Любовь не по плану - Алина Аркади

— А почему согласилась? — не унимается муж сестры, серьёзно включившись в обсуждение Макара.

— Из-за обещанной должности администратора.

— И всё?

— Чтобы проучить Марецкого, унизившего меня. А ещё это весёлая игра, которая разбавляет мою однообразную жизнь.

— Так вот, если это игра, как ты только что сказала, играй до конца.

— Я так и делаю, подкидывая Марецкому проблемы. Сегодня в виде ваших детей.

И пока следующее препятствие на этой полосе я обдумываю, дабы Марецкий не расслаблялся.

— Как считаешь, он справился?

— Честно? Да. И мне даже показалось, что возился с ребятнёй не через силу. И кстати, сменил памперс Мите. Конечно, потратил на это добрых полчаса, но смог. — Подтверждаю, что Макар не так безнадёжен, как мне казалось изначально.

— Вспоминаю свой первый памперс… — Дашка давится смехом, видимо, припомнив эту историю. — М-м-м, я почти скулил! Боль, страдания, безнадёга — справился минут через сорок. Так что он однозначно заслужил поцелуй! — Вердикт Тимофея мне не нравится, как и странная система поощрений.

— Поцелуи и всё, что логически следует за ними, осложнят ситуацию. Я не чувствами к нему проникнуться планирую, а сохранить дистанцию, порционно подкидывая проблемы.

— Чем вызовешь подозрения.

— Каким образом? Договор был именно таким, всё по плану. Он старается, я не поддаюсь, а через семнадцать дней надеваю форму администратора.

— Да, но это потому, что он не знает, что ты знаешь о споре. А если бы не возникло спорной ситуации в момент вашего знакомства, и он стал проявлять знаки внимания в отношении тебя? Как бы ты отреагировала?

Вопрос зятя ставит в тупик, настолько неожиданный, что я теряюсь. Если предположить, что Марецкий не хамло, унизившее меня, а обычный мужчина, которому просто понравилась девушка, то есть я?

— Скорее всего, ответила бы взаимностью. Не сразу, конечно, но если бы Марецкий постарался…

— Что и требовалось доказать, — хлопает в ладоши Тимофей и тычет в меня пальцем. — Посмотри на них, — кладёт передо мной телефон, где страница Марецкого пестрит фотографиями с яркими блондинками, — они все на него клюнули. То есть, для женщин он привлекателен, а ты единственная в своём роде не подающаяся на его проявления внимания. Вопрос не в том, какие они, а в том, что к каждой женщине можно найти подход, главное, знать, с какой стороны зайти. Он зайдёт с одной стороны, затем с другой, с третьей и, не получив ответной реакции, задумается… Нет, не о том, что с ним что-то не так, — осматривает нас с Дашей, внимательно впитывающих каждое слово, — мужчины так не думают, только вы занимаетесь самокопанием, а о том, что ты подозрительна. Что он сделает?

— Не знаю, — Дашка посматривает на меня, ища поддержки, — откажется от ухаживаний и заявит о проигрыше?

— Нет. Он начнёт смотреть и копать, и в конце концов, выяснит, что ты в курсе спора, Ник. А это уже нечестно. Твой Макар аннулирует его в связи с нарушением правил. В этом случае, что произойдёт? Правильно. Ничья и никакой должности.

— Так, стоп, меня такой расклад не устраивает! — вскакиваю, нервно прохаживаясь по кухне. — Я уже мысленно стою с обворожительной улыбкой на ресепшене.

То, что говорит Тимофей, мне не нравится. Настолько не нравится, что накрывает волной паники и осознанием, что желаемое уплывает из-под носа.

— Именно для этого и существуют поощрение. Мужчины — это же дети. Просто немного побольше. Он будет рад любой похвале и благодарности. Это важно, а ещё приятно. Очень приятно. По себе сужу, — деловито заявляет зять.

Они с Макаром примерно одного возраста, вот только Тимофей у меня вызывает уважение, а Марецкий… Я пока не поняла, что он у меня вызывает.

— А что подразумевается под «благодарностью»?

— Не то, что ты подумала. Не сексом едины, как говорится. Отблагодарить можно и словесно, и если твои слова прозвучат искренне, он поверит и продолжит шаги в твою сторону. Вот ты сама сказала, что сегодня он справился, — подтверждаю согласным кивком, — а ты его поблагодарила?

— Нет.

О благодарности я забыла, когда Марецкий целовал меня в душе, исследуя моё тело и открыто желая продолжения.

— Придёшь в отель, увидишь и скажи, как хорошо он справился с детьми и помог тебе, и ещё нескольким мамам отдохнуть и расслабиться. От тебя не убудет, а он воодушевлённо поскачет придумывать новые способы завоевания.

Зять заталкивает в рот пол-эклера, не рассчитав размер рта, и крем лезет со всех сторон, падая на футболку и измазав его лицо. Дашка подхватывает полотенце, вытирая мужа и слизывая с его губ крем, и её совершенно не волнует, что вещи, а заодно и пол в белой сладкой массе. Процедура очистки заканчивается, и то же самое происходит со второй половиной десерта — действие по кругу. Ну, точно, как ребёнок….

— А ещё я тут подумала, — встревает сестра, — ты можешь извлечь пользу для себя.

— Каким образом?

— Марецкий состоятелен и насколько я поняла, в отношении девушек щедр. Пользуйся моментом, Ник: рестораны, концерты, дорогие места, магазины одежды, поездки. Он выполнит любой твой запрос. Уверена, если завтра ты скажешь, что хочешь, например, полететь в Доминикану, послезавтра он купит билеты.

— А вот оставаться с ним один на один в мои планы не входит. Там в Доминикане, я от него не спрячусь.

— Детей наших можешь взять. Старших. И они отдохнут, и проблем у Марецкого не убудет. — Произносит так легко, что я открываю рот от удивления.

— Что происходит? — смотрю на Дашу и Тимофея, которые, кажется, тоже имеют стремление извлечь выгоду.

— Мы так сегодня время хорошо провели, — вздыхает сестра, опустив взгляд. — Только вдвоём. Понимаешь, как раньше. Так спокойно было, интимно, приятно… — посматривает на мужа, который улыбается шире, чем Макар сегодня в душе. — А Марецкий няней не хочет поработать?