На расстоянии поцелуя - Lama Lieutenant

«Блэк тай».

«К сожалению — для тебя, и к счастью — для меня».

«Чем ты там занят?»

В ответ мне скидывают фоточку, и Амин на ней в домашней футболке непонятного грязно-розового цвета, и улыбается так хитро и мило, а ещё у него эта густая щетина на лице, которую он не сбривал несколько дней, потому что мне было интересно, как он с ней выглядит…

Я сглатываю обильно выделившуюся слюну.

«Почему к сожалению?»

«Я работаю, а ты?»

«Потому что мне не к лицу смокинг. А ты в нём будешь выглядеть, как бог».

«Я пью кофе по твоему рецепту».

«Уверен, что ты прекрасен в любой одежде»

«И как тебе?»

«Очень вкусно»

«Это я про тебя»

«Хотя кофе тоже чудесный»

Честно говоря, с тем самым дедом, папиным отцом, я общаюсь редко. Отчасти виноват Эрик — его молодой любовник, омега, в которого мой дед, даром, что бета, не на шутку втюхался несколько лет назад и теперь всё своё время уделял только ему, отчасти — несовместимость наших характеров. Нам с дедом, конечно, интересно вместе. Мы очень успешно болтаем за жизнь, за бизнес, за даже мироустройство. Но долго это обычно не длится, потому что беседа перерастает в спор, спор — в повышенные тона, а повышенные тона — в выяснение межсемейной иерархии. В общем… именно потому дед, видимо, и считает, что я должен быть с девушкой, а не с парнем: потому что я не даю ему спуску, когда он начинает проявлять свою доминаторскую натуру наследного «принца» и некогда директора одной из крупнейших в мире корпораций. Неудивительно, что мой папа такой зажатый и тихий мужчина. При таком отце, нужно быть очень стойким, чтобы не сломаться под его волю.

То ли дело мой Амин. Мой сладкий, нежный, милый шах, который никогда не давит и не заставляет. И взгляд у него такой… такой, что хочется либо самому и без подсказок упасть на колени и исполнять любые прихоти, либо поставить на колени его самого и долго, сладко владеть им ко всеобщему удовольствию…

Я поправляю налившееся в штанах неудобство и отпиваю из кружки. Терпкий привкус приятно ложится на язык. Интересно, как долго придётся ждать, чтобы ощутить его вкус своим ртом, губами, горлом? И так ли это вообще страшно, это запретное слово «брак»? С одной стороны, хорошее слово браком не назовут, а с другой… с кем, если не с ним? С кем, если не с человеком, с которым я ощущаю себя таким цельным и счастливым? С человеком, который идёт мне навстречу во всём и к которому я тоже готов идти семимильными шагами? Кроме всего прочего, он красив, богат, очуменно, просто восхуитительно пахнет, и наш союз может стать для наших семей большим прорывом. С кем, кроме него? А то, что я пока не готов… значит, придётся потерпеть. Амин ведь действительно идёт мне навстречу. Он помогает мне кончить в его руках, хоть и без интимных прикосновений. А там, глядишь, и потихонечку склоню его к чему-то большему. А если и не склоню, то… в любом случае, брак — это не просто секс. Даже у Эрика с дедушкой образовались дружеские отношения. Что-то вроде. Хотя Эрик и туповат, на мой взгляд. Но что-то же дед в нём находит? Кроме голубых глазок и накачанной жопы? Иначе бы давно гнал взашей со своей виллы и нашёл другого или другую ещё моложе, а может, и несколько сразу. А ведь дед, насколько я знаю, даже налево от своей омежки не ходит. Сомневаюсь, что здесь во главе угла стоит секс. Скорее всего, им просто хорошо вместе.

Чёрт.

Нужно поговорить с дедом. Ему уже семьдесят семь исполняется в августе, уж что-то он мне да посоветует или хотя бы успокоит. И чего я сразу об этом не подумал? Нужно было знакомить Амина сначала с дедом, тот бы всё мне сразу по полочкам разложил, а не к родителям его тащить. Ну да ладно, надеюсь, любимый тиранский дедуля будет в наличии на торжестве.

Игнорирую сообщения Амина, где он расписывает мне, какой я прекрасный и, боже, он скидывает вкладки с фото, надеюсь, он там не смокинг примеряет, иначе я за себя не отвечаю… и нахожу номер деда. Нажимаю на звонок.

Над надписью «дед» загорается смешная фотография, сделанная на семейном ужине лет пять назад. Дед там размахивает вилкой с насаженной на неё морковкой, и выражение лица у него такое, словно он случайно сел на огромный дилдо: одновременно шокированное и злое.

— Что? — отвечает мне раздражённый хрипловатый голос из динамика. Можно было бы подумать, что дед с кем-то меня перепутал, или что я постоянно названиваю ему по пустякам, или что он меня ненавидит, но тут всё мимо. Просто он не любит пустых разговоров. Наверняка проф. деформация с тех времён, когда интернета не было, и приходилось экономить время на словах.

— Привет, дедуль, — весело парирую я. Думаю, не позлить ли его какделами и чемзанимашками, но решаю, что не стоит: всё же мне нужна его помощь. — Ты же придёшь на мой праздник?

— Нет, — резко отрезает дед.

Я молчу с секунду, ожидая пояснений, но он молчит. Действительно, зачем что-то объяснять, если можно просто приказывать?

Закатываю глаза, и продолжаю.

— Почему? Я бы хотел кое с кем тебя познакомить. И посоветоваться с тобой.

Из трубки слышится недолгое ворчание, какой-то тихий шёпот, затем хлопок, и затем дед прочитает горло и говорит:

— Приводи свою пассию на ужин сегодня.

— Правда? — спрашиваю обрадованно, но ответа не получаю: этот охреневший вконец старик просто сбросил звонок.

Вздыхаю и набираю Амина.

— Привет, лучик, — слышу после трёх гудков ласковое и нежное, выведенное его тягучим голосом на контрасте с рычанием деда. Удивительно, что именно Амин — альфа, которым приписывается повышенная агрессивность и чрезмерная маскулинность, а не мой несносный дед.

— Привет. — Растекаюсь лужицей по креслу. На моём лице сразу появляется блаженная улыбка. — Мы виделись только вчера, а я уже соскучился по твоему голосу.

В ответ слышу тихий смех, и от этого смеха вниз по моей спине сбегают мелкие мурашки.

— Я надеюсь, ты свободен сегодня вечером?

— Для тебя свободен, Эмиль. — Вот же льстец! — Куда ты хочешь сходить?

— Как насчёт поплавать в бассейне моего дедули? — спрашиваю, а сам замираю в волнении. Согласится ли?

— Конечно, малыш. Мне