Соломенное сердце - Тата Алатова

Уже перевалило за полдень, и бутерброды, которые они слопали рано утром, давно переварились, но ни Поля, ни Даня и не думали об обеде. Горький запах гари, разъедающий легкие и души, отбивал всякий аппетит.

Видимость все ухудшалась, воздух казался сизым, в нем кружился пепел.

Невысокая, крепко сбитая женщина, появившаяся перед самым автомобилем, заставила их остановиться.

— Дальше не проехать… Скажите мне, что хоть вы привезли с собой лопаты, — сказала она озабоченно. — Прутся с пустыми руками, бестолочи.

— Лопат у нас тоже нет, — признался Даня. Он выскочил из автомобиля и принялся энергично рыться в своих рюкзаках. — Но я лучше, чем лопата.

— Ты Поля? — женщина не обратила на него никакого внимания. — Горыч про тебя рассказывал. Я его сестра, Арра.

— И про тебя он тоже рассказывал, — они обменялись рукопожатием. — Горыч и его родня. Тема бесконечной трепотни на КПП.

— Батюшка Леонид, — солидно представился Ленька. — А вон тот — разговаривающий с духами, настоящий. Я сам видел.

Арра впервые глянула на Даню — цепко, внимательно. Без того самого кокетливого огонька, который вспыхивал в глазах многих женщин.

— Мы пытались выйти на контакт с анками, — сказала она, — и в треске огня услышали отрывочные слова. Разобрали только «плющ» и «больно».

— Понятно, — Даня закашлялся, нашел руны чистого дыхания, налепил на свое плечо, на Полино, кинул одну Леньке, а остальную пачку передал Арре. — Плющ, значит. Так что у вас тут случилось перед началом пожаров?

Арра непонимающе нахмурилась.

— Что случилось?

— Что-то обидное, например. Кто-то кого-то очень сильно расстроил. Так, чтобы кто-то кому-то решил отомстить.

Вокруг сновало множество людей, все куда-то спешили, куда-то неслись.

Арра думала.

— А, — вспомнила она, — изгнали Федоровского, сойдет такая история? Сорвали нашивку охотника, отобрали оружие и дали пинка под зад.

— Ага. Расскажешь по дороге, — Даня протянул Поле ее рюкзак, на этот раз довольно легкий. Нацепил свой.

Арра не стала спорить. Передала кому-то руны, вопросительно посмотрела на Даню.

— Что с собой брать?

— Священника. Ленька, попрешься с нами?

Бедолага совсем побелел. Даже местами позеленел.

— Да ладно, будет весело, — подмигнул ему Даня.

Глава 13

Раньше Поля не бывала на пожарах и понятия не имела, что так сильно боится большого огня. Та часть ее разума, которая по-прежнему принадлежала соломенной кукле, корчилась от ужаса. Та же часть, что подчинялась человеку, схватила Даню за руку.

— Что? — тут же спросил он, обернувшись к ней.

— Страшно, — шепнула Поля.

Он нахмурился, внимательно глядя на нее. Аккуратно заправил прядку пшеничных волос за ухо.

— Анки не тронут тебя, — сказал Даня уверенно, — никого больше не тронут. Вряд ли они сами рады тому, что происходит… Арра, что там с Федоровским?

Охотница бросила на Полю испытующий взгляд, не зная, насколько откровенной может быть. Прежде им не доводилось встречаться лично, но благодаря Горычу они обе знали друг о друге. Поля никогда не ведала нужды, и деньги ее мало интересовали — княжеская семья всегда заботилась о том, чтобы у приемной дочери было все необходимое и даже чуть больше. Нет, в роскоши никто из Лесовских не купался, включая юных наследников, но они вкусно ели и носили хорошую одежду, а княжна Катя и Поля время от времени получали и украшения. И та, и другая довольно равнодушно, надо сказать. Княжна Катя мечтала о власти, а не побрякушках. А Поля… ну куда ей было надевать браслеты, кольца и сережки? Баранку крутить при параде?

Егорка пылко мечтал о свободе и сильнее самых дорогих подарков ценил возможность сбежать в город, чтобы побродить по его улицам в поисках захватывающих приключений, которые так редко случались.

В авантюру с контрабандой Горыч заманил Полю не деньгами. Нет, он взывал к справедливости и сочувствию. Впрочем, стоило только увидеть, понять, как тяжело живут жители Высокогорья, чтобы разделить их твердое убеждение: князь Лесовский — расчетливый ублюдок, который цепко держит их всех за горло. Он скупал товары по таким бросовым ценам, что это больше напоминало грабеж, чем честную сделку.

И Поля прониклась увещеваниями Горыча, втянула в их маленькую торговлю и Женечку Петровну, возглавляющую КПП Плоскогорья. Правда, та старалась за хорошее вознаграждение, но ведь и рисковала куда больше. Поле — что? Даже поймай князь ее за руку, все равно не сможет по-настоящему наказать. Во всем княжестве не было другого человека, способного преодолеть Гиблый перевал. А вот Женечке Петровне в случае неудачи грозило увольнение и, возможно, тюрьма.

И сейчас Арра находилась на распутье. С одной стороны, разговаривающий с духами мог помочь куда эффективнее сотни людей с песком и лопатами, а с другой — ну не вываливать же незнакомцу все тайны. Да еще и батюшка этот с балалайкой следом тащится, какие уж тут откровения.

Чуткий Даня уловил эти метания и задал другой, не такой сложный вопрос:

— Какой он, этот Федоровский?

— Жадный, — тут же ответила Арра с облегчением, — хитрый. Хороший охотник, бесстрашный, опытный и меткий, но себе на уме. Не любит делиться, а в случае опасности не прикроет тебе спину.

— После того как вы поссорились, Федоровский сразу ушел или у него было время собрать вещи? Он оставался один?

— Ребята дали ему полчаса на сборы, ждали снаружи.

— Ага, — Даня оживился, — значит, он целых полчаса находился без пригляда? Где именно?

— Пойдемте.

***

Охотники Сытоглотки обитали в добротных деревянных домах, поскольку частенько оставались здесь на зиму. Как рассказала Арра, кто-то жил в общежитиях, а кто-то возводил себе отдельное жилье. Строили всем скопом, помогая друг другу, при этом здесь существовала неофициальная, но строгая и понятная иерархия. Тот, кто приносит больше пользы, — тот и живет лучше.

Анки еще не добрались до строений, но огонь подступал уже так близко, что видимость приближалась к нулю. Без рун чистого дыхания туго бы пришлось.

Домик Федоровского стоял на отшибе, ближе к лесу, небольшой, всего на одну комнату с крохотной кухонькой, а вот сарай, где обрабатывались туши, оказался куда просторнее. Даня побродил там и сям, и Поля бродила вместе с ним, не выпуская его руки.

Это спасало, успокаивало. Способ, который помогал Дане от страхов и иллюзий в Костяном ущелье, оказался хорош и для Поли.

— Здесь! — воскликнул Даня, указывая на круг посреди сарая, нарисованный прямо на земляном полу. Внутри лежали какое-то полусожженное растение, цепочкой вокруг