Марипоса - Лекси Аксельсон

Я закрываю дверь, оставляя их наедине. Мне нужно идти на встречу с Букером, и совершенно очевидно, что Кейд хочет притвориться, будто прошлой ночи не было.

В любом случае, я усердно работала, чтобы дожить до этого дня, и отказываюсь позволить чему-либо помешать мне насладиться началом моей карьеры в спецназе.

Кабинет Букера выглядит именно так, как я и представляла. Полки с наградами, подтверждающими успешную военную карьеру, и фотографии тех, кто, как я могу предположить, являются его родителями, братьями и сестрами. Букер не носит кольца, и никогда не упоминал о детях. Он сидит за своим столом, с горами бумаг по обе стороны.

— Поздравляю.

— Спасибо.

С Букером легко открыться и говорить свободно. Он словно солнечный свет, в то время как Кейд — неумолимая буря серых оттенков.

— Я подала заявку на службу на Западном побережье. Я…

— Ты остаешься здесь. В этой группе.

Я приподнимаю бровь.

— Я остаюсь здесь... — понижаю тон. — В Северной Каролине?

— Ага, — отвечает он бесстрастно.

Нет. Мне нужно быть подальше от О'Коннелла. Я не могу ясно мыслить, когда нахожусь рядом с ним. Он отвлекает меня. Пребывание с ним на одной базе достаточно, чтобы дрожь пробегала по спине. Мы разделили тайный момент несколько часов назад, подтверждающий необходимость уйти в другую группу, где пара напряженных гетерохромных глаз со шрамом, пересекающим одну сторону лица, не сможет превратить меня в развалину.

— Но я…

— Соблюдай дисциплину, Айла. Ты пойдешь в ту группу, куда тебя распределили. Поняла? — Букер меняет тон на более авторитетный. Букер всегда так дружелюбен, и это напоминает мне, что я выхожу за пределы своей зоны комфорта, разговаривая с ним так свободно. В конце концов, он — один из моих командиров.

Я прочищаю горло и выпрямляюсь.

— Поняла. Прошу прощения, сэр. Я никогда не жалуюсь, хотя все остальные получили желаемое назначение, — указываю я.

— Айла. Зверь всё устроил.

У меня замирает сердце.

Зверь? Он воспользовался связями, чтобы я осталась здесь? Я хочу расспросить Букера, но прикусываю язык. Моё упрямство уже создает мне проблемы, и я не хочу иметь такую репутацию, когда попаду в свою первую команду.

— Специалист Айла будет зачислена после рождественского отпуска, — он протягивает мне папку с аккуратно вложенными документами. Открыв её, я быстро пролистываю, пока не нахожу своё имя и назначение. Рот пересыхает, когда я вижу это четким шрифтом. — Приказы уже подписаны. Теперь ничего не изменить, — заканчивает он.

— В какую команду я попаду? — Я закрываю папку.

— Узнаешь, когда прибудешь на место. Но готовься. Команда, в которую тебя распределили, — лучшая из лучших, и многое происходит в тылу.

— Я готова.

Его губы сжимаются.

— Ты одна из самых успешных солдат на курсе, которых я видел за долгое время. У тебя есть ум, выносливость и сила.

В груди теплеет. Приятно, когда твой тяжелый труд признают. Часть меня мечтает, чтобы эти слова произнес мастер-сержант. На ресницах появляются слезы, и я глубоко вдыхаю, стараясь не дать эмоциям вырваться наружу.

— А теперь я хотел бы поговорить о другом.

Он встает во весь свой внушительный рост чуть меньше двух метров и снимает берет, пока обходит угол стола. Проводит рукой по светлым волосам и садится на него передо мной, перекинув ногу на ногу. Он изучает меня — в карих глазах мелькает любопытство.

Эм… что происходит?

— О чем именно? — дыхание сбивается.

— Я больше не твой инструктор. — Он барабанит пальцами по краю деревянного стола.

— Верно, — вырывается из меня ответ, больше похожий на вопрос.

— Давай встретимся сегодня вечером в «Пьяной Ракушке».

Брови сходятся, прежде чем смысл слов доходит до меня. Букер говорит уверенно и проявляет ко мне уважение, но я колеблюсь. Уже есть мужчина, который проник мне под кожу, и в его присутствии во мне бушует целый шторм эмоций. Но когда он зашел ко мне в комнату ранее, он совершенно ясно дал понять, на каком этапе мы находимся. Между нами ничего нет и не может быть.

Букер, кажется, знает, чего хочет, и на его улыбку всегда приятно смотреть. Он красивый, забавный, и не приводит меня в бешенство.

Может, мне стоит согласиться.

Нет.

Я знаю, что хочу согласиться.

Я дарю ему легкую улыбку — звучит и правда неплохо.

— Гриль-бар у пляжа?

Он кивает.

— Все идут туда праздновать хорошо выполненную работу. Я хочу, чтобы ты тоже пришла. Ты должна гордиться собой. Ты выпустилась первой в группе. Мы все тобой очень гордимся. Зверь не скажет это вслух, но я могу сказать за него. Я, наверное, единственный ублюдок, кому это позволено. — Он смеется, наклонив голову. — Мы знаем, что твой отец тоже гордился бы. — Он делает паузу. — Дочь Льва.

— Спасибо. — Я отвожу взгляд, опуская голову. Сердце тяжелеет, когда всплывает образ его тела в гробу, в форме.

Это всё ради тебя, пап.

Букер вырывает меня из мыслей.

— Ты мне нравишься, Айла.

Я встречаю его взгляд и замечаю, как его лицо краснеет.

Он что, смущен?

— О, так это что-то вроде... свидания?

Букер улыбается.

— Ну… нет? — протягивает он, поправляя волосы и возвращая берет на голову. Его парадные туфли цокают, когда он проходит мимо меня, открывает дверь и бросает: — На этом я, пожалуй, откланяюсь.

Я оборачиваюсь, и Букер замирает в дверях, постукивая пальцами по косяку. Почему звучит так, будто он и правда приглашает меня на свидание? Я открываю рот, чтобы напомнить ему о правилах, запрещающих отношения на службе при разнице в званиях, но он опережает меня.

— Увидимся вечером, Айла.

И закрывает дверь.

17. ВАЙОЛЕТ

Пожимая руку полковнику в том самом легендарном зеленом берете на голове, я чувствую, как меня накрывает волна облегчения. Весь мой тяжелый труд окупился. Я — первая женщина в нашей семье, которая вошла в войска специального назначения.

Не отпуская ладонь полковника, я бросаю взгляд на толпу с сияющей улыбкой, пока люди продолжают аплодировать. Сцена ярко освещена прожекторами, в отличие от приглушенного света в семейной секции. Я ищу хоть кого-то из близких.

Вглядываюсь в каждого присутствующего, надеясь, что кто-нибудь всё-таки приехал порадоваться за меня. Надежда тает с каждой секундой, когда я вижу лишь незнакомые лица.

Как и следовало ожидать, мамы тут нет. Изабелла, моя старшая сестра,