Дебютантка, или Брачный сезон - Оксана Гринберга

Мэтью помог вытащить виконта де Бражье из тюрьмы, и тот проникся… Не сказать, что благодарностью, но Питера он запомнил и пообещал в ответ за услугу представить его принцессе Джорджи уже этим вечером.

Вспомнив о Мэтью, Питер мысленно чертыхнулся.

Его товарищ до сих пор разыскивал ту девицу из кэба, хотя у Питера то происшествие давно уже вылетело из головы. Точно так же, как и обещание помочь в поисках.

Но Мэтью, с кем Питер столкнулся вчера вечером в доме у одного из знакомых, об этом напомнил. Спросил, как продвигаются дела с издательством, и Питер с трудом сообразил, о чем идет речь.

Все же вспомнил, после чего заявил, что дела продвигаются отлично. Вот-вот, осталось совсем немного, и он выяснит, как зовут ту таинственную незнакомку!

Потому что Мэтью так ее и не нашел.

В Магической Академии девушка с такими инициалами не училась и заявления на поступление не подавала. На этом следы обрывались, и Питер оставался его единственной надеждой.

– Мама, тебе обязательно нужно будет наведаться к своему брату в издательство и кое-что у того выяснить! – заявил он.

– Нет же, Питер! – страдальческим голосом произнесла Жозефина. – Я бы предпочла до твоей свадьбы с ним не встречаться. Мы уже столько задолжали, что мне стыдно смотреть брату в глаза.

– Но для меня это очень важно. – Жозефина не отреагировала, поэтому Питер решил зайти с другой стороны. – Дела любовные, мама! Нет, не мои, но они помогут мне жениться на той, о ком я мечтаю.

В глазах Жозефины тотчас же появился интерес, стоило ей услышать о «любовных делах». Все именно так, как и рассчитывал Питер.

– Выкладывай! – приказала она сыну, еще раз продемонстрировав, что успела порядком набраться жаргонных «словечек». – Внимательно тебя слушаю.

И Питер выложил.

Глава 6

Не сказать, что я сильно нервничала… Все было намного хуже!

Меня буквально потряхивало от волнения, потому что дед решил представить меня высшему столичному обществу, не дав особо времени прийти в себя и привыкнуть к переменам, произошедшим в моей жизни.

Впрочем, он все же смилостивился и выделил мне целых четыре дня до первого приема у неких Виззманов, от которых в дом Кэмпбеллов пришло приглашение на «Неофициальное открытие Брачного Сезона 551 года».

И дед ответил на него согласием.

Мне пришлось спешно решать проблему нового гардероба, потому что посылать за старой одеждой в Истерброк не было никакого резона. Она была хороша если только для Кэролайн Митчелл, но совершенно не подходила для Карлин Кэмпбелл-Данкер.

По этой причине почти весь следующий после оглашения результатов экспертизы день я провела в салоне популярной в Виенне модистки за примерками. Меня сопровождали внезапно спятившая Розалин Ричмонд – та была ко мне показательно любезна – и криво улыбавшаяся, но тоже пытавшаяся быть дружелюбной Лорна.

Ну и Молли ходила за мной по пятам, время от времени рыча на Ричмондов, да и сама я не забывала выставлять магическую защиту, ожидая от той семейки подлого удара в спину.

Но его не последовало.

Вместо этого мы посетили обувные и ювелирные магазины, а также парфюмерные лавки. Ричмонды скупали все подряд – оказалось, для меня.

Ужаснувшись, я попыталась остановить это безрассудство, на что мне заявили, что они выполняют приказ лорда Кэмпбелла. Его внучка должна выглядеть достойно, одетая по последней столичной моде, поэтому я могу выбирать все что захочу.

Но так как я этого не делаю, то выберут за меня они.

Не выдержав подобного расточительства, я вернулась на улицу Гровербрук, решив серьезно поговорить с дедом.

В ответ на мое возмущение он с улыбкой заявил, что деньги для него не проблема, поэтому не должны быть и для меня. Впрочем, на секунду мне показалось, что в его темных глазах промелькнула тревога, но мимолетное выражение исчезло без следа.

Через пару дней в дом стали приходить коробки от модистки – в них были как новые вещи, которые успела сшить артель, так и переделанная под мои размеры готовая одежда.

Таким образом я обзавелась прелестными нижними сорочками, юбками, корсажами и несколькими невероятной красоты платьями.

Сперва их фасоны пыталась выбирать для меня Лорна, но они мне не понравились. Я упрямо отстояла скромные вырезы и такие же скромные рукава, заявив и ей, и модистке, что мне совершенно все равно, какие именно платья носят в столице.

В оголенном виде я буду чувствовать себя неуютно, а мне этого не хочется. А то, что меня сочтут провинциалкой, – ну что же, я такая и есть и не собираюсь этого скрывать или же стыдиться!..

К удивлению, модистка со мной согласилась, а на лице Лорны промелькнуло раздосадованное выражение. Впрочем, оно тут же исчезло, сменившись фальшивой улыбкой, и мы продолжили поход по лавкам Виенны.

К вечеру я возвращалась домой без сил, но и там меня поджидала новая опасность.

На меня набрасывалась Анна и делала прически, заставляя меня выбирать те, с которыми я отправлюсь к Виззманам, а потом, на следующий день, на Бал Дебютанток в королевский дворец.

К этому времени я уже пребывала в полуобмороке от свалившихся на меня перемен и была согласна на любую.

…Конечно же, я не уставала благодарить деда за открывшийся для меня рог изобилия, но на всякий случай предупредила его, что выходить замуж в ближайшее время – по крайней мере, в этом Брачном Сезоне – я не планирую.

Вместо этого у меня на уме учеба в Магической Академии Виенны, к поступлению в которую меня старательно готовили еще в Истерброке.

Дед принял сказанное с явным удовольствием, и на третий день моего пребывания в столице мы с ним отправились в академию. Прогулялись по тенистым дорожкам между зданий учебных корпусов; Арчибальд Кэмпбелл рассказывал о своей учебе и о том, как именно здесь, под ветвями старого раскидистого вяза, он впервые увидел мою бабушку, любовь всей его жизни.

Затем мы отыскали центральное здание и поднялись в деканат. Там я подала свои новые документы, и через день мне уже пришло приглашение на вступительные экзамены, которые должны были состояться в июле.

Я собиралась начинать готовиться к ним сразу же, как только уляжется беготня по магазинам.

Кроме того, мне пришлось встретиться с поверенными лорда Кэмпбелла, чтобы решить вопрос с домом в Истерброке. Нужно было оформить документы на новое имя, тогда как дед щедро погасил все долги моей бабушки.

Да, я продолжала считать Маргарет Митчелл своей бабушкой, потому что в глубине души