Нотариус его высочества - Дарья Михайловна Сорокина

Я вытащила из вороха первые попавшиеся трусы, сгребла аквариум с Септимусом и ушла к себе, искать самую уродливую и мешковатую мантию, если и ее Изабелла не спрятала.

Когда я спустилась в столовую, наша экономка уже хлопотала вокруг гостей. От меня не укрылось ее особое отношение к Алессандро. Она демонстративно подставляла к нему поближе сахар и тарелку с печеньем, налила чай раньше всех. Это заметил и Немо. Он лишь молча усмехнулся и первым поднялся с места, когда я подошла к гостям.

– Мне очень жаль, что я доставляю вам столько хлопот!.. – Я прижала руки к груди лишь бы никому не подавать их для поцелуя. – Прошу, присаживайтесь.

– Я же говорил, что вы всегда можете обращаться ко мне за помощью, – горячо заверил Алессандро, а Немо шумно отпил чаю, вернувшись на место.

– Удивительный вкус, сеньора Грасси. Это из вашей родной провинции? – со знанием дела предположил мой маэстро, как если бы не пил тут его почти каждый вечер.

Однако Изабелла расплылась в искренней улыбке.

Да что сегодня со всеми происходит?

Алессандро тоже поднес к губам чашку, насладился ароматом, а потом тоже сделал глоток.

– Провинция Санданс, – мгновенно изрек наследник.

И с Изабеллой начало твориться нечто невообразимое. Она принялась обмахиваться ладонью, словно ей было ужасно жарко.

– Ах, все верно, ваше высочество!

Я точно была лишняя на этом празднике жизни, на меня все старательно не обращали внимание. Не то чтобы я обижалась, но неплохо было бы узнать, зачем эти двое бросили все свои срочные дела и пришли сюда.

Пока принц и маэстро отчаянно пытались впечатлить экономку семьи Ритци своими географическими познаниями о провинции Санданс, я тихо почесывала свою метку под столом, и, прислушиваясь к себе, раздумывала, стоит ли рассказать Немо о моих первых находках в архиве, или это опасно для моего здоровья… Не помру же я от одного только желания… Сердце, как назло, бешено заколотилось, не то от самовнушения, не то от заклятья. Ладно, подождем…

Во входной двери повернулся ключ, и Марко появился на пороге, долго обтирая ноги о коврик.

– Белла, так я могу сегодня постирать свои тру… О, у нас гости. Алессандро, какими судьбами?!

Мой брат расставил в стороны руки, а дальше произошло то, чего я точно не ожидала. Эти двое обменялись такими крепкими объятиями, словно были закадычными друзьями и войну вместе прошли. Серьезно? Что еще я упустила за время своей учебы? Амандо женился, а у Берто родился сын?

– Город гудит, что ты моей сестрой увлекся, – рассмеялся брат, но наследник ответить не успел. – Ба, Юри, что с твоими волосами? Затяжной переходный период? Сколько тебе лет, а то я забыл?

Ну, все. Я тихо встала из-за стола и взяла заварочный чайник.

– Изабелла, я сделаю еще, раз Марко пришел?

Мне просто нужно было сбежать хоть на мгновение и выпустить пар.

– Да-да, Юри, – не глядя на меня, пробормотала экономка, все еще пожирая принца влюбленными глазами. – Такая она у нас хозяйственная девушка! Вы присмотритесь…

Немо тихо прыснул себе под нос, буквально вбив мне кол между лопаток этим смешком.

Я спряталась на кухне и уперла дрожащие руки в столешницу, не заметив, как кто-то зашел за мной следом и открыл ящик над головой.

– Давай помогу… – Немо достал деревянную коробочку с чаем. – Все это ужасно нелепо, а Изабелла прозрачна, как стекло, в своем желании сосватать тебе Аккольте. Я пришел проверить, что ты не плюнешь в чайник. Чую, ты на взводе.

– А ты у нас теперь эмпат? Зато сам совершенно нечитаемый, – пробормотала я, наблюдая, как он засыпает заварку и наливает воду.

– Правда? Такой ли нечитаемый? А если подумать, Юри?

Одной рукой он коснулся чайника, и уже через несколько мгновений из носика пошел пар. Даже заклинания не произнес, все одной лишь силой мысли. Безумие!

– Не понимаю, что происходит между нами. Всего два дня назад, ты, мы были…

Я не могла подобрать слов. Мы просто были. А сейчас нас больше нет.

– Были.

Он медленно оторвал руку от чайника, затем поймал одну из выкрашенных Септимусом прядей и потер ее между подушечками пальцев.

– Красиво. Тебе очень идет. Мне всегда было жаль, что ты постоянно сдерживала себя в самовыражении, и явно поторопилась с выбранным призванием. Никогда в моих мыслях я не видел тебя запертую в душном кабинете или среди пыльных документов в архиве, связанную по рукам и ногам чужими тайнами.

Я слушала это внезапно признание, широко распахнув глаза.

– Кем же ты меня видел?

– Не знаю, на огромном корабле, смотрящую далеко за горизонт.

– А где в этот самый миг был бы ты?

– Я… – Немо положил мне руку на плечо и потянул к себе. – Я всегда…

– Ну, где там мой чай, Юри? Мы тебя все заждались. О! Все-все. Не мешаю вам.

Мы быстро расцепились, когда Марко заглянул на кухню.

– Вижу, что ты в порядке. Приятного вечера, мне уже пора, – с грустной улыбкой начал прощаться Немо.

– Останься, – взмолилась я и схватила его обеими руками за запястье.

Я тут же ощутила жжение своей метки, которая все это время была в режиме поиска.

– Пожалуйста! – еще крепче впилась я в моего мастера, чувствуя, что на верном пути.

Я эгоистка. Знаю же, какую муку причиняю ему своей просьбой. Он не слепой, не может не замечать всех этих разговоров и намеков про герцога.

– Ладно, но тебе придется рассказать мне обо всем, что случилось сегодня в коттедже.

В конце концов, Марко удалось спровадить Изабеллу, которая никак не хотела расставаться с Алессандро. Брат долго прислушивался к ее удаляющимся вниз по лестнице шагам, а затем быстро вернулся к столу и заговорщическим тоном сказал:

– А теперь рассказывай, Юри. Я по всей своей комнате в общежитии вещи собирал, чтобы придумать повод, заскочить домой.

– Чтобы прийти домой тебе нужен повод? – изумилась я.

– Ой, можно подумать, ты не знаешь нашу семейку, постоянные шутки и подтрунивания друг над другом. Зайдешь просто так, и начнется: тебя отчислили, всегда знал, что ты для службы не годишься! Когда познакомишь нас со своей невестой?..

Марко поочередно изображал всех наших членов семьи от мамы с папой до своих старших братьев.

– У тебя есть невеста? – не смогла я сдержать удивления.

– Вот об это я и говорил – у нас очень специфическая семья. И ты тоже легче мне не делаешь!

Что?! Да я