Ловушка для охотника - Анетта Андреевна Политова

Все оказалось гораздо сложнее, чем он думал. но самое главное — девчонка была жива.

"Жива!" — ликовала каждая клеточка сердечной мышцы, душа пела и трепетала, предвкушая встречу.

Мужчина подошел к дверям коттеджа и уже собирался по-хозяйски войти, но в последний момент остановил себя и постучал. Ему казалось, что он невероятно долго ждет, когда же она откроет. И вздохнул с облегчением, услышав приближающиеся шаги.

Я открыла дверь и застыла. На пороге стоял бета. Тот самый ошеломляющий, совершенный бета, которым были полны в последние дни мое мысли и от которого я бежала при первой же возможности. То, что он постучал, а не вошел без стука, как поступал зачастую, очень меня удивило.

"Они все сговорились, что ли? Или сегодня день всемирной вежливости!"

Лавина эмоций затопила всю мою сущность. Жар в крови от его голодного взгляда, слабость в ногах и дрожь в теле от горьковатого аромата его желания. Боль и затаившаяся обида от его поведения. Но я тоже в свое время была хороша.

М-да… Мы оба наломали дров. Каждая наша встреча — постоянное напоминание о моей ошибке. Вот, что бывает, когда любовь нагрянет негаданно и окатит чувствами с головы до пят. И не знаешь, что в итоге со всем этим делать, хочется поддаться искушению, но боишься, что тебя не поймут и не примут, ибо остальные отвергают саму твою суть существования.

Сомнения в правильности поступков терзали мою душу и днем, и ночью, мешая работать и прогоняя сон.

Является ли он моей парой? Или это мощное влечение всего лишь простая физиология?

Не знаю, каких еще доказательств мне надо было, но я продолжала сомневаться, да и спросить не у кого.

Как женщина я могла позволить обманывать себя, но как волчица понимала, что все признаки говорят об одном. Он — моя пара.

В ту минуту, когда волк находит свою пару вероятно, ничто не может остановить его от соединения. Зверь не сомневается. Зверь берет свое. Рант тогда открыто заявил мне, что считает меня своей. А потом эта инсценировка, которая его практически добила… морально.

Порой мне даже казалось, что я это выдумала. Но нет, чувства не уходили, притяжение становилось только сильнее. Теперь слово «моя» приобрело для меня совершенно новый смысл.

И вот он стоит передо мной с легкой улыбкой на губах.

Гад!

Но как же я его люблю… И ненавижу…

И как же мне сейчас захотелось его ударить!.. Сильно, наотмашь, так, чтобы ему стало так же больно, а возможно, в сотни раз больнее, чем мне. Обидеть так, чтобы он ушел, чтобы исчезли обжигающий взгляд и исходящий от него жар, заставляющий меня жить, чувствовать, желать.

Но я и так его уже так сильно заставила страдать… И сделала достаточно больно…

А кто же знал, что будет именно так?

Кажется, я схожу с ума.

Рант наблюдал за тем, как сменяются эмоции на моем лице. Что-то неуловимое промелькнуло во мне, взывая к нему. Непроизвольно. Но я ничего не могла с этим поделать. Он резко втянул воздух, словно пытался впитать в себя мой запах, и это заставило меня опомниться. Я резко отступила в сторону, позволяя ему пройти в дом. Но мужчина не сделал ни шагу.

— Бета? — тихо произнесла я, немного склонив голову набок.

— Вообще-то, альфа.

— Я не признаю эту нашу странную схватку битвой за право сильнейшего в стае. Я не боролась.

— Разберемся… с этим потом, — уголки его губ слегка дрогнули.

— Зачем пожаловал, бета? — да, я упрямая.

— Я же говорил тебе, Линдора, — Рант. Просто Рант. Хочу слышать, как ты произносишь мое имя, — улыбаясь, выдал он.

Я отвернулась и, уставившись куда-то в сторону, проговорила:

— Проходи, бета.

Рант тяжело вздохнул. Понимая, что я проигнорировала его слова, он все же вошел в дом. Но вместо того, чтобы, как всегда, пройти в гостиную, которая располагала к дружеской беседе, он направился в небольшую комнату рядом — некогда спальня отца. Из нее я сделала уютную библиотеку, и эта обстановка была более подходящей, чем кабинет.

— Если ты по поводу своей матери, то не волнуйтесь, последние анализы были очень хорошими, — доложила я будничным тоном, все еще отводя глаза и чувствуя волнение оттого, что сегодня он вел себя совсем по-другому. Я не могла понять, чем это вызвано и что же произошло. Но эти изменения меня очень настораживали.

— Рад это слышать, но я пришел к тебе по другому вопросу, — сдавленно проговорил он, казалось, впитывая взглядом каждую желанную черточку своей женщины.

— А я даже не знаю, о чем нам еще говорить…

— Линдора, посмотри на меня! — его голос прозвучал совсем рядом, и четкий приказ в нем заставил меня задрожать. Значит, все-таки альфа…

Я не могла противиться его силе, поэтому повиновалась, но была удивлена, когда оказалось, что он стоит слишком близко, хотя я совершенно не услышала и не почувствовала его приближения. От такой близости по моей коже пробежала дрожь, на секунду задержавшись внизу живота. Я судорожно сглотнула, стараясь скрыть жар желания, разгорающийся в моем теле, но видя, как он втягивает носом воздух, понимала, что это бесполезно.

— Ты так сладко пахнешь, — тихо проговорил мужчина.

Я отступила, стараясь, чтобы между ними появилось необходимое мне расстояние, но Рант тут же снова приблизился. Его взгляд гипнотизировал, не позволяя разорвать контакт. Он притягивал и манил. И вскоре я почувствовала катастрофическую нехватку кислорода, а комнату наполнило напряжение, вызванное одним этим обжигающим взглядом.

— Бета…

— Я хочу тебя, — прерывая меня, на выдохе произнес Рант.

Мои глаза округлились, выдавая удивление. Минуту я внимательно всматривалась в глубину глаз оборотня и не нашла там ни тени сомнения. Внезапно