Я буду рядом - Энн Вулф

Гермия наградила Долговязого горгоньим взглядом, прошипела в ответ что-то вроде «катись-ка» и вцепилась в трубку.

— Поит?

— Дорогая, — еле слышно прошелестел Поит. — Ты простишь меня когда-нибудь? — В трубке послышались смех и угрозы, по всей видимости, адресованные Пойту. Очевидно, тот нарушил заранее заготовленную похитителями схему ответа. За это Гермия была ему признательна. Значит, ее жених все-таки не полная тряпка. Что ж, хоть это утешает. — Они хотят, чтобы ты отдала мой долг…

В трубке послышалось громкое восклицание: «Это ты хочешь!» и эпитет, адресованный сообразительности Пойта, который Гермия не осмелилась бы повторить. Судя по всему, Поит проваливал задуманную схему. Кто-то, видимо, именно тот, чей голос Гермия слышала на заднем плане, вырвал у Пойта трубку и рявкнул:

— Плати долг, или ему крышка!

За возгласом последовали гудки. Гермия отдала трубку Долговязому.

— И что теперь вы думаете, мадам? — улыбнулся тот. — Готовы заплатить должок?

— Наши условия, — перебил его кривляния Пилот. — Во-первых, никакой полиции. Я знаю, что вам нужно добраться до Бали, чтобы найти деньги. А также знаю, что там вы можете обратиться к местным властям. Поверьте, мы очень скоро будем в курсе. И тогда пожертвуем пятьюстами тысячами ради того, чтобы доставить вам удовольствие побывать в роли невесты покойника. Во-вторых, мы хотим, чтобы вы привезли деньги не позже, чем через четыре дня. Этого времени вам вполне хватит для того, чтобы добраться до Бали, взять деньги и приплыть обратно. Пожалуй, больше условий нет. Скажу вам только одно: никаких планов и попыток сохранить деньги. Это очень дорого станет вам и вашему жениху. Вы меня поняли?

Гермия кивнула. Пожалуй, выражение «стукнули, как обухом по голове» не так уж и преувеличено. Сейчас у Гермии было именно такое ощущение. Происходящее казалось дурным сном, глупым розыгрышем, нелепой шуткой — всем, чем угодно, кроме реальности.

— И как мы найдем вас после того, как мисс Шайн достанет деньги? — спросил Пилота Констанс. — И как мы узнаем, что мистер Капер все еще жив?

Не волнуйтесь, узнаете, — хмыкнул Пилот. — А найдете вы нас очень просто: видите холм, заросший кустарником? — указал он на возвышающееся впереди подобие холма. — Он называется Аргадва. Если спуститься с него и пройти чуть дальше, будет океан. На побережье есть грот. Его вы сразу заметите. Там и встретимся… Только не забывайте, — пригрозил он изогнутым указательным пальцем, — никаких шуток с полицией! А утром в четверг, если вы не явитесь в назначенное место с долгом, будьте готовы к тому, что мистер Каперс отойдет в мир иной…

— Ну хватит! — рыкнул на него Констанс. — Повторяешь одно и то же, как попка-дурак. Думаешь, все такие же тупые, как ты? Ошибаешься…

Пилот изменился в лице. Очевидно, он полагал, что блистает среди напуганных людей остроумием, но Констанс дал ему понять, что это вовсе не так. Узнать от другого о том, что твой статус не столь уж высок, всегда обидно. А особенно, если этот другой еще и зависит от тебя… Для Пилота обвинение в глупости было смертельной обидой. Его узкие кофейные глаза налились яростью, и он с кулаками кинулся на Констанса. Надо сказать, что Констанс с достоинством выдержал испытание: прошло буквально несколько секунд, и взъерошенный Пилот валялся на земле, утирая окровавленный нос. Долговязый вытащил пистолет и помахал им перед Констансом. Но это была всего лишь угроза. Глупое поведение напарника у него самого вызвало усмешку. Пилот поднялся с земли и, продырявив взглядом Констанса, сказал:

— Смотри у меня… Не последний раз встречаемся.

Долговязый что-то шепнул ему на ухо, и тот сразу повеселел:

— Все поняли, ребятки? Тогда до встречи…

Парочка удалилась.

Констанс посмотрел на Гермию. На ней лица не было от волнения. Кажется, она действительно не подозревала о том, что ее жених — азартный игрок. Впрочем, зная Гермию, можно было не сомневаться: если бы она была в курсе похождений Пойта, черта с два собралась бы выходить за него замуж. Ну и тихоня же вы, мистер Капер, хмыкнул про себя Конни.

— Гермия? — Он подошел к ней и мягко погладил по плечу. — Ничего, Герми, ничего… И из этой передряги выкрутимся…

Но она, кажется, не слышала Констанса. Гермия облокотилась на руку Джамбаты и смотрела куда-то вдаль невидящим взглядом.

— Гермия, пожалуйста… Ну, пожалуйста, приди в себя, — продолжал он уговаривать онемевшую девушку. — Поговори со мной, тебе станет легче. Обещаю… Нам очень нужно поговорить. Ты ведь хочешь вытащить Пойта?

— Нет, — прошептала она, не глядя на Констанса. — Я хочу, чтобы этот кошмарный сон наконец закончился…