Десять дней, девять ночей - Ольга Сергеевна Рузанова

– Я люблю тебя… – тихо шепчу ему в шею.

Андрей ничего не говорит, ни один мускул на его теле не дергается, даже руки, ласкающие мою спину, ни на миг не прекращают движения. Но я все равно не жалею о своих словах. Пусть знает. В этом нет ничего постыдного или грязного. Я отдаю ему свое сердце, а что делать с ним, пусть решает сам.

Через час он уходит. Просто, решив, что я уснула, тихо освобождается от моих объятий, одевается и уходит. Уходит, не поцеловав на прощание и не оглядываясь.

Вот и все… Не сдерживаясь, реву в подушку, вою, стону, вгрызаясь в нее зубами. Как заглушить эту дикую боль от потери половины себя? Кроет так, что хочется волосы рвать на себе, лишь бы получить облегчение.

Глава 30.

– Кать, уже двенадцать… Вставай. – Света обеспокоенно заглядывает мне в лицо и кладет ладонь на лоб, – Через два часа выезжаем…

– Как двенадцать?! – от долгого плача трещит голова, ноет грудина и противно чешется лицо.

– Ну и видок! Ты что, ревела?! Он же, вроде, приходил…

– Да… Я в душ…

Откровенничать с подружкой нет ни желания, ни времени. Может быть позже, когда вернемся домой, я не раз поплачусь ей в жилетку. А она меня пожалеет и снова пообещает найти самого классного мужика.

С некой долей сожаления смываю с себя следы нашей прощальной страсти и долго привожу в порядок распухшие лицо и нос.

Быстро засовываю в себя остывший завтрак и собираю оставшиеся вещи. Не даю себе отчет в том, что, постоянно поглядывая на часы, подсознательно поторапливаю время.

Света с разговорами больше не лезет. К ней пришел Мигель. Чавкающие звуки их поцелуев я слышу даже из соседней комнаты. Прощальный секс? Хм… Славно…

Вытаскиваю багаж на террасу и сама выхожу, дабы не смущать трахающихся своим присутствием.

Машину подают минута в минуту. Служащие отеля помогают нам с багажом.

Мигель получил свое и уже свинтил. Даже платочком на прощанье не помахал. Но Света расстроенной не выглядит. Напротив, сияет, как медный пятак. Как будто, наконец, отмучилась.

– Ну, не кисни, Катюха! – хлопает по плечу, но вдруг застывает, глядя поверх моего плеча.

Я оборачиваюсь и забываю, как дышать. Андрей идет ко мне спокойным шагом, словно никуда не торопится. Словно только что чуть не опоздал. Цепляюсь глазами в его лицо в надежде что-то в нем прочитать. Он передумал? Принял какое-то решение?.. Зачем он пришел? Но выражение его лица абсолютно нечитаемо. Как всегда.

– Привет, – говорит он, – уже уезжаете? – и при этом смотрит куда угодно, только не мне в глаза.

– Да, – спокойно отвечаю я.

Если он думает, что начну лить слезы и опять признаваться ему в любви, он ошибается. Я не стану превращать наше прощание в трагикомедию.

– Это тебе… На память… – он берет мою руку и вкладывает в нее тот бархатный мешочек с серьгами и колье.

Смотрю на свою руку, удерживающую подарок и чувствую, как глаза наполняются слезами. Я ему сердце, а он мне изумруды. Нормальный такой обмен.

– Обнимемся? – одной рукой прижимает меня за плечи, а второй приподнимает лицо, заглядывая в глаза.

Пользуюсь моментом и незаметно возвращаю мешочек в его карман.

Андрей прижимается ко мне губами в коротком поцелуе, делая вид, что не замечает текущих по лицу слез.

– Будь счастлива, – шепчет на ухо, разворачивается и уходит, не оглядываясь.

– Катя, время! – шипит подруга из такси.

Я не помню, как она меня запихала в машину. Зато помню, как, проезжая мимо идущего по тротуару Андрея, я сверлила обезумевшим взглядом его висок. Не посмотрел на меня последний раз.

– Все нормально? – тихо спрашивает Света, беря меня за руку.

– Света…. Света… Ты понимаешь… – и я сама в шоке от того, что собираюсь ей сказать, – Света… я… я… его больше никогда не… увижу его… никогда!

Слезы бегут ручьем по лицу. А я не могу их остановить. Думала, выплакала все ночью, а нет. Меня начинает реально трясти. Прячу лицо в руках, и не помогает. Накрывает настоящая истерика.

– Слышишь!!! Никогда!!! Никогда!!! – я хватаю ее руки и, наверное, причиняю боль, ору, как ненормальная – Он не должен был меня отпускать… Света… Почему он так сделал?!..

– Тихо – тихо, милая… Ты чего? – она протягивает салфетки, взятые у водителя. Тот бросает на меня обеспокоенные взгляды и, на всякий случай, блокирует двери.

Всю дорогу я реву у нее на плече. Уже в самолете мне дают что-то выпить, успокоительное для тех, кто боится перелетов. Отпускает. Теперь я тупо пялюсь пересушенными глазами на покрывало белых облаков под нами. В голове пусто, в груди дыра. Жаль, не получается уснуть.

Хочу домой, к маме и сыну. Хочу в свою двушку. Хочу в свою реальную жизнь. Хочу поскорее вернуться с небес на грешную землю, окунуться в повседневные заботы, чтобы поскорее его забыть.

Уже в аэропорту Сан –Хуана Света, решив что я успокоилась, спрашивает:

– Что он тебе дал?.. Подарок?.. Покажешь?

– Я не взяла его, – отвечаю хмуро, делая глоток обжигающего кофе из бумажного стаканчика.

– Почему?! И даже не посмотрела, что там было?!

– Золото, изумруды, брюлики… – я быстро нахожу в галерее телефона фото, сделанное перед походом в казино, и протягиваю ей, – вот.

Ее глаза расширяются вместе с фото на экране телефона.

– Ты головой об скалу ебнулась, когда с яхты ныряла?! Совсем дура?!

– Они мне не нужны! – резко сминаю стаканчик в руках и пуляю им в урну. – Хочу скорее все забыть…

– Могла бы продать и машину, наконец, поменять… Или еще один бутик открыть… – она тяжело вздыхает, будто объясняет элементарные вещи.

– Нет. – сказала, как отрезала.

– Кать, чего ты ждала от него? Думала, встанет на одно колено и кольцо подарит?

Светка абсолютно права. Он мне ничего не обещал. Лапшу на уши не вешал. А мои чувства – это мои проблемы.

– Свет, ты прости меня… за эту истерику, – вздыхаю я, – сама от себя не ожидала…

Она корчит мимишную мордочку и крепко – крепко меня обнимает.

– Иди ко мне, горе ты мое луковое!

Глава 31.

Родной город встречает нас проливным дождем с порывистым ветром. Из окна такси наблюдаю за бегущими по тротуарам прохожими. Как они прыгают через лужи или жмутся друг к дружке под козырьком