Леди Элизабет - Элисон Уэйр

Имя Екатерины Говард больше не упоминалось. Ни Кэт, ни Элизабет не желали, чтобы тягостная сцена повторилась снова. Понимая, сколь глубоко повлияло на ее подопечную известие о судьбе покойной королевы, Кэт стремилась отвлечь Элизабет от мрачных мыслей веселыми историями, игрой в прятки и даже в снежки, когда достаточно подморозило. Они жарили маффины[8]на огне, играли в кегли в галерее и пели песни под аккомпанемент лютни или клавесина в исполнении Элизабет.

— Вы очень хорошо играете, — похвалила ее Кэт. — Собственно говоря, вы оказались столь способной ученицей, что я, боюсь, уже мало чему могу вас научить. Наверное, дитя мое, пришло время нанять вам учителя.

— Но мне нравится, как ты меня учишь, — возразила Элизабет.

— И мне нравится вас учить, — подхватила Кэт, — но я исчерпала свой скромный запас знаний. Довожу до вашего сведения, что я написала королю письмо с просьбой разрешить вам посещать уроки вместе с принцем.

— Правда? — обрадовалась Элизабет. Она жаждала новых знаний, к тому же ей очень хотелось побольше проводить времени с братом, которого она видела слишком редко. — Я поеду во дворец?

— Нет, моя юная леди, — улыбнулась Кэт. — Вы поедете в Эшридж или Энфилд, в зависимости от того, где сейчас живет принц. Ему скоро начнут давать первые уроки, и вам обоим будет веселее время от времени учиться вместе.

Последующие несколько недель Элизабет с нетерпением ждала ответа отца на просьбу Кэт.

— Ну что он так долго тянет? — ворчала она.

— Полагаю, у него слишком много дел, — ответила Кэт. Она не стала пересказывать, что написала ей ее сестра Джоан, жена королевского камердинера сэра Энтони Денни.

Джоан доверительно поведала Кэт, что его величество впал в глубокое уныние и сильно страдает от боли в ноге, а потому Кэт знала — ждать скорого ответа не приходится. Письмо пришло только в мае.

— Хорошая новость! На следующей неделе вы едете в Эшридж, где начнете брать уроки, — радостно сообщила Кэт восторженной Элизабет. — Есть одно условие: перед посещением принца вам следует быть осмотрительнее в общении с посторонними, а если вы подхватите какую-нибудь заразу, вам придется остаться дома.

— Да-да, конечно, — согласилась Элизабет, почти ее не слушая. — Отец, наверное, думает, что я очень важная персона, если достойна учиться вместе с принцем.

— Конечно, он так думает! — рассмеялась Кэт. — Ведь вы его дочь.

— И мне нужны новые платья! — прощебетала Элизабет, приплясывая.

— Погодите! — усмехнулась Кэт. — Вы же едете учиться, а не на праздник!

— Но я хочу выглядеть как можно лучше, — настаивала девочка, любуясь своими изящными руками.

— Уверена, вам понадобится очень богатый муж! — пошутила Кэт.

— Я сама буду богатой, — парировала Элизабет. — Я дочь короля. И я не собираюсь выходить замуж.

— Придется, — покачала головой Кэт. — Все знатные девушки выходят замуж. Долг женщины — выйти замуж и родить детей. Для этого нас создал Господь.

— А почему тогда ты не замужем, Кэт? — лукаво спросила Элизабет.

— У меня когда-то был жених, — с легкой грустью ответила гувернантка. — Его выбрал для меня мой отец. Он был хорошим парнем, но умер. Теперь отец слишком стар и немощен, чтобы найти мне мужа, а встретить кого-то здесь шансов не много. Но я надеюсь, что когда-нибудь все-таки выйду замуж.

— Если выйдешь, ты должна остаться со мной, — заявила Элизабет. — Пусть твой муж приезжает и живет здесь.

— Я передам ему, — улыбнулась Кэт. — Когда его встречу.

Элизабет лежала в постели, глядя на угасавшие в камине угли и не в силах понять, почему ее так растревожили все эти разговоры Кэт о замужестве. Не иначе из-за того, что говорила ей Кэт несколько недель назад о вещах, которыми занимаются муж и жена и которым предавалась Екатерина Говард с теми нехорошими джентльменами. В том же обвиняли и ее мать — будто она занималась тем же самым с посторонним мужчиной.

Она попыталась представить, что имела в виду Кэт, когда говорила, что мужчины рождаются с корешком, но на ум приходил лишь забавный маленький отросток, который попался ей на глаза, когда ее брату в младенчестве меняли пеленки. Это его мужчине полагалось вставить в то неназываемое место между ногами, чтобы родился ребенок? Глупо — слишком он маленький, к тому же Элизабет пребывала в полной уверенности, что не позволит ни одному мужчине столь грубо с ней поступить. А чтобы не допустить этого, нужно вообще не выходить замуж. Но что, если отец выберет ей мужа, как случилось с Кэт? Осмелится ли она пойти против воли короля?

Да, осмелится, дерзко подумала она. И дело не только в отвращавших ее непристойных отношениях мужчин и женщин. Было кое-что еще, куда более темное и зловещее, имевшее отношение к ужасной судьбе королевы Екатерины и матери Элизабет. Обе они умерли, потому что совершили этот греховный поступок. У Элизабет имелся и еще один повод для опасений: ведь королева Джейн умерла после того, как родила ребенка. А дитя рождается после того, как мужчина вставит в тебя корешок. Значит, если позволить мужчине это сделать или, что еще хуже, если он заставит тебя силой, ты можешь умереть — тем или иным образом. Думать об этом было невыносимо.

«Нет, — решила Элизабет, поворачиваясь на бок и крепко зажмуриваясь, — я никогда не выйду замуж».

Элизабет поразило, насколько изменился принц, ее брат. Вместо пухлого малыша, которого она в последний раз видела — когда это было? — полтора года назад, перед ней стоял стройный пятилетний мальчик, еще в коротких штанишках, но уже выглядевший весьма взросло в длиннополом бархатном камзоле.

— Добро пожаловать, сестра! — торжественно произнес он, по-взрослому кланяясь присевшей в реверансе Элизабет. — Позволь мне представить доктора Коукса, нашего учителя.

Вперед вышел худощавый мужчина средних лет, чем-то похожий на сову, в черной церковной мантии и шляпе без полей.

— Миледи Элизабет, для меня это большая честь, — изрек он. — Я слышал о ваших исключительных успехах и нисколько не сомневаюсь, что вы благотворно повлияете на принца, вашего брата.

Они уселись за стол, загроможденный книгами, пергаментами, перьями и чернильницами.

— Думаю, вам незачем меня бояться, — сказал доктор Коукс. — Учеба должна доставлять удовольствие, и я не собираюсь вбивать знания в голову ученикам, хотя мне известно, что подобной манеры придерживаются многие учителя, особенно в наших школах. Нет, ваши светлости, я предпочитаю пряник кнуту. Отправимся же в прекрасное путешествие.

Элизабет наслаждалась его уроками, более долгими и сложными, чем у Кэт, и охотно принимала брошенный ей вызов. Доктор Коукс оказался хорошим лингвистом, и под его руководством она быстро совершенствовала владение языками. Вскоре она уже читала простые латинские тексты и переводила короткие французские стихи. Но больше всего ее захватывали религиозные наставления, в которые доктор Коукс вкладывал всю свою душу.