Вместо свадьбы - Кристин Лестер

— Ну что ж, это хорошо. В смысле… Что ты уходишь к такому хорошему парню, как Джеймс Бонд. Ну а я-то чем тебе не угодил?

— Ты? Почему же, ты угодил… Просто…

— Просто что? — Шарль подошел к ней и притянул к себе за талию. — Мм, какая ты!.. Я скучал. Ну что с тобой, малыш? Нам же так хорошо вместе…

— Шарль, я…

— Да-да. — Он взял из ее рук сумку. — Брось свои вещи и пойдем со мной…

Он тянул ее в спальню. На щеках у него играли соблазнительные ямочки. Эвелин почувствовала, что воля покидает ее.

— Шарль, нет! Я пришла, чтобы забрать вещи. — Она уперлась, не желая больше сдвинуться с места.

— Да почему, черт возьми?!!

— Я ухожу от тебя. Да. Ухожу.

— Ты сейчас кого в этом хочешь убедить?

— Тебя.

— А себя?

— Шарль, пусти!

— Да ну, перестань. Я хочу тебя.

— А я тебя не хочу!

Он явно оскорбился. Отступил назад:

— Ты что, спала с ним?

— С кем?

— С Джеймсом Бондом. С тем, у кого сегодня ночевала.

— Я ночевала у себя. — Эвелин подумала, что молва права, всем мужчинам нужно только одно.

— Ну конечно! Так я тебе и поверил. Ты спала с ним давно, иначе он не таскался бы за нами и не ревновал!

Эвелин обуял ужас. Так всегда бывает, когда сталкиваешься с чудовищной непорядочностью близких людей. Становится страшно, и происходящее просто не укладывается в голове.

— Шарль, ты… Ты хоть понимаешь, что сейчас говоришь?

— Не строй из себя недотрогу, Эвелин. Вся база болтает, что ты спишь сразу с двумя, думаешь, мне это приятно?

— Подожди-подожди…

Она ничего не понимала. Вся база болтает… Поэтому Шарль старается всем доказать, что между ними нет ничего серьезного! Чтобы спасти свою репутацию… Действительно, неприятно, наверное, быть третьим лишним.

— Шарль, ты что, с самого начала думал, что я…

— А то нет, черт побери!

— Но как же ты мог?.. Ты думал, что я сплю с Бернаром, — она чуть не подавилась этими словами, — и тебя все устраивало?

Он смотрел на нее, как будто это она — предательница.

— А тебя сейчас что-то не устраивает?

— А то нет, черт побери! — прошипела Эвелин, передразнив его. — Ты же получил от меня все, что хотел, верно?

Он вздрогнул:

— Что ты сказала?

— Я сказала то же, что слышала от тебя.

— Когда?

— Когда приходила сюда утром, а ты чесал языком со своей подружкой с телевидения.

Шарль сильно побледнел:

— Ты подслушивала? Ты снова подслушала наш с ней разговор, как тогда?.. Эвелин, что за манеры? Эвелин, я…

— Ты злодейку из меня не делай, — спокойно сказала она. — Ты лучше объясни, что все это значит.

— А что это значит? — Шарль чего-то сильно испугался. — Что ты имеешь в виду?

— Да. Что это значит? Почему ты все время сплетничаешь за моей спиной?

— Ах, это… Ну… — Он вздохнул с явным облегчением. — Это вовсе не то, о чем ты подумала. Это просто… А что ты слышала?

— Не важно! — отрезала Эвелин. — Важно то, что я больше не хочу иметь с тобой ничего общего.

Она развернулась и пошла к двери.

— Эвелин, я… Мне жаль, что так вышло. Но я надеюсь, мы останемся… по крайней мере, не врагами.

— Шарль, чуть поменьше радости в голосе, и я бы тебе поверила, — через плечо бросила Эвелин.

Потом, когда вспоминала этот безумный день, Эвелин думала, что в общем-то была не виновата, что не заметила самое главное сразу. Просто огромное количество событий, свалившееся на нее накануне и в то утро, рассредоточили ее внимание.

Но, придя в свой номер и начав раскладывать все по местам, Эвелин машинально открыла сумку с ноутбуком… и вдруг поняла, что он горячий на ощупь.

Почему это он горячий? В последний раз она включала его два дня назад. Заряжен он был хорошо и подпитки не требовал. Значит… Значит… А может, у нее уже у самой плавятся мозги?

Медленно и осторожно, словно в этом действии сосредоточился весь смысл ее жизни, Эвелин включила ноутбук. Она знала, что надо делать, чтобы узнать, кому и зачем понадобился ее компьютер, и поэтому не сильно удивилась, когда увидела список последних открытых файлов.

Так и есть! Дата открытия — сегодняшняя. Утро. Вся база документов местной экосистемы, с которой она работала на Баффиновой Земле, была совсем недавно скопирована на съемный носитель.

И тут она вспомнила! Она вспомнила, что не давало ей покоя в обстановке комнаты Шарля, когда она утром сидела там одна. Ее ноутбук!

Ноутбук стоял на столе и был включен. Но Эвелин не заострила на этом внимание: слишком привычной для глаза казалась картина — рабочий стол и включенный ноутбук. Только ее самой, сидящей рядом, в этой картине не хватало… Потому, что работал за ним Шарль. Интересно, он часто им пользовался в ее отсутствие? Наверное, каждый день.

Эвелин была настолько шокирована, что не испытывала ничего, кроме безграничного удивления. Вот зачем Шарль так поспешно предложил ей переехать к нему с вещами! Вот зачем он милостиво выпроваживал ее каждое утро «посмотреть восход», чтобы хотя бы на полчасика остаться одному.

Во всяком случае, теперь все вставало на свои места и объяснялось. Значит, когда начал жить с ней, он преследовал совсем иные цели, нежели личные отношения. Значит, он имел в виду совсем не секс, когда сказал той девчонке, что получил от Эвелин все, что хотел…

А хотел он лишь документы. Ведь он ищет сенсацию. Ведь он журналист. Да, прежде всего Шарль — журналист, мечтающий прославиться, а не мужчина, мечтающий любить и быть любимым.

Эвелин в отчаянии упала на диван и проплакала навзрыд примерно час. Ей было наплевать, что через дверь в коридоре, наверное, все слышно и что бедолага Бернар может прийти на ее рев и снова начать утешать ее, глядя ей в лицо своими грустными влюбленными глазами…

И вдруг Эвелин поняла, что больше всего на свете ей сейчас хочется именно этого. Чтобы Бернар ее утешал и смотрел на нее своими грустными влюбленными глазами. Он один способен ее утешить. А заодно она должна сообщить ему, как боссу, о том, что информация украдена.

Эвелин встала с дивана и, едва утерев слезы, бросилась бежать в сторону рабочих помещений. Плевать на то, что она зареванная бежит по улице! Плевать, что тушь размазалась и все оглядываются! Раз уж она тут такая одиозная личность, о которой все говорят (если верить Шарлю), то ей уже терять нечего. Тем более сегодня она существенно добавила красок к своей репутации, когда устроила в коридоре громкий скандал с Бернаром.