Если ты меня ждёшь - Светлана Казакова

– В моем договоре указано, что я этим не занимаюсь!

– Плевать я хотел на твой договор, – усмехнулся он. – К тому же я его выкупил. Не веришь?

Я покачала головой. В самом деле, не поверила. Мне ведь говорили, что безопасность работающих в агентстве девушек строго контролируется.

– А еще Олег Ляпотин должен мне деньги.

Я не сразу поняла, о каком Олеге идет речь. Затем вспомнила – так звали сына нового мужа моей матери. Я видела его, когда встречалась с ней, чтобы выписаться из ее квартиры – не хотелось больше иметь с ней ничего общего. Благо с временной регистрацией мне помогли. В будущем же я планировала накопить хотя бы на комнату и непременно обзавестись собственным жильем.

А еще – подыскать другую работу и все-таки поступить на заочное отделение, как собиралась до того, как приезд матери изменил всю мою жизнь.

Глава 30

Мира

– Ляпотин? А причем тут я? Мы даже не родственники, и с этой семьей я не общаюсь.

– Ну, твоя мать сказала, что ты неплохо зарабатываешь. Вот только мне не нужны от тебя деньги, Мира. Мне нужна ты.

Я попятилась на ватных ногах.

– Есть два варианта – или я зову своих мальчиков, и они тебя держат, или мы можем договориться полюбовно, – продолжал Бараев невозмутимо. – Выбор за тобой. Решай.

Я не находила слов от шока и возмущения. Да этот человек… Он же сумасшедший! Настолько обнаглел от вседозволенности, что вообразил себе, будто может покупать людей, как помещики крепостных крестьян! Я решительно направилась к двери, но была остановлена в тот же миг.

– Я лишний раз не повторяю. Выбирай, Мира. Или я выберу сам.

После той первой ночи я едва не наложила на себя руки. Мне казалось, что меня бросили в грязь. Мое тело, которое я тогда почти возненавидела.

Я думала, что Павел наиграется и освободит меня, но не тут-то было. Меня не выпускали никуда. Я могла передвигаться только в пределах дома и сада, который тщательно охранялся, домашнего телефона там не имелось, а мобильник у меня сразу же отобрали.

В этом доме – большом, роскошном и мрачном – мне почти каждую ночь снились кошмары. О том, что ничего не помогло или я оказалась неподходящим донором, и Влада умерла. А еще снились бабушкины похороны. И Мирослав снился тоже. Как будто что-то плохое должно случиться с ним, и я тороплюсь, но не успеваю его спасти.

Дальше стало только хуже. Бараев сдвинулся на идее, что мы должны завести ребенка. Видимо, решил, что тогда я уж точно никуда от него не денусь. Хорошо еще, что у меня оставались противозачаточные. Я прятала их как могла, но он нашел почти опустевшую упаковку. После чего избил меня. Это стало последней каплей.

Дом Павла Бараева охранялся, как крепость, но я придумала кое-что. Сделала вид, что смирилась и на все согласна, а затем попросила разрешения съездить на съемную квартиру, когда там никого из других девушек не будет. Он со своими мальчиками поехал со мной, а я, пообещав сделать ему сюрприз, заперла дверь, нашла деньги и свои документы, до которых мой похититель, к счастью, не добрался, прихватила старенький, но рабочий мобильник одной из моих соседок по квартире, открыла окно в комнате, мысленно поблагодарив хозяев квартиры за то, что не везде поставили решетки, и…

Дальше мой путь лежал в родной город.

Я не хотела становиться для Мирослава обузой. Рассчитывала лишь попросить его о помощи на первое время. Но все случилось так, как случилось, и я ни о чем не жалела. Любовь и забота Мира вылечили меня. Не только следы на теле – на душе тоже.

А теперь весь ужас недавнего прошлого обрушился на меня снова.

Я судорожно озиралась по сторонам. Почему тут никого нет?! Отель ведь большой! И видеонаблюдение должно быть! Но, покрутив головой, я не заметила ни одной камеры.

Может, закричать?

Я уже открыла рот, когда в руке собеседника блеснул пистолет.

– Не вздумай орать, – поморщился Павел. – Почему же с тобой так сложно-то, а? Чего тебе не хватало?

Я стиснула кулаки. Как его пропустили с оружием? Неужели все так и закончится?..

– Если со мной сложно, зачем ты меня искал? – прямо глядя в его лицо, спросила я.

– А вот так, – мужчина потер перечеркнутую старую шрамом светлую бровь. – Болею я тобой, Мира. И хоть убей.

Я молчала, лихорадочно обдумывая план действий.

– Ты поедешь со мной. Вернешься в мой дом. И тогда никто не пострадает, – жестко добавил Бараев, ухватив меня чуть выше локтя. – Давай, выйдем из отеля вместе, как будто просто встретила старого знакомого. И без глупостей!

– Отпусти ее, – услышала я и, повернув голову, увидев Мирослава.

Сердце сдавило от страха. Он тут! Один, безоружный…

– Лучше не мешай и не испытывай мое терпение, – приказал ему Павел, но Загорский не сдвинулся с места.

– Я вызову охрану и заявлю о попытке похищения.

– Кого тут похищают? – хохотнул Бараев. – Миру, что ли? Так она сама, по своей воле уходит со мной. Так ведь? Скажи ему, – дернул он меня за руку.

– Да, – я поймала взгляд Мира и слегка качнула головой. Так страшно мне никогда еще не было. Сейчас я боялась не за себя – за него. – Сама. Прости…

– Вот и прояснили вопрос. А теперь, может, перестанешь нам дорогу перегораживать? Мы спешим.

– Мира никуда с тобой не пойдет, – твердо произнес Загорский. Он вытащил из кармана телефон и уже коснулся экрана. В это время Павел вновь достал пистолет, и я поняла, что этот человек не остановится ни перед чем. Он действительно выстрелит. А затем его многочисленные адвокаты обставят дело так, словно это была самозащита, или будто он вообще не причем, и ему все сойдет с рук.

Не допущу этого!

Я рванулась вперед, не обращая внимания на боль в руке, и в последний момент до того, как прозвучал выстрел, успела закрыть собой Мирослава. Боль обожгла остро и резко. А следом наступила темнота, которая погружала, затягивала в себя, как в черную дыру.

* * *

Когда очнулась, надо мной был белый потолок, а сама я лежала на кровати. Вокруг тут же появились врачи и медсестры, начали спрашивать, как я себя чувствую, могу ли говорить. Ответить на их вопросы получилось не сразу. А затем в палату вошел Мирослав Загорский,