь здоров, не кашляй.

Вышла из каюты и побежала к себе, надеясь, что меня никто не увидит. Счастье сбылось, и мне даже удалось сходить первой в душ. Никого не было, все еще спали. Естественно, кроме Макарова и персонала яхты. Но когда выходила, у двери стоял полуголый телохранитель в одних джинсах с полотенцем на шее. Чуть не присвистнула от вида его шикарного тела. Мама дорогая! Даже слюну проглотила.

– Можем сходить вместе, – хрипло заявил Сергей, показывая на кабинку, из которой я только что вышла.

Моментально очнулась. Во наглец! Всем бы только на этой яхте использовать меня, такую хорошенькую, маленькую, беззащитненькую. Так себя жалко стало, что подошла и процедила:

– Нет, не подходишь по весовой категории.

– Да ну? – выдал он, начиная шарить глазами по моему телу, на что возмутилась и, придвинувшись ближе, миленько пропела в ухо:

– Не стоит мечтать. Честно скажу – ты долго включаешься в поцелуй, и подозреваю, что к тому же еще быстрострел.

Когда почувствовала зарождающееся рычание в его груди, моментально дернулась в сторону, понимая, что мужчина хотел меня сцапать, и добавила: