Реагент - Кощеев

Вики, которая до этого момента находилась будто в трансе, опомнилась и закричала.

— Люцифер, стой!

Хруст. Безжизненное тело Моники повалилось на холодный кафель. Уокер охватила паника.

— Ч-что ты только что сделал? — голос дрожал. — Ты убил ее? Ты ее убил?! — Вики начала срываться на крик.

— Не истери, Уокер, иначе тоже самое сделаю и с тобой, — Люцифер склонился над кусочками разбитого стекла. — Снова осколок от зеркала. Интересно…

Резкий выброс адреналина, стресс, Вики не смогла бы объяснить с точностью, чем был обусловлен ее порыв, но вынырнув из-за спины Мими, Уокер чуть ли не подбежала к демону и отвесила ему хлескую пощечину с такой силой, что стало больно самой.

— Что ты, мать твою, сделал?!

Люцифер бросил на нее недовольный взгляд. Без того огненно-красные глаза стали еще ярче. В какой-то момент Вики даже испугалась, что он может ударить в ответ, но демон лишь продолжал прожигать ее недовольным взглядом.

— Никогда так больше не делай, — практически прорычал он. — Я уберу это, пока не стало слишком много ненужных зрителей, — он указал на лежащее на полу тело непризнанной.

— А ты, — Люцифер обратился к Мими. — объясни ей, а то и ее тащить придется.

Мими обернулась в сторону подруги и заметила, что та заметно побледнела. Люцифер не слишком аккуратно закинул Монику на плечо. Убедившись, что коридор чист, он унес ее в только ему известном направлении.

Вики стояла не двигаясь. Мими осторожно коснулась плеча Уокер, но та отпрыгнула от нее, как от огня.

— Не подходи ко мне! Вы все тут больные! — Вики пугливо прижалась к стене, словно искала там потаенную дверь, чтобы как Гарри Поттере, спрятаться в самый нужный момент в скрытой для всех остальных комнате, где ее бы точно никто не нашел.

Мими насупилась.

— Успокойся, он просто вырубил Монику, а вот она, похоже, не в шутку хотела прикончить тебя.

Вики истерически рассмеялась.

— Вырубил? Вырубил?! — повторила она уже в разы громче. — Да он ей шею свернул. Прямо у меня на глазах! — жуткая картина не отпускала Уокер.

— Говорю же, успокойся, для нас это не смертельно. Бессмертный может убить бессмертного, только если захочет, — демоницу прервал нездоровый смех соседки.

— Ахахахаха, ну да. Да, конечно. Вы же бессмертные, как я могла забыть? — в приступе смеха Вики согнулась пополам.

— Эй, с тобой все нормально? — с опаской спросила Мими.

Тащить Вики в комнату Мими все же пришлось. Из-за столь бурных событий и чересчур ярких эмоций Уокер упала в оброк.

* * *

Согласно расписанию, сейчас в школе Ангелов и Демонов проходили занятия, поэтому все коридоры благополучно пустовали. Оно и к лучшему. Свидетели, а тем более посвящение их в миссию «Save Yoker’s Ass» только добавило бы лишних проблем. Тайна остается тайной только тогда, когда о ней знает минимум. В идеале — только ты один. Чем больше знающих, тем скорее твой секрет перестанет быть секретом. Моника стала приходить в себя. Невнятные слова больше напоминали мычание.

— Способ действенный, жаль недолговременный. Эй! — он тряхнул перекинутую через плечо девушку. — Заткнись.

В голове возник образ другой непризнанной. Ее серые глаза преисполненные ужаса. Она испугалась его. От чего-то, от одной мысли об этом, стало противно. Он видел, видел, как у Уокер от страха сжалось все нутро. Однозначно, в этот момент он превратился для нее в чудовище, монстра способного убить и не моргнуть при этом и глазом. Скоро Люцифер вместе с, не до конца пришедшей в себя, Моникой оказались возле учительской. Открыв дверь с ноги, Люцифер зашел внутрь. Сделав еще пару шагов, сбросил непризнанную на стол.

— Какого черта ты делаешь?! — даже талантливому автору далось бы с трудом описание всей гаммы тех эмоций, что отразились на лице у бедного ангела Фенцио, который в момент, мягко говоря, очень странного визита учеников, находился в данном помещении.

— Что ты делаешь?! Немедленно объяснись! — Фенцио был в замешательстве. Из ситуации он не понимал ничего, собственно, и сам Люцифер не больше.

— Как обычно, спасаю задницу нашей Уокер, хотя, помнится, сегодня за ней присматривать должен был твой щенок Дино.

— Я уже говорил тебе следить за своими словами! — шипит Фенцио. Будь его воля, он давно бы уже придушил этого избалованного мальчишку. Люцифер совершенно не видел границ и точно не следил за своим языком.

— А я уже не раз указывал на твое место. Возлагаешь надежды на Дино. Хочешь отмыться успехами сына от собственного позора? Ты итак уже пал ниже некуда, — наглая ухмылка расползается на губах Люцифера.

— Глупый, ничего не ведающий мальчишка. Хочешь указать мне на мои ошибки? Хорошо. Ну, а ты? — Фенцио хитро прищуривается. — Вся власть, вся сила, уважение — этого добился твой отец, а не ты. Кем бы ты был без своего отца? Горделивым юнцом, в котором спеси больше чем мозгов? Мой сын — моя гордость. Все, что есть сейчас у Дино — это исключительно его заслуга, а у тебя?

Люцифер словно получил болезненный удар под дых. Демон задумался лишь на мгновенье.

Сатана никогда не был к нему добросклонен. В методах правильного, любяще-отцовского воспитания силен не был. Сатана преподнес своему сыну важный урок. Заставив прочувствовать Люцифера на себе смысловое значение фразы «Пути к смирению лежат через боль.»

«Боль — это иллюзия. Боль — лишь тренажер силы воли и характера.» — слова слишком прочно засели в памяти. Каждый взмах плетью, каждый удар, рассекающий его кожу на спине, являя розовую плоть наружу, струи крови, стекающие по молодому телу — все это сопровождалось этими проклятыми словами. Он не должен бояться боли. Должен стерпеть. Люцифер должен стать сильным и достойным своего отца.

За одними уроками следовали другие. Страх постепенно отступал, но боль была такой же невыносимо сильной. Опаленные крылья, сломанные ребра и другие конечности. Люцифер испытал девять кругов Ада на себе, теша себя лишь призрачной надеждой, что когда-нибудь отец сможет и обязательно будет им гордиться.

Время шло. Все усилия, все успехи, Сатане казалось это недостаточным, а Люцифер был опоен желанием услышать от своего отца заветное «Горжусь». Все продолжалось. Со временем, единственное, что Люцифер стал испытывать к своему отцу была ненависть, которая с каждым днем только росла и крепла.

— Ты ничего обо мне не знаешь. — отрезал Люцифер, обозначая, что их разговор на эту тему закончен.

— Ошибаешься, я знаю. Ты — мальчишка, которого страхом заставили добиться того, что у него сейчас есть. Все, что делает