После него - Найки Рор

— Вот и я, больше они не должны нас прерывать.

Я передала ему пиджак. Харди надел, и я проверила, чтобы длина была идеальной и ничего не мешало.

В этом сшитом на заказ костюме Харди выглядел великолепно. Серый цвет подчёркивал зелёный глаза и волосы, а классические брюки на спортивном телосложении смотрелись совсем по-другому.

— Я бы сказала, что всё идеально, — заключила я.

Он снова начал раздеваться. Передал мне пиджак, рубашку и брюки, которые я повесила на вешалку и убрала обратно в чехол.

— Мы закончили. Завтра ты должен надеть это перед выходом на стадион. О' зайдёт проверить, всё ли правильно, — сказала я, вручая костюм.

Харди промолчал, просто надел толстовку и спортивные брюки, но перед тем, как открыть дверь, несколько мгновений стоял неподвижно, взявшись за ручку.

— Я хотел сказать тебе, что…

— Харди, ты закончил? Теперь твоя очередь! — услышали мы крик.

Он открыл дверь.

— Иду! — крикнул он. — У меня неугомонная семья, — добавил себе под нос.

— Ну, неугомонные семьи наполняют Рождество, верно?

— Да, определённо. Они придут завтра на стадион и будут шуметь больше, чем все остальные.

Харди уступил мне дорогу, и рядом, мы продолжили путь к выходу.

— До свидания, — попрощалась я.

— Ты не останешься с нами? Харди, а твоя подруга разве не останется? — спросил один из парней, сидевших на диване.

— Не обращай внимания на моего двоюродного брата Клейтона, он придурок и пристаёт ко всем подряд.

Я почувствовала, что умираю, как и каждый раз, когда Харди косвенно приглашал меня убраться с его пути.

Мы подошли к входной двери, он открыл её.

— Счастливого Рождества, Харди, — сказала я.

Как обычно, я не осмелилась посмотреть на него и пошла к лифту.

Нажала на кнопку и молилась, чтобы эта чёртова кабина приехала как можно скорее. Я знала, Харди всё ещё там, смотрит на меня (почему-то знала, что он стоит на пороге).

А может, я ошибалась и это была лишь глупая надежда? Я отвела взгляд и с трудом обернулась.

Харди стоял у двери и смотрел на меня, а моё сердце билось быстро, слишком сильно.

Лифт прибыл, я катапультировала внутрь и нажала на свой этаж.

«Зашибись какое Рождество, Пруденс».

Вернувшись к себе, я закрыла дверь и стала смотреть на ёлочные гирлянды в своей маленькой квартирке.

Чувство неполноценности, как всегда, взяло верх и сдавило мне горло.

Здесь не было ни тёплой праздничной атмосферы, ни шума семьи, ни запаха корицы. Витал только запах печали.

Я бы хотела позвонить Тедди, но она тоже была с семьёй, в окружении родственников. Мне хотелось бы позвонить бабушке, но от неё не было вестей с тех пор, как она переехала в Северную Неваду. Она прислала мне сообщение, что собирается сменить номер телефона и даст мне новый, но с тех пор я ничего о ней не слышала.

Именно поэтому я ненавидела Рождество, День Благодарения и любые другие праздники, когда люди собирались вместе. Всё, что означало семью в глазах других, подчёркивало грустное чувство одиночества в моём сердце.

Поэтому я решила, что пора принять душ и лечь спать в надежде, что моя голова перестанет думать о таких болезненных вещах, как Харди и его жизнь, которая казалась идеальной и так отличалась от моей.

Я надела пижаму, и когда уже собиралась забраться под одеяло, услышала стук. Надеялась, что это не О', потому что мне совсем не хотелось прерывать весёлое Рождество какого-то другого игрока.

Но, открыв дверь, я никого перед собой не обнаружила. Только на пороге стояла небольшая стеклянная банка с запиской. Я взяла её и внимательно рассмотрела. Это было клубничное варенье, а в записке:

И тебе счастливого Рождества, Пруденс.

Глава 13

Она

Baby, one more time

С разницей в одно очко Ravens выиграли у Bengals, подтвердив первое место в северной конференции, и Балтимор буквально взорвался от ликования.

После победы мы переодевали парней в совершенно неконтролируемой раздевалке, среди празднующего персонала с бутылками шампанского вместо воды, репортёров и членов семей. Тилли позвонила по видеосвязи, чтобы поздравить нас с хорошо проделанной работой, и пообещала вскоре заглянуть для личного знакомства.

Команда стилистов, как и команда игроков, ликовала несмотря на то, что впереди нас ждал ещё больший объём работы. Игроки обеспечили себе место в плей-офф, а нам предстояло подготовить ещё больше элегантных и совершенных костюмов, демонстрируемых всё чаще.

Вернувшись домой, я немного посидела на диване, но время отдыха ещё не пришло: президент Ravens пригласил всех на вечеринку в свой частный клуб, и О’ обязал нас присутствовать. А потом мы, наконец-то, сможем взять пару выходных.

Приняв душ, я надела свои любимые кожаные брюки и белую рубашку из шёлка. Волосы завязала в высокий шиньон. Образ заканчивали туфли на головокружительном каблуке (мне их подарила Тедди на предыдущее Рождество).

В назначенное время я вышла из квартиры и направилась к О’. Босс жил на этом же этаже, но в противоположной стороне.

Я постучала, он открыл.

— Наконец-то ты придумала приличную комбинацию, — воскликнул он.

— Эй, ты же знаешь, мы здесь не для того, чтобы быть стилистами, верно?

— О боже, конечно, я это знаю, а ещё я знаю, что в этих кожаных штанах, ты бы не вышла живой из раздевалки, так что я тебя прощаю. — Он закрыл дверь, и мы пошли к лифту. — Сегодня все будут очень счастливы, Поллианна, и многие наверняка попытаются угостить тебя клубничным молочным коктейлем. Ты ведь уже выучила правила, не так ли?

— Да, босс, я их знаю. Никаких оргий и поцелуев с языком.

— Молодец, по крайней мере, мне не придётся беспокоиться о тебе, ведь мне уже приходится следить за тем, чтобы Кармайкл не тёрся о ноги какого-нибудь натурала.

— А есть не гетеро?

— Конечно, они довольно скрытны, но они есть. Футбол — непростая среда, Пруденс, всегда нужно быть осторожным, чтобы не подставиться. Посмотри, что случилось с Аполло, на его слабое место давят постоянно.

Мы поднялись на верхний этаж Baltimore Meet Center и уже при выходе из лифта поняли, что гостей много, поскольку полон был даже коридор.

Я узнала одного из тренеров по нападению и, как мне показалось, его жену, затем новичков, группировавшихся вместе и, к счастью, без Харриса. Все они были уже навеселе, оживлённо комментировали наряды каждого стилиста, проходившего перед ними, и поднимали импровизированные таблички с оценкой.

— Я и не знала, что в здании есть клуб.

— Он