Желание на любовь - Галина Колоскова

– А нам есть что обсуждать и принимать? – Кэтлин сделала жест рукой, призывая удивлённого Вуда дать ей высказать мысль до конца. – Мы с дочерью очень благодарны тебе за спасение. Более того, я безмерно признательна Чайтону за то, что он собой прикрыл от пуль Лилибет. Парни, вы молодцы, настоящие профи, но нас ждёт Джон.

Она замолчала на несколько секунд.

– Мне страшно… Прости, Мэттью, но я не готова сейчас к разговору, вернее, вообще не готова к нему. Всё так внезапно и неожиданно…

Мысли Паркер метались, слова путались. Ею овладело огромное желание поскорее сбежать из этого места, от всех невысказанных вопросов в глазах. Она вдруг почувствовала себя загнанной в угол маленькой девочкой. Возвращалось позабытое, с трудом побеждённое ощущение беззащитности и потери. Нужен был кто-то, кто сможет сейчас её оградить от зеленоглазого мужчины, вновь пытающегося перевернуть всё с ног на голову, любви всей жизни, но появившейся так некстати, кто сможет всё объяснить. Кэтлин очень хотелось очутиться в спасительных объятиях мамы – Риты.

Брюнетка понимала, что в этот раз сбежать не удастся. И это пугало. Страх накатывал ледяной волной, вызывая дрожь подбородка. Он уже полз холодными липкими щупальцами по позвоночнику, грозя погубить и разрушить всё то, что она создавала много лет; сломать кокон почти уютной, устоявшейся жизни. Кэт практически созрела, чтобы рассказать Лилибет правду, думала когда-нибудь разыскать Мэтта и поведать ему о дочери, готовилась признаться, но не вот так, сразу обоим.

Девушка переводила взволнованный взгляд с отца на мать, понимая: в прошлом между этими двумя произошло что-то, о чём им было трудно и больно говорить даже теперь, спустя много лет. И если они сейчас уедут, разговор так и не состоится, отношения не будут выяснены. Оставалось взять всё в собственные руки.

Она прервала повисшее на несколько секунд молчание:

– Мама, может, мне кто-нибудь всё-таки объяснит, что тут происходит? Я вижу живого отца, про которого ты говорила, что тот был военным лётчиком и погиб на Аляске, хотя для покойника он прекрасно сохранился. Вижу, как ты пытаешься сейчас улизнуть, но мне тоже нужен этот разговор. Я хочу знать правду как можно скорее.

Агент поднял взгляд вверх и качнул головой.

– Боже мой, как банально – лётчик-испытатель… Кэтлин, ты зачем меня похоронила? – попытался шуткой разрядить обстановку Мэттью, но этого не получилось: всем, в том числе и ему самому, было не до смеха. – Мне ты сказала, что родила малышку от Джона. Теперь я знаю, что он твой отчим. Дочери сообщила, будто я покойник… Ты так ненавидела меня?

Мэтт не знал, что сказать, ведь виновником этой ситуации был он сам, а сейчас пытался свалить всю вину на Кэт, фактически изнасилованную и брошенную им когда-то. Вуд тяжело вздохнул и огляделся. Говорить здесь, среди полицейских и коллег по цеху, Мэттью не хотел и попытался снова вывести девушек наружу: он переместил руку с талии на плечи брюнетки и, легонько сжав, подтолкнул её к выходу.

– Прости меня, Кэтлин, но Джона здесь уже нет. Он уехал в отель. Я попросил его оставить вас со мной.

Паркер обречённо вздохнула: сбежать не удастся. Деваться некуда, придётся ехать в больницу. Она надеялась, что осмотр у доктора не займёт много времени и к ночи сможет избавиться от Мэтта.

Остаться наедине с предметом давнего обожания Кэт боялась. Связь с женатым мужчиной ей ни к чему, даже если он биологический отец её ребёнка. Она не хотела скандала с участием Лесси, не желала разборок и выяснений. Только не сегодня, лимит неприятностей, который способна вынести её психика, исчерпан на годы вперёд.

Вуд видел, что Кэтлин снова чем-то загрузилась, и никак не мог понять, что так тревожит и беспокоит её. Неприятности позади, все живы-здоровы, но настроение молодой женщины ухудшалось с каждой минутой. Он обернулся к дочери; та вела себя намного доброжелательней матери. Мэттью удивился, как запросто она приняла его появление. Девочка обладала стальными нервами и сильным характером – можно не бояться, что она впадёт в истерику или свалится в обморок. Невероятно, насколько дочь была похожа в этом на Одри.

– Лилибет, сейчас мы поедем в клинику твоего деда, Харриса, а по дороге я тебе кое-что расскажу. – Мэтт повёл женщин к машине, у которой, придерживая поднятые края воротника кашемирового пальто, его поджидал Брюс Грей.

Ридж не отставал, не собираясь упускать из виду понравившуюся девушку, несмотря на открытое недовольство её отца.

Грей ощупывал взглядом ладную фигурку почти не изменившейся Кэт. Мэттью видел это, и в его голове непроизвольно всплыли слова Бетти: «А она действительно красавица! Смотри, чтобы Брюс не увёл из-под носа». Один раз другу удалось украсть его невесту, больше он этого не допустит.

Вуду не понравилось холодное чувство, возникшее в районе живота, постепенно перемещающееся к груди, – ревность. Это было неожиданно. Он давно перестал ревновать Лесси, понимая, что бесполезно, и никогда не мог предугадать, к кому блондинка удерёт в очередной раз. Мэтт ощутил, как сжимаются в кулаки пальцы. Напряжение сегодняшнего дня слишком давило, ещё немного – и можно сорваться.

Взглянув в лицо начальника, Брюс понял это и слегка скривил губы в усмешке. Больше женщин Мэттью он уводить не собирался, хватило и одного горького опыта.

– Здравствуй, Кэтлин! Тебя легко узнать: ты почти не изменилась. Разве что немного поправилась и похорошела.

Грей не стал испытывать терпение Мэтта и обратился непосредственно к нему:

– Звонили из управления. Нужно срочно составить отчёт об операции. Если хочешь, я сделаю это за тебя. Вижу, сейчас ты слишком занят. – Он совершенно искренне поинтересовался: – Можно ожидать приглашения на свадьбу?

Ответив на приветствие старого знакомого, брюнетка вскинула взор на Вуда:

– Какую «свадьбу»?

– Не обращай внимания. Слишком трудный день. Брюс так шутит.

Мэттью обернулся к Грею и сдвинул брови:

– Спасибо, друг, буду должен. – На слове «должен» он сделал особый акцент. – Поговорим позже. Как освобожусь, наберу тебя. Увидимся завтра.

Мэтт распахнул заднюю дверь «форда» перед Лилибет. Она с разочарованием смотрела на невзрачный салон серого седана. Отец понял, что не впечатлил обожавшую, со слов Джона, гоночные автомобили дочь.

– Знаешь, все эти голливудские байки про агентов, рассекающих на шикарных тачках, – миф. Главное в нашей работе – оставаться