Грешный брак 2 - Кристина Юрьевна Юраш

Опустив морду вниз, летя над верхушками деревьев, я высматривал хрупкую фигурку, заметенной снегом девушки.

Как вдруг на поляне что-то зашевелилось. Это шевеление привлекло мой взгляд.

Резко спикировав вниз, сломав несколько верхушек деревьев, я схватил это.

То, что это не Эрцилия, я понял, кода меня попытались укусить. Потом послышался рев. Я попытался рассмотреть добычу.

Опустив морду, я увидел возмущенного медведя, который ревел страшным голосом нда, неловко получилось. Это не тот медведь, про которого говорил Рион, и который уже катался на драконе?

Я осмотрелся. Сейчас разожму когти и выпущу медведя вниз. Никто не должен узнать о том, что было. И свидетеля в живых оставлять тоже не хотелось.

Потом скажут, что герцог перепутал некрасивую жену с медведем. Потом еще с дедом сравнят, которого загрызла Луна Стаи. Я снизился и осмотрелся. Никто не видит?

Медведь упал в сугроб, потом отряхнулся и зарычал, а я взмыл вверх.

Где же ты, Эрцилия?

Я на мгновенье закрыл глаза. Молился, чтобы она вернулась. Обещал, что буду лучше, что не допущу больше ошибок. Но ответа не было.

"Может быть, она сбежала?" - думал я, но не мог поверить.

Эта мысль заставила стиснуть зубы. Даже если и так! Я достану ее! Хоть из-под земли!

Я так и не дал ответ королю, обещая подумать. Образ самой прекрасной девушки королевства меркнул. Я вспоминал ее, понимая, что я почти ничего не чувствую к ее красоте. Она была чем-то вроде красивой природы, которой можно полюбоваться издали. Что-то вроде статуэтки, которую ставят на камин, доверяя слугам отряхивать с нее пыль.

Но ни она, ни ее красота, облаченная в роскошные одежды, не вызывали во мне такого страстного желания, как хрупкое тело, чьи очертания едва просвечивались сквозь тонкую ночную рубашку Золотые локоны, разложенные по плечам не вызвали у меня внутри того пламени, которое вызывали спутанные темные волосы.

И в тот момент, когда король расписывал мне очевидные достоинства своей дочери, я вспомнил как мечтал взять свою невесту.

Но если хочешь отказать королю, то делай это на расстоянии. Так всегда говорил мой отец. "Ах, я не достоин вашей прекрасной дочери. Я уверен, что вы найдете ей куда более подходящего жениха и... так далее”. Именно это я собираюсь написать королю, как только найду Эрцилию.

Если бы раньше мне сказали, что я променяю прекрасную принцессу на дочку лавочника, я бы посмеялся. Но стоя в королевском зале, я представлял, как тонкие руки Эрцилии скользят по моей груди, как в спальне тают свечи, а я прижимаю ее к себе, чтобы успокоить свое сердце: “Вот она. Она тут._Она рядом. Я держу ее в объятиях. Она моя.

Только моя"

И сейчас, когда я вернулся, а ее нет я чувствовал, что мое сердце горит, как угли в печи.

Вернись ко мне.

Я отказался от короны ради тебя. Понимаешь? Отказался от принцессы!

Понимаешь? Ради тебя... Нет, я не делаю одолжений. Я тороплю свадьбу потому, что больше не могу сдерживаться.

Замок Вальборга и Астрид вырастал в снежной мгле. Черный, старый негостеприимный, он выглядел, словно кусок уродливой скалы, торчащий посреди леса.

Несколько взмахов крыльев, и замок был уже так близко, что я видел свет в окнах.

Опустив глаза вниз, я замер, раскинув крылья. Во внутреннем дворе я увидел Сигурда, обнимающего Эрцилию. То, что это была моя невеста, я не сомневался.

Она подняла на меня испуганный взгляд и попыталась отстраниться Они стояли, словно двое влюбленных. А я почувствовал, как внутри разгорается пламя. Внутренний огонь встал перед глазами, словно стена, застилая все.

Что было дальше, я не помнил. Я уже не отдавал себе отчета.

С грохотом я приземлился, обернувшись человеком. Сигурд усмехнулся, и выпустил из рук

Эрцилию.

- Даниэль, сглотнула она, корда я подошел к ней, схватил ее за руку и дернул к себе.

Она хотела мне что-то сказать, но я задрал ее голову и впился губами в ее губы.

Задыхаясь от ярости, я чувствовал, как пламя рвется изнутри, обжигая ее. Мне хотелось выжечь из нее все мысли о других. Хотелось мучить ее так до бесконечности, до полной и окончательной потери себя.

Собственные настойчивость и грубость причиняли мне невыносимую боль, а вспышки ярости истерзали мое сердце до такой степени, что я на секунду чуть не умер. Мне казалось, я сломаю ее пополам, разорву на части, вырву сердце из груди, если она попытается оттолкнуть меня.

Я чувствовал, как ее руки упирались в мою грудь.

Мне хотелось обрести над ней такую власть, чтобы она навсегда принадлежала мне.

Но она не сопротивлялась

И это ее спасало.

Постепенно наваждение прошло. В ее глазах было смятение. А я в ужасе замер, постепенно осознавая, что был слишком груб.

Когда я оторвался от ее губ, Эрцилию била дрожь. Несколько раз она вздрогнула.

- Даниэль, - прошептала она. - Это не…

Впрочем, неважно, что она хотела сказать — главное, чтобы она сказала мне это, не здесь и не сейчас. Иначе я разнесу этот замок. Я с трудом оторвал ее от себя, боясь и понимая, насколько сильнее ее хочу.

- Если ты хочешь поговорить, - прорычал я Сигурду, который смотрел на нее, как охотник на добычу. - Жду тебя в замке!

Не давая ей ни секунды опомниться, я взмыл с ней в воздух, чувствуя, как сердце в труди бьется, словно молот по наковальне. Лес мелькал под нами. Снежный вихрь поднимался вверх, а летел, сжимая ее в своей лапе.

Возле самого дома Шепардов я увидел Риона.

Приземлившись неподалеку от своей кареты, я разжал лапу.

- Нашли! - закричал Рион, а я почувствовал, что если он сейчас к ней подойдет, я не посмотрю на то, что он - принц чужого государства.

Нянюшка, охая, бежала к Эрцилии, которая отряхивалась от снега.

- Бедная моя девочка! - причитала няня, таща Эрцилию в дом.

- Что с ней?! - закричала Тесс.

Тесс прижала руки к лицу, а потом бросилась к сестре.

- Я не знаю, что с ней было до, но она покаталась на драконе! - ворчала няня. -Этого уже достаточно! Я тоже прокатилась на драконе однажды. Правда, на два метра вверх и на пять метров вперед, но, поверь, впечатлений хватит на всю жизнь.

- Ну что? Медведя катал? - с усмешкой негромко спросил Рион. - По глазам вижу, что катал... Этого нельзя стыдиться.

Мистер Шепард суетился вокруг дочери, а