Опекун для дочери бывшей. Часть 2 - Анна Бигси

— Сейчас…

Он быстро разделся и удобно устроился между ее бедер. Целовал жарко и требовательно, заставляя забывать обо всем, так что последние мысли вылетали из головы. Прижался горячей головкой к ее лону, растягивая и растирая влагу.

Надежда ощутила дискомфорт, инстинктивно напряглась и уперлась ладонями в его грудь.

— Нет, я не хочу. Отпусти меня, — испуганно зашептала она и заметалась под ним.

— Трусишка. — Кирилл накрыл ее собой и выдохнул в ухо, разгоняя мурашки по всему телу. — Потерпи немного.

— Кир, пожалуйста, — всхлипнула Надя, и судорожный стон сорвался с ее губ, когда его губы вновь начали свой беспощадный натиск. Вновь сдавалась без боя его власти.

Он не хотел причинять ей дополнительную боль. Не обращая внимания на протесты, целовал Надежду и ласкал, пока не ощутил, что она полностью расслабилась и больше не сопротивляется. Замер на секунду, собираясь с силами и толкнулся вперед, прорываясь внутрь и заполняя собой.

Надя вскрикнула, задрожала и начала вырываться. Слезы хлынули из глаз, а пальцы болезненно впились в плечи Кира. Он мужественно вытерпел и крепче прижал ее к себе, давая возможность привыкнуть и успокоиться.

— Тише, моя маленькая, — шептал нежно, собирая губами капельки с ее щек. — Все самое страшное позади…

— Больно… — всхлипнула Надежда.

— Мне остановиться?

— Нет. Конечно нет, — закачала она головой.

Кирилл терпеливо ждал, пока она хоть немного оттает. Нежно целовал лицо и шею, постепенно расслабляя, и начал медленно двигаться под судорожные всхлипы. Каждое движение давалось с большим трудом. Долгое воздержание не способствовало терпению, но ради Нади он делал невозможное.

Боль понемногу проходила, и Надежда расслаблялась в его искусных руках, начиная ощущать приятную волну, поднимающуюся откуда-то из глубины. С каждым толчком ее накрывало все сильнее, потом мир разлетелся на тысячи разноцветных осколков, а в теле возникла необычайная легкость, как в невесомости.

Кир тонко уловил ее ощущения и постарался продлить этот момент. насколько возможно, а затем сам отправился на вершину блаженства, задыхаясь ни с чем не сравнимыми эмоциями. Ни с одной женщиной он не испытывал подобного. Потому что и не любил никого, а тупо справлял потребности тела.

— Люблю тебя, — прошептал Кирилл, крепко прижимая к себе вымотанную ласками Надежду. Нашел свое сокровище и был абсолютно счастлив. Теперь у него было все, чего можно только желать.

— И я тебя очень-очень люблю, — улыбнулась она и удобнее устроилась у него на груди. Чувствовала себя немного странно. Вроде ничего и не изменилось, а вроде и стало по-другому. Надя превратилась из девушки в женщину, вот так, одним махом, но ни о чем не жалела. Кир был именно тем мужчиной, с кем она хотела пройти по жизни рука об руку.

Эпилог

Осень в этом году выдалась неожиданно теплая и сухая. Легкий ветерок без труда пробирался под рубашку и приятно щекотал кожу. Кирилл сидел на небольшой скамейке и с улыбкой смотрел на лицо Любы, искусно нарисованное на гранитной плите.

На душе было так хорошо и спокойно, что не верилось, что когда-то он буквально похоронил себя в этой могиле вместе с ней. С тех пор прошло десять лет, а казалось — целая жизнь пролетела перед глазами.

Кир зарылся пальцами в волосы и перевел взгляд в чистое небо, цвета глаз и Надежды, и Любови. Он по-прежнему замечал их похожесть, но уже давно не придавал ей значения. Для него существовала лишь одна женщина, которую он любил больше всего на свете. Его жена Надя.

Легкая грусть о прошлом невесомым шлейфом прошла по сердцу и исчезла без следа. Кирилл выполнил все свои обещания, что когда-то дал, но главное — смог стать счастливым сам. Люба словно заранее знала, что все получится именно так, и подарила ему свою величайшую драгоценность. Свою Надежду. За это Кир был бесконечно благодарен ей.

С Надеждой они женаты вот уже пять лет, и он ни разу не пожалел о своем выборе. С годами их чувства не утратили первоначальной яркости, а наоборот, приобрели множество различных граней и оттенков. Они искренне любили друг друга и стали одним целым. Раньше Кир не верил, что такое возможно, но Надя доказала ему обратное. Открыла для него целый новый мир чувств и эмоций.

— Папочка! — Пронзительный детский крик эхом разнесся в кладбищенской тишине. — Я уже здесь!

Кирилл сразу узнал дочь, поднялся на ноги и обернулся. Трехлетняя Вера неслась к нему сломя голову на своем самокате. Он лишь улыбнулся, покачал головой и вышел встречать неугомонного бесенка.

— Вот ты где! — Девочка остановилась и запрыгнула на руки к папе.

— Тише, здесь нельзя кричать. — Кир нежно чмокнул ее в щечку и прижал к себе.

— Я забыла, — заговорщически прошептала она ему на ухо.

— Где маму потеряла? — Он улыбнулся, наблюдая, как Надежда медленно приближается, переваливаясь с ноги на ногу, словно пингвин. Вторая беременность подходила к концу, и движения становились все более скованными и забавными.

— Там. — Вера указала направление рукой и захихикала. — Она слишком медленная.

— Может, это ты слишком быстрая?

— Нет, — покачала она головой.

— Цветочки для бабушки принесла?

— Забыла, — спохватилась Вера и шлепнула ладошками по щекам.

— Ну вот… может, у мамы есть? — хитро прищурился Кирилл.

— Точно! Надо посмотреть. — Она нетерпеливо заерзала в его руках. — Пусти!

— Ну уж нет, — рассмеялся Кир, едва справляясь с егозой в руках. — Дождемся здесь.

Спустя пару минут Надежда подошла к ним, нежно чмокнула Кирилла в губы и, нахмурившись, посмотрела на дочь.

— Вера, ну что за поведение? Я же просила тебя не уезжать от меня далеко!

— А я не далеко, к папе. — Девочка недовольно надула губы и прижалась к Киру.

— Все равно. Я же за тобой не успеваю.

— Я больше так не буду, — промямлила она виновато.

— Может, няню? — улыбнулся Кирилл, заботливо обнял Надю за плечи и коснулся губами виска. — Тебе уже тяжело, а она неугомоныш.

— Вот еще, справлюсь, — фыркнула Надежда, не желая даже слышать о посторонних людях для своих детей. Возможно, чуть позже, когда родится