Держи ухо востро, дорогой! - Барбара Данлоп

Кэндис настойчиво кивнула. В конце концов, Дженна со своей «шоколадной» идеей ей должна.

Не прошло еще и семидесяти двух часов с тех пор, как они с Дереком занимались любовью, а ей уже опять нестерпимо хочется шоколада. А вчера, после двух выпитых ею «Маргарит», он стал казаться невообразимо сексуальным. Она не доверяла себе, поэтому боялась оставаться с ним наедине.

— Я не могу, — прошептала Дженна.

Кэндис прикрыла трубку рукой.

— Нет, можешь.

— Наверное, проще всего будет встретиться у меня дома, — сказал Дерек.

— У тебя дома? — пискнула Кэндис.

— Да. Я оставил там вчера журналы и меню.

Кэндис про себя чертыхнулась. Надо было забрать находки к себе домой. Но она вызвала такси и сбежала из «Ночи Маргариты», пока Дерек и Марко были поглощены разговором о заокеанских рынках. Она боялась того, что может случиться, если Дерек повезет ее домой. Дженна усмехнулась.

— У него дома?

Кэндис прикрыла трубку.

— Ты едешь со мной.

— Кэнди?

— Да, Дерек?

— Хочешь, чтобы я за тобой заехал?

— Нет, не надо. Мы встретимся с тобой там.

— Хорошо, — сказал Дерек, — до встречи.

— Пока. — Она повесила трубку.

— Я не иду, — пропела Дженна.

— Отмени встречу со своим мужем, — не унималась Кэндис.

— Сегодня наш четырехмесячный юбилей.

— Отпразднуете вечером.

— Он будет здесь с минуты на минуту.

— Значит, нам лучше поторопиться.

Дженна отступила на пару шагов к двери офиса.

Дверь в приемную приоткрылась, и Тайлер просунул голову в щель.

— Готова, детка?

— Готова, — крикнула Дженна мужу.

Кэндис понурилась, признавая поражение.

Кэндис припарковала машину на подъездной дорожке Дерека и заглушила мотор, глядя на его входную дверь и набираясь храбрости.

У нее нет выбора. Меню у него. Журналы у него. И фотографии тоже.

Более того, этим утром звонила Мирна Уэст. Похоже, Историческое общество требует, чтобы владелец здания — Дерек — провел официальную презентацию в субботу. Кэндис нуждалась в нем как никогда.

Она забрала стопку библиотечных книг и две папки с файлами с пассажирского сиденья и открыла дверцу. Низкая можжевеловая изгородь окаймляла извилистую подъездную дорожку, ведущую к широкому переднему крыльцу. Позади большого дома она разглядела озеро и предположила, что с верхнего этажа открывается потрясающий вид.

У него, наверное, коллекция европейской живописи и мебель, сделанная на заказ. Это хорошо. Это будет напоминать ей, что он один из них — холодный, расчетливый человек, который выплевывает сердца, как шелуху от семечек. Возможно, он не будет выглядеть так уж привлекательно рядом с подлинником Мензицци стоимостью в миллион долларов.

Она позвонила.

Пухлая седовласая женщина сразу же открыла дверь и приветствовала ее улыбкой.

Экономка? У Дерека есть экономка?

Она спасена! Девушка широко улыбнулась.

— Кэндис Хэммонд. Дерек меня ждет.

— Кэндис. — Сам хозяин дома шагал ей навстречу по широкому, длинному коридору.

Экономка жестом показала на книги.

— Могу я вам помочь с этим?

— Я возьму, миссис Бартел, — сказал Дерек, забирая книги из рук Кэндис. — Спасибо.

Он махнул головой в противоположную сторону коридора.

— Мы будем в солнечной комнате.

Кэндис поблагодарила миссис Бартел и последовала за Дереком по коридору. Солнечная комната. Звучит вовсе не интимно. Похоже на место со множеством окон, ярким светом и экономкой, входящей и выходящей на протяжении всего ужина. Зря она волновалась.

Дерек открыл французские двери и придержал их для нее. Кэндис вошла и остановилась как вкопанная. Это была не солнечная комната, а самый настоящий тропический сад. Каменные колонны шли вдоль вымощенной плитами дорожки. Они были окружены пышными зелеными растениями в кадках и увиты древесными лианами.

Дорожка вела к саду с декоративными каменными горками, окружающими пруд с золотыми рыбками и журчащим фонтанчиком. Удобно скомпонованная плетеная мебель и пятнадцатифутовые пальмы были расставлены через определенные интервалы.

Кэндис повернулась вокруг себя, восхищенно оглядываясь.

— Это потрясающе.

Дерек улыбнулся.

— Видела бы ты это ночью. Дизайнер вмонтировал в фонтан разноцветные огни, а через стеклянный потолок видны звезды.

— Хотелось бы мне посмотреть на эту красоту ночью, — выдохнула она, прежде чем сообразила, что говорит.

— В любое время, — отозвался Дерек, жестом указывая на одно из кресел.

Он сел рядом с ней и открыл верхнюю папку.

— Что у тебя здесь?

— Бланк заявления. Я подобрала кое-что из хронологии здания и набросала важные вехи. Осталось только добавить несколько забавных историй. — Она взяла верхний фотоальбом. — Как думаешь, Марко согласится помочь нам еще раз?

Дерек оторвался от чтения заявления.

— Зачем?

Кэндис не поняла вопроса.

— Ну, он может вспомнить еще какие-нибудь случаи…

— Я поговорю с ним, — нахмурился Дерек.

Она не могла понять, зачем Дереку тратить свое драгоценное время.

— Но…

— Я беру Марко на себя. — Он закрыл папку. — Итак, каков план действий?

Кэндис так и подмывало еще поспорить, но она не хотела его раздражать.

Если Дереку втемяшилось в голову самому говорить с Марко, ради бога. Лишь бы она получила необходимые истории.

— Я собираюсь просмотреть фотографии. Если среди них обнаружатся снимки каких-нибудь знаменитостей, останавливающихся в отеле, я поговорю с Марко и посмотрю, нельзя ли будет построить презентацию на них.

— Ты хотела сказать, я поговорю с Марко.

Она положила альбом на стеклянный столик между ними и открыла его.

— Прекрасно.

Дерек придвинул свое кресло поближе.

Снимки были старые, большей частью черно-белые и нечеткие, вложенные в черные уголки. Они были надписаны белыми чернилами, и страницы, когда она переворачивала их, хрустели.

Пусть даже нечеткие, снимки были настоящим сокровищем.

Кэндис охала и ахала и гадала, кто тот, а кто эта, пока Дерек, в конце концов, не взял телефон и не связался с Марко, чтобы он ответил на ее вопросы.