Сквозь врата в параллели - Diks Li

дорос до них, но уже было видно, что будет не ниже. Мужчины все подкаченные, загорелые, с широкими плечами, сильной грудью. У Гарика же, еще подрастковая угловатость. Хоть она его еще не видела во всей красе, но подразумевалось, что ещё не эталон. Волосы у всех были собраны в низкий хвост. Правда бородки и баки были у всех разными. Гарик же был взъерошенным котенком, с первым пушком на лице. Только большие золотистые глаза и прямой нос над пухлыми губами, были копией друг друга.

Ника так погрузилась в сравнение, что не услышала вопрос, которые ей задала Диана. И только когда Валерий ее тронул за руку, она пришла в себя.

– Протите, я кажется, задумалась! – в смущении потупила она взгляд.

– Ничего, бывает! – Валерий похлопал ее по руке. – Ты себя хорошо чувствуешь?

– Да, спасибо! Можешь повторить вопрос? – обратилась она к девушке, стараясь не казаться рассеяной.

– Не переживай, у тебя был насыщанный день! – понимающе улыбнулась Диана. – Я спрашивала, ты у нас побудешь?

– Даже не знаю… как-то неудобно…

– Что тебя напрягает? – поинтересовался Артемий.

– Не хотелось бы стеснять вас.

– Ну, – со смехом начал Валерий, – их ты не стеснишь точно!

Ника вопросительно посмотрела на кота. Поймав ее взгляд, Валерий чуть тише продолжил, глядя прямо ей в глаза:

– Они живут в других домах! Весь этот дом, в полном твоем распоряжении!

Вероника удивленно смотрела в его глаза, и не могла оторваться. Они будто тянули к себе. Послышался кашель. Девушка моргнула, и навождение спало. Послышались смешки от Марьяны и Дианы. Ника посмотрела сперва на хихикающих девчонок, потом на остальных. Все улыбались, кроме Гарика. Он был красным, а взгляд опустил в бокал.

Вероника тоже засмущалась. Ей было неловко. Но Артемий разрядил обстановку, сменив тему:

– Лер, ты показывал своей гостье сады?

– Нет еще, братец! Она только присоединилась к нам! Я не кролик! Я кот!

Все рассмеялись. Напряжение спало, и ужин прошел в дружеской обстановке.

– Давай, я тебя провожу. – предложил Валерий. – Пусть Ната занимается своими делами.

– Если Вам не трудно, рам Валерий.

Мужчина скривил губы и произнес, подавая ей руку, – Давай без приставок и на ты. Идет?

– Постараюсь.

Они вышли из столовой, под сопровождение молчаливых взглядов.

Девушка остановилась, чтоб рассмотреть картины, Валерий встал за ее спиной.

– Это ваш мир? – спросила она не оборачиваясь. На картине были изображены бордовые реки и множество растений разных размеров и расцветок.

– Да. В нашем мире было еще красивее, до того, как пришла Берта.

– Почему ее еще никто не убил?

– Она многолика, и никто не знает, как она выглядит на самом деле.

– Она постоянно воюет?

– Нет. Скорее всего зализывает раны. Хотя… миров очень много. Может, проиграв здесь, идет в следующий.

– Жаль, что выигрывает.

– Где-то выиграла, где-то проиграла. И там, где она проигрывает, обещает вернуться.

– Возвращается?

– К сожалению, да. – ориец положил ей на плечи свои руки, и начал легонько массировать, продвигаясь от плеч к шее.

Девушка расслабилась. Он легонько повернул ее в сторону комнаты и они пошли. Одной рукой, он все продолжал поглаживать ей шею. Дойдя до двери, Ника повернулась к нему лицом.

– Спасибо. – стараясь не смотреть ему в глаза, тихо произнесла девушка.

– За что?

– За спасение, за приют, за ужин.

– Для тебя все что угодно, – он провел костяшками пальцев по овалу ее лица. Ника подняла глаза, в расстеренности следя за его взглядом. Взгляд его желтых глаз задержался на губах. Только сейчас девушка заметила, что вокруг зрачка у него тонкий, зеленый ободок. Его зрачки расширились, они стали большими, желтого цвета радужки почти не осталось, а зеленый ободок стал ярче.

– Тебе необходимо отдохнуть. – прервал молчание мужчина.

Он был намного выше ее, и ей приходилось смотреть на него, запрокинув голову.

– Спокойной ночи. – прошептала она.

– Думаю, вряд ли у меня она будет спокойной. А вот тебе, сладких снов. – Он улыбнулся, и пошел прочь.

Девушка проводила его взглядом и вернулась в комнату. Раздевшись, она забралась под одеяло и мысли ее завертелись хороводом.

Что он имел в виду, говоря, что ночь будет не спокойной? Что означал его взгляд и прикосновения? И если он хотел поцеловать, почему не поцеловал? Интересно, Александр бы ревновал? Что они там делают? Ищут ли пропажу? Влад! – она представила друга. – Влад, услышь меня!

Глава 19

Уорфик возвращался в смотровой домик, и молился, чтоб Вероника ждала его там. Он не смог появиться тогда, когда она его звала. В тот момент он был на собрании. Шпионы доложили Верховному Рекаллу – слуги Берты суетятся около домика рыбака, что стоит на окраине озера. Но пока еще не известно было, что задумала Берта. В любом случае, надо было быть на стороже, и предупредить всех, на случай, если понадобится помощь.

Его ворлан, огромный ворон, на котором он летал, покружил над домиком, в поисках одинокой фигурки. Но на крыльце он увидел две фигурки, и поспешил спуститься к гостям.

***

Варя вылетела из портала вперед спиной, и больно ударилась о камень. Переведя дыхание, кое-как поднялась и осмотрелась. Дышать было больно. Сказался удар. Легкие обжигало.

Место было знакомым. Она была около дома Уорфика.

– За что ты так, сестричка? – грустно произнесла девушка, глядя туда, где только что исчезли врата.

Варя села на крыльцо и стала ждать, что произойдет дальше. Спустя минут пятнадцать, ее внимание привлекло сияние, и тут же появились врата. Девушка не успела спрятаться, как из портала вывалилась подруга.

Варя побежала к Соне. Та, пыталась подняться, но вскоре разрыдалась.

– Соня! Соня, ты в порядке? – подбегая спросила подруга.

– Ох, и ты тут! – они обнялись, – Что с твоей сестрой стало?

– Я не знаю. Ты цела?

– Почти. А сломала два ногтя, пытаясь зацепиться за нее, и при падении сломала каблук на новых туфлях. – девушка опять разрыдалась.

Варя помогла подняться подруге, и дойти до крыльца.

– А ты сама, цела хоть? – вытирая слезы, спросила подругу София.

– При падении ударилась спиной, но уже почти все прошло.

– Может Ника теперь слуга Берты?

– Ох, Сонька, я в это не хочу верить.

– Хотя, нет. Ты видела сколько злости было в ней?

– Точно, а слуги безразлично ко всему относятся.

– Я как вспомню, когда мы детей освобождали, как эти люди падали…

– И ни одной эмоции… От этого становилось страшно. – Варя передернулась от воспоминаний.

– Тогда, что случилось с твоей сестрицей?

– Ох, если б я знала, не сидела бы тут с тобой.

Они сидели и думали, что