Десять писем - Лия Аструм

– Простите, что не отвечаю вашим требованиям, господин президент. – Я показательно присела в реверансе. – Не все, к сожалению, обладают присущим вам букетом достоинств.

– Среди моих многочисленных достоинств есть одно неоспоримое, – холодно заявил он. – Умение. Себя. Вести, – твёрдо отчеканил он каждое слово.

К собственному неудовольствию я моментально почувствовала себя непослушным ребёнком, которого отчитывали за сломанную игрушку.

Внутренняя стерва обречённо опустила оружие. Этот раунд проигран. У Алекса безупречно подвешен язык, и в словесном поединке нам его не одолеть. Он, как холодный утренний душ, моментально бодрит, болезненно проникая своими колючими иголками прямо под кожу.

– Я просто хотела поехать с тобой домой, – уже спокойнее сказала я. – Рик не сможет меня забрать.

Он скептически поднял бровь.

– А что, в Америке такси отменили?

Дыши, Вивиан, дыши.

– Я собиралась вызвать такси, если бы ты не смог. Но чтобы выяснить это, мне пришлось пройти целый квест и истрепать себе кучу нервов.

– Я был занят, – просто сказал он.

Я даже не знала, что на это ответить. Он идиот?

– Но, в целом, я действительно почти закончил, поэтому, – он взглянул на часы, – минут через пятнадцать встретимся на парковке. И на будущее. – Он поднял голову и твёрдо посмотрел мне в глаза. – Не смей больше так делать. Мы не дома, субординацию никто не отменял.

К чёрту контроль.

– Вы козел, Мистер Миллер!

Как ему такая субординация?

Впервые с моего приезда его роль невозмутимого диктатора осталась на втором плане. Его лицо выражало лёгкий шок и складывалось ощущение, что его оскорбили первый раз в жизни.

– Вивиан, закрой рот и спускайся на парковку. Не испытывай моё терпение, – голос сочился едва сдерживаемым гневом.

Контроль летел к чёрту не только у меня. Глаза напротив наполнились чернотой, а угол стола, который он сжал до побеления костяшек, казалось, сейчас раскрошится под натиском его крепкой руки. Мне вспомнился вечер, когда я его ударила. Тогда он не смог себя сдержать и похожие симптомы были налицо. Мне захотелось подкинуть дров в этот только разгорающийся костёр.

– Нет, я поеду на такси, что и нужно было сделать с самого начала, а вы, Мистер Миллер, идите к чёрту! – гневно выпалила я и, не дожидаясь его ответа, пулей вылетела из кабинета, чуть не снеся с петель дверь.

Я пронеслась мимо блондинистой суки, даже не взглянув в её сторону, но всем своим нутром ощущая неприязненный взгляд в спину. Кажется, я тоже попала в знаменитый чёрный список.

Пока я ехала в лифте, меня переполнял неприкрытый гнев. Эта неконтролируемая в данный момент эмоция захватила меня с головой. Она напоминала мне вулкан, стремительно затапливающий мои внутренности огненной кипящей лавой, сжигающей за секунды все доводы разума. Я даже вспотела и до боли сжимала кулаки, вонзая ногти в нежную кожу ладони.

Моя бесстрашная внутренняя стерва радостно прыгала и запускала в небо хлопушки, будто мы выиграли войну. Но другая я, уже понемногу приходящая в себя, была настоящей трусихой и небезосновательно боялась обязательно последующей за всем этим его ответной реакции. Перспектива остаться сегодня с ним на одной территории не по-детски пугала меня, поэтому, купив в ближайшем магазине две бутылки вина, я вызвала такси совсем по другому адресу.

Глава 5.

На следующий день я прокляла своё пристрастие к красному сухому. У меня дико раскалывалась голова, пока я сидела на совещании и сверлила взглядом стоящую возле Эвана бутылку с водой. Свою я уже выпила, а открыть рот и попросить Мура подать её я не решалась, так как децибелы голоса Майкла Эванса превышали все разумные пределы.

Он вопил так громко, что закладывало уши и отдавало пульсирующей болью в висках. Эванс наорал на каждого, потому что они не успевали с рекламной компанией каких-то новых обезболивающих таблеток, которые сейчас мне бы очень пригодились. Даже Эвану досталось, что на кону назначение президента, а он до сих пор не провёл переговоры со СМИ. И в конце своей пламенной речи он зловещим голосом пообещал, что лично придушит его дважды, если на этом вечере будут хоть одни лишние уши.  Все дружно молчали и кивали как болванчики, соглашаясь со всем, что он говорил.

Когда экзекуция закончилась, и Майкл пулей покинул кабинет, напоследок рявкнув, чтобы все немедленно шли работать и не смели отрывать свои задницы, пока план компании не будет выполнен, Эван с сочувствующей улыбкой протянул мне такую долгожданную бутылку с водой.

– Мне кажется, она спасёт тебе жизнь.

– Ты даже не представляешь, насколько, –  я благодарно улыбнулась ему и, открутив крышку, сделала несколько жадных глотков.

– Весёлая ночка?

– Вино, подруга и душевные разговоры, – вздохнула я.

Не сказать, что я напилась, но мы с Беатрис очень долго болтали, поэтому поспала я от силы часа два, и это очень сильно сказывалось сегодня на моих умственных способностях.

– И как же зовут этого счастливчика, по которому вы страдали всю ночь? Эван Мур? – дразнил он меня.

– Размечтался. – Я помассировала указательными пальцами виски́. – Майкл сегодня не в духе. Он так орал, что мой мозг сейчас напоминает мякоть спелого арбуза, – пожаловалась я.

– Ещё бы. Они реально запороли эту рекламную компанию по срокам. Считай, малой кровью отделались. Ко всему, я слышал, – понизил он голос, – что его жена подала на развод и хочет прибрать своими ручками большую часть имущества.

– Я даже не хочу знать, откуда ты это знаешь. Ты – ходячая «Википедия». – Закрутив крышку уже на пустой бутылке, я откинулась на стуле и скрестила руки на груди.

– В Википедии такого не напишут. – Он бросил в мою сторону самодовольный взгляд. – Я заминал это в прессе. Она обвиняет его в многочисленных изменах с моделями. Репортёры постарались, статья была пушка, но её выпуск означал бы конец моей карьере. Он чуть живьём не сожрал меня в своём кабинете, после того, как я с выразительной интонацией прочитал ему эту статью вслух.

– Майкл и модели? –  Я скептически выгнула бровь. – Лично у меня он каждый раз вызывает прилив панического ужаса, а не желание завалить его на ближайшую горизонтальную поверхность.

– Может, кого-то заводит его до жути ровный ряд карандашей, – усмехнувшись, предположил Мур.

– Каким образом у тебя это получилось?

– Я не раскрываю секретов, детка. Но могу намекнуть. Мой язык обладает безграничными возможностями. – И он