Раздевайся, красавец! Будешь моим трофеем - Анюта Тимофеева

Я, девчонка из бедной семьи, из самых низов, командую сотней! Вспоминаю юность и первые серьезные тренировки: поношенная одежда, оставшаяся от братьев, бережно почищенная и незаметно заштопанная; оружие, тоже передаваемое несколькими поколениями семьи, потому что денег на новое, качественное, то, которое не подведет, в семье не было. И как я тряслась над сколами и царапинами на этом оружии, переживая в сто раз сильнее, чем за свои раны. Моя-то шкура заживет, а трещины на старом луке, или, не дай прародители, царапины на мече – их уже ничем не вылечишь. Когда я еще добуду в бою подходящее оружие!

Поэтому я чуть не отрубила голову, а потом рвалась отрезать хотя бы руку, гномьему купцу-вору, который продавал разбавленный дешевый лак, чтобы покрывать луки от сырости. Я уже знала, как быстро такой лак покрывается трещинами. Да и мечи подозрительно напоминали дешевый металл, который погнется или сломается, не выдержав ударов. Как меня саму держали за руки, потому что без суда нельзя было его казнить!

И я благодарна нашему старому сотнику, который не наказал меня за самоуправство, а понял мой гнев, а потом назвал королеве в числе своих преемников.

И ее величество назначила меня! Меня, не имеющую знатного происхождения, просто за мои личные заслуги! Я отдам за нее жизнь, и это не пустые слова.

Я счастлива, что смогла оказать ей услугу, и спасти важного для королевы и нашего государства заложника. Хотя того эльфика я просто пожалела, и, в любом случае, не отдала бы на потеху заскучавшим воинам.

Теперь новое задание, и я в лепешку разобьюсь, но не подведу. Старую рубашку пропавшего нага нашему отряду дали, а еще один из слуг смог быстро нарисовать узнаваемый портрет этого потеряшки.

Все сходилось на том, что этот сбежал сам. Но, раз королева его прощает, то главное – найти побыстрее, и бережно доставить к ней. Решать, прав он или нет, предстоит не мне. Хотя… чисто по-волчьи, я могу понять желание помочь другу. Это правильное желание, хотя и было исполнено глупо. Но зато я не буду давить угрызения совести, что везу парня для наказания. Правда, наказание он точно заслужил. Пусть скажет спасибо, что он не в армии, тогда получил бы плетей, а то и чего похуже…

***

Если вначале я думала, что с легкостью выполню поручение, то потом с ужасом поняла, что есть серьезная опасность его провалить, либо мы провозимся с этим делом слишком долго. Надо быть откровенными: я и мой отряд не следопыты. Выбравшись за стены замка, след нага, и так очень слабый, мы потеряли.

- Мы должны его найти! – с нажимом сказала я. – Это приказ королевы, проверка наших умений!

Мы долго стояли, настраиваясь, отсеивая посторонние запахи, вглядываясь в россыпи следов. Но потом один из волков взял след, второй… и мы поняли направление, куда наг пошел! И пополз… Впрочем, наезженных дорог было только две, но он часто нырял в кусты и перелески по обочинам.

След петлял долго, снова уводил в лес… Я поняла, что наг, видимо, не знал, куда ему идти, и просто шел, куда глаза глядели. Дурачок, вот куда ты сунулся, если всю жизнь прожил в замке?! По рассказам, это был молодой наивный воспитанник королевы, который вряд ли задумал плохое.

Вдруг буквально вся шерсть встала дыбом:

- Чужаки! Много! Незнакомый запах…

- Нет, это не наши, не оборотни.

И тут один из самых опытных волков сказал:

- Аламаты. Да, это их следы и запах. Что они тут делали?

А след нага обрывался, затоптанный множеством других следов. Похоже, его уже перехватили эти чужаки.

***

Так, название племени мне знакомо, уже хорошо. Я помню, что у нас с ними мир, потому что эти зверолюди не воинственные, сами обычно не нападают. Почему же они поймали нага? Возможно, потому, что тот не признался, кто он и откуда.

Как бы мне пригодился сейчас какой-нибудь вестник, который принес бы мгновенный ответ от королевы, что делать: с боем спасать парня, или напомнить им о наших дипломатических отношениях, и пытаться договориться? Но я не могу терять столько времени, пока дождусь ответа – уже будет поздно. Положусь на интуицию, буду действовать по ситуации.

Направление, где располагались становища этого народа, было известно. Следы показали, что аламаты вместе с пленником направились к своим.

Мы добрались туда к вечеру, и остановились на совещание в лесочке неподалеку.

- Залетаем и рубим всех? – полусерьезно спросил Грон, как самый старший и опытный, который имел право участвовать в принятии решений.

- Нет, а то потом не отмоемся от обвинений, что развязали войну на границе, - тоже усмехнулась я. – А теперь серьезно: въезжаем медленно, чтобы нас не приняли за налетчиков. Я показываю свой жетон, здесь должны его знать. Если с недавних пор что-то изменилось, и на нас нападут… что же, мы будем первыми, кто принесет королеве эту весть. Кто-то да уцелеет. Но постараемся найти вождя или старейшину, и объясним ему ситуацию.

***

Массивные деревянные ворота были закрыты. Я от души стукнула, вызывая дозорного.

Через пару мгновений выглянул… ну, да, зверолюдина впечаляющая! Мы даже в обороте не достигаем таких размеров. Хотя, конечно, волк – страшная сила, и при драке один на один победа всегда на нашей стороне. Но все равно аламаты – противники серьезные, и не хотелось бы доводить дело до схватки.

- Мы посланники королевы оборотней Альмиры, – я показала жетон. – Мы пришли с миром. Разыскиваем воспитанника королевы, который вышел за стены замка и пропал; следы показали, что его привезли сюда. Мы хотим поговорить со старейшиной.

- С вождем? – дозорный внимательно изучал металлический символ власти. – Вождь скоро будет, ждем.

Потом он подозвал кого-то, и было слышно, как они совещаются. И, когда я уже подумала, что придется этого самого вождя ждать под стенами, ворота отворились.

- У нас мир с королевой, ее посланников примем как добрых гостей.

Я кивнула, от души поблагодарив их.

- Куда нам идти? – спешиваясь, спросила дозорного. – Долго ли ждать?

Дозорный свистнул, и показался еще один местный мужчина.

- В гостевой дом проводи гостей! Это воины королевы оборотней, приехали к вождю.

- А где тот, кого мы ищем? Молодой смуглый юноша, которого нашли в лесу?

Оба недоуменно уставились на меня. Ну, хотя бы не казнили нашего нага как лазутчика