Джайлсу Эшби требуется няня - К. Стерлинг

Но все это не подготовило Джайлса к тому, насколько вкусным окажется торт. Его

впечатлила пекарская глазурь, маленькие морковки и оранжевые листья на верхушке.

Торт был достаточно большим, чтобы накормить Джайлса и Майло, но Райли так

постарался, что разрезать его пополам и съесть было просто стыдно. Каким-то образом

Райли превратил несколько скромных ингредиентов в нечто райское по вкусу, используя лишь миску, несколько ложек, духовку и свое тепло. Джайлс чувствовал

вкус каждого кусочка и удивлялся, как пирог может быть похож на человека, но пирог

был теплым, сладким и успокаивающим, как Райли.

«Райли самый лучший, папа!»

Майло констатировал очевидное, откусив огромный кусок торта и застонав при этом.

Затем он продолжил перечислять причины, по которым их новая няня была лучшей в

мире. Джайлс решил, что у них есть веские аргументы, и согласился с ним, пока они

прибирались после ужина и занимались укладыванием Майло спать.

Все было хорошо, пока Майло не заснул, и Джайлс остался наедине со своими

мыслями. Они трещали и гудели, как старый радиоприемник, и «Твою мать!» Джо

звучало как высокочастотный вой среди дневных помех. Джайлс позвонил Клэр и

планировал покурить после того, как посидит в сауне, но сначала ему нужно было

отвлечься от Джо. Джайлс не хотел вспоминать о том, как он вел себя как богатый

засранец в присутствии Райли, пока курил.

Возможно, он бы расстроился из-за этого, когда остаток дня был довольно... приятным.

Джайлс предложил управлять тележкой, потому что не знал, чем еще можно быть

полезным, и это казалось ему посильной задачей. Покупка продуктов была похожа на

передвижение в метро, только с громоздкими маленькими тележками. Хотя на рынке

было гораздо чище, чем в метро. Джо не ошибался, говоря о состоянии поездов и

станций. Жители Нью-Йорка заслуживали лучшего, и Джайлс не преминул сообщить

об этом городским властям, как только привлек их внимание.

Массовый транспорт и великие терминалы и станции мира были самой ироничной

страстью Джайлса. Хаос переполненного аэропорта или метро в час пик представлялся

Джайлсу адом. Но он был в восторге от сочетания архитектуры и технологий и

эффективной транспортировки больших групп людей. Джайлсу посчастливилось

побывать во многих мировых транспортных чудесах, он подробно изучил Центральный

вокзал и Кеннеди, но мэр и нью-йоркское управление транспорта не приветствовали

его мнение. А Джайлс не мог исправить коррупцию и бесхозяйственность в масштабах

всего учреждения.

Всегда найдутся Джо, которым будет наплевать на Джайлса, и это нормально. Ему

тоже было плевать на всех этих Джо. У них была своя жизнь и свои проблемы, и

скучные подвиги невежественного миллионера их не касались.

Однако был только один Райли Патрик Фицджеральд. И на мгновение они почти

взялись за руки после того, как Джайлс забрал тележку. Они шли бок о бок, толкая друг

друга, как парочки, которых он видел по телевизору, и Джайлс был ошеломлен. Он

уловил краткий проблеск того, какой могла бы быть жизнь, если бы Райли был его. Их

руки соприкоснулись, и у Джайлса появилась причина быть так близко к Райли, как

ему хотелось.

Находиться в продуктовом магазине было невыносимо. За последние годы Джайлс

несколько раз заходил в винные погреба и кофейни, но в основном ему удавалось

избегать покупок в общественных местах. Даже в свой любимый «Блумингдейлз» он

ходил в одиночестве, чтобы не общаться с другими покупателями и более чем двумя

работниками. Но Джайлс был готов вытерпеть гораздо худшее, чем рынок и все Джо, чтобы провести полдня с Райли и его морковным пирогом.

Он готов вытерпеть тысячу Джо, лишь бы снова услышать смех Райли.

Джайлс перекатился вперед и отпустил руль гребня, с улыбкой упираясь предплечьями

в колени. Он был измотан тяжелой тренировкой, и ему было еще труднее перевести

дыхание, когда он вспомнил, как заставил Райли смеяться. И не только немного. Райли

на несколько мгновений потерял сознание, а Венди расплакалась, когда он пересказал

шутку Джайлса о птицах в морозильнике. Джайлс застал Райли хихикающим по этому

поводу в течение всего вечера, и этого было почти достаточно, чтобы заставить его

забыть о Джо.

Смех Райли был чистой радостью и согревал Джайлса, как солнечный свет. От этого

звука волосы на шее Джайлса вставали дыбом. Такая же реакция была у него, когда

Майло был младенцем. Глубокий детский смех Майло вызывал у Джайлса мурашки по

коже, он смеялся и улыбался до конца дня.

Быть с Райли было все равно что иметь ангела рядом с собой. Он не был циничным или

эгоистичным, как большинство людей, с которыми Джайлс столкнулся, покинув 8Б.

Райли заставлял всех улыбаться, чувствовать себя в безопасности и оставлял в комнате

ощущение тепла. Что мог увидеть такой яркий и красивый человек в ком-то вроде

Джайлса? Особенно после того, как он вел себя на рынке и говорил Джо. Джайлс хотел

быть тем человеком, который заслуживает кого-то, кто смеется, как Райли, а не тем

парнем, который потерял самообладание из-за «Твою мать!» и опустил человека за то, что у него есть работа, требующая граблей.

Джайлс отметил, что, хотя он не узнал много нового о покупках или готовке, он

наткнулся на код, позволяющий заставить Райли улыбаться и смеяться. У него были

только кусочки, потому что они провели вместе всего несколько беспокойных дней, но

Джайлс уже начал понимать язык Райли. И, как ни странно, это оказалось простым

делом - впустить Райли в себя и быть самим собой. Потому что Райли, похоже, нравилось, когда Джайлс был таким, каким он был на самом деле, разбитым.

«Ты отлично справился, да и хрен с ним, с этим парнем». Джайлс кивнул гребцу и

встал.

Он решил, что пропустит сауну и вместо этого проведет двадцать минут под горячей

водой в душе. Сауна была отличным средством для восстановления мышц, но Джайлсу

не нравилось находиться в жарком, душном боксе, и он уже был в лучшем настроении, когда натянул толстовку и спортивные штаны. Он вышел в свой уголок террасы и

слушал смех Райли, когда откинулся на кушетку и прикурил.

Как и Райли, Джайлс родился и вырос в Бруклине, и вид города и парка всегда

будоражил его душу. Хотя он мог не любить обычных жителей Нью-Йорка и не желать

общаться с ними на индивидуальной основе, Джайлс любил свой город и его жителей в

целом. После смерти бабушки он перестал посещать Парк-Слоуп, но иногда скучал по

старой улице, на которой они с