Следующей зимой - Кейт Рона

Я написала Артёму вчера вечером. Сегодня утром, сразу как проснулась. И во время стояния в пробке. Ничего. Он не прочитал и не ответил.

Сглатываю, почему так тревожно? Чувствую же — что-то случилось.

Выхожу из директа на главную… и холодею. Наверное, я бы даже никогда не обратила внимания. Но после того как Артём подписался на меня, у меня в профиле появилась красивая цифра — 30 подписчиков. А сейчас стало на одного меньше…

Открыв список, убедилась — Артёма Звягинцева теперь нет среди них. Мне вдруг перестало хватать воздуха, а мир вокруг размыли слезы.

Не задумываясь, подняла руку и отпросилась в туалет. Там я облокотилась о стену, мне казалось, что я сейчас просто упаду. Я дала себе минутку, чтобы сгореть в отчаянии. Дольше такой роскоши позволить себе не могла. Засунула руки под ледяную воду и приложила к щекам.

У меня ведь даже его номера нет.

Я вернулась, обдумывая, спросить ли у Маши его телефон, а если спросить, как объяснить свой интерес?

Маша смотрела в окно, она выглядела уставшей.

— Вот и зима…

Произнесла она, когда я уселась на свое место.

— Да, зима, — согласилась я.

— Зимой всегда что-то случается.

Не знаю, о чём она, но я не нашла в себе сил просить. Вся я была сосредоточена на том, чтобы удержать слезы. Слабачка.

Кто-то играл в снежки на парковке, другие делали фотографии заснеженных деревьев, третьи валялись в сугробах. Я болезненно всматривалась в лица. И не находила того единственного, которое хотела увидеть. На парковке не видела знакомой машины.

Да что же случилось? Я что-то сделала не так?

— Подвезти? — Маша стояла на крыльце и смотрела в небо.

Что с ней? Что случилось? Почему она сама не своя?

Но я промолчала и не задала ни одного вопроса, потому что сама была той, кто хотел бы поныть в жилетку друга.

— Нет, поезжай домой, ты выглядишь усталой.

Когда я доехала до торгового центра, замерзла так, что зуб на зуб не попадал и не чувствовала ступней — я до сих пор носила осенние ботинки. Извела себя теориями, мысли скакали с одной темы на другую: Артём, кредит, работа, деньги, снова Артём.

Каждые долбаные 5 минут смены тянулись словно час.

— Алиса! Привет! — до тошноты веселый Руслан перехватил меня возле выхода. — Я тут устроился на полставки продавцом, по вечерам работаю каждый день.

— Хорошо, — произнесла, только чтобы что-то ответить.

— Заканчиваем в одной время, давай буду провожать!

— Не стоит…

— Да ладно. Мне не тяжело. Серьезно.

— Я не об этом…

— Темно, одной девушке не стоит ходить так поздно…

— Руслан, ты меня слышишь?

— Да.

— Я сказала: не хочу! Не надо меня провожать!

— Почему?

— Не хочу!

— Почему?

Он тупой?

— Просто. Не. Хочу!

Я прибавляю шагу и иду прочь. Этот день и так достаточно проверил меня на прочность.

Второй день зимы

За завтраком все сидели хмурые. Арина все-таки выбрала танцы и ушла с вокала. Теперь она была зла на весь мир. Особенно почему-то на меня. Будто это моя вина. Будто плохо только ей.

Я пила чай, смотрела и смотрела на телефон, закусывая губы до боли. Ничего.

— Ты не опоздаешь? — спрашивает мама. У нее синяки под глазами — наверняка тоже не спала полночи. Как и я. Папа вообще не приходил ночевать, взял дополнительную смену.

Я мотаю головой, смаргивая слезы.

— Нет, сегодня нет первой пары, — говорю и холодею от ужаса, я опять не предупредила группу. — Вот черт!

— Что?

— Да так, кое-что по учебе вспомнила.

Судорожно набираю сообщения в «Бандитках», хотя, конечно, уже поздно, наверняка кто-то уже вышел из дома.

«Алиса, че за фигня? Пораньше никак нельзя было сообщить?»

«Да блин, я уже еду!»

«Ну Алиса!»

«Хорошо, что я проспала…»

Когда я приезжаю ко второй паре, получаю несколько недобрых взглядов от одногруппников. И я их, конечно, понимаю.

— Как я могла забыть? — бормочу перед началом пары, выкладывая ручки и тетрадь из рюкзака.

— Что? — Маша смотри на меня, но как будто не видит.

— Забыла написать, что первой пары не будет.

— А-а. Да ладно, ничего же страшного…

Возможно. Но это второй раз за всё время. Такого не было никогда. Чувствую себя бесполезной и безответственной.

— Маш! — хочу спросить ее об Артёме.

— Что?

— Тут видела Звягинцева, он какой-то не такой, у него что-то случилось? — я нагло вру. Но вряд ли она будет меня проверять.

— Не знаю, вроде всё в порядке… — Маша листает инстаграм, похоже, вообще не вникая в мои слова. Наверное, я могла бы ей сейчас во всем признаться, а она бы даже не услышала.

— М-м, ладно, хорошо. Наверное, показалось.

— Да что у него может быть не в порядке?! — бормочет она и яростно блокирует телефон, откидывая его на край стола.

После пар мы с Машей одевались в холле, и к нам подошла Лена Каримова.

— Алиса, извини, что я так затянула с видео. Никак не могли снять нормально одну часть. Я тебе отправила ссылку в вайбере на облако. Там все видео и описание, как должно выглядеть. Ты же сделаешь?

Я совсем забыла про этот чертов конкурс и видео.

— Сделаю, — подавляю желание закатить глаза и начать ворчать. Это всё бессмысленно.

— Звони в любое время дня и ночи, если будут вопросы!

Она еще что-то говорит, но мой взгляд прикован к одному человеку, который идет через холл, ему придется пройти мимо нас. Кажется, время замирает.

Он так красив сегодня, что хочется потереть глаза. Волосы стянуты в высокий хвост, походка, как обычно, пружинистая и энергичная. Белый свитер крупной вязки удивительно идет ему. Он не выглядит, будто он не в порядке. В отличие от меня. Я точно выгляжу так себе — минуту назад я «любовалась» синяками у себя под глазами, когда надевала шапку перед зеркалом.

Артём проходит, дарит Маше легкую улыбку. И всё.

— Хорошо, Алис? Сделаешь, да?

Я киваю несколько раз, как китайский болванчик. На большее у меня нет сил.

Четвертый день зимы

Обида и непонимание. Вот и все мои ощущения в эти выходные. Обидно, что меня просто выкинули из жизни, ничего не сказали, не удостоили хоть какого-то объяснения. Не понимаю почему. Что могло произойти? Что я сделала не так? Или я вообще ни при чем?

Я просто не та? Не та, которая нужна? Не та, кто может поселиться