После игры - Эбби Глайнз

Он не сказал мне, чем собирается заниматься дальше. Не то чтобы это было мое дело.

— Я не бегала по утрам уже два года, — ответила я, вспомнив, что когда-то была в легкоатлетической команде. Мне это нравилось. Часть меня скучала по этому.

— Может быть, как-нибудь утром в следующие выходные ты составишь мне компанию. То есть, если конечно твои родители смогут присмотреть за Бриони.

Он не думал о том, что нас могут увидеть. Он часто забывал об этом.

— Возможно, нам придется подождать пару недель. Когда мы перестанем скрывать свою дружбу.

С минуту он молчал. Мне всегда было интересно, о чем он думал, когда делал это.

— Так вот кто мы такие?

Что это был за вопрос?

— Не уверена, что понимаю тебя, — ответила я.

— Друзья.

О. Мы целовались. Неужели это все изменило? Разве поцелуи что-то меняют? Я была не в восторге от свиданий. Ребята меня вообще смущали.

— Я не уверена, что мы когда-нибудь станем чем-то большим, — сказал я.

Неужели он забыл о самом большом барьере, который стоял между нами?

— Почему?

Очевидно, он забыл. Поэтому я констатировала очевидное.

— Я-мать-подросток, а ты уезжаешь через шесть месяцев, чтобы осуществить свою мечту, в колледж, по своему выбору. Все остальное закончится в любом случае. Друзья-это самое безопасное для нас.

Или для меня. Потому что, когда он уедет, я буду бороться за то, чтобы заставить себя жить дальше. Он никогда ничего не узнает.

— Давай сейчас договоримся, что мы будем разбираться с проблемами по мере их поступления? Потому что я хотел бы провести больше таких ночей, как прошлая. И день, который мы провели вместе, был лучшим временем за долгое время.

Мое лицо вспыхнуло, а сердце затрепетало. Я нравилась Брейди Хиггенсу. Он хотел видеться со мной больше, и он хотел со мной целоваться. Я со всем этим согласна. Проблема была в том, что он получил представление только обо мне. Только я. Не Бриони, а мы вдвоем идем, в комплекте. Она всегда была и будет на первом месте.

— Может быть, тебе стоит обдумать все, прежде, чем ты решишь. Я с уверенностью могу предположить, что ты никогда не встречался с мамой-подростком.

Он ответил не сразу, и я дала ему время подумать. Жизнь Брейди была похожа на сказку. Реальные проблемы в реальной жизни не так-то легко воспринимались им. Когда-то и я была такой же. Так что я его понимала.

— Дай мне шанс доказать тебе, что все может быть по-другому.

Это был Брейди, живущий в своем сказочном мире. Находясь рядом с ним, я скучала по этому ощущению. Не ожидала, что случится что-то плохое. Но тогда я была слабой. А сейчас-нет. Жизнь сделала меня жестче.

— Давай просто делать это день за днем. Никаких обещаний. Никаких планов. Просто жить этим.

Если бы я этого не сделала, то пожалела бы об этом. Возможно, навсегда. Брейди был другим, и когда я находилась с ним, я была счастлива. Я хотела бы испытать большее, чем то, что я чувствовала к нему сейчас. В будущем будет больно, но сейчас я буду наслаждаться им.

Он вздохнул, и я улыбнулась. Он к такому не привык. Он легко получал то, что хотел. Со мной было нелегко. Может быть, я его немного закалю.

— Я приму все, что ты предложишь, — ответил он.

Он казался разочарованным, что я не пообещала ему луну. А он привык к луне. Он привык, что девушки бегают за ним, как Айви. Я видела это, просто ведя наблюдение из своей спокойной жизни, не привязанной ни к кому. Еще несколько недель назад Айви всегда была рядом с Брейди. Я не была уверена, закончились ли между ними отношения, но он казалось бы, был готов двигаться дальше.

— Бриони готова к прогулке в парке. Мне нужно идти, — сказала я ему.

Это было напоминание нам обоим, что у меня есть приоритет.

— Да, хорошо. В любом случае, как думаешь, ты сможешь выбраться сегодня вечером?

Просить моих родителей снова присмотреть за Бриони было слишком. Я никогда этого не делала.

— Я укладываю ее спать в восемь тридцать. Когда она уснет, я могу попросить родителей присмотреть за ней.

— Я буду у тебя в девять, — ответил он.

После того, как мы повесили трубки, я много об этом не думала. Потому что я только и делала, что напоминала себе о том, насколько невозможным было наше будущее. Он был настоящим другом. Или должен был стать им, а поцелуй определенно все изменил.

— Парк! — Потребовала Бриони, дергая меня за шорты.

— Да, пора в парк, — согласилась я.

Она захлопала в ладоши и поспешила по коридору к входной двери.

— Мы пошли в парк, — крикнула я родителям, которые находились на кухне.

— Ладно, повеселитесь, — ответила мама.

— Вы не видели Томаса? — Спросила бабушка, входя в гостиную следом за мной.

— Нет, сегодня не видели, — ответила я.

«Или никогда», — подумала я про себя.

Она нахмурилась.

— Он утащил мои тапочки. Ему нравятся мои тапочки.

— Какие именно? — Спросила я, думая, что, может быть, смогу их найти.

— Розовые пушистые зайчики. Он их забрал.

У бабушки не было розовых тапочек с зайчиками. По крайней мере, не в этом десятилетии. Или последние шестьдесят лет. Это был еще один предмет, который она помнила из детства. Она спрашивала о них раньше, и мама уже объясняла ей. Но я не стала спорить.

— Если я найду их, то сообщу.

— И Томас. Найди Томаса. Ему нужно поесть.

— Да, мэм, — ответила я. — Я так и сделаю.

Я больше никогда не буду тем парнем